Ластоногие пловцы - Герберт Бест

После окончательной разбивки пловцов на боевые пары напарники так и продолжают вместе обучаться, а потом и служить. Во время операции они вместе входят в воду. Один плывет на боку и наблюдает за своим товарищем, плывущим брассом или на спине. Первый, ведущий, боец выполняет роль штурмана или проводника. Потом они меняются ролями.

При таких работах, как промеры глубин, может потребоваться, чтобы бойцы растянулись в цепочку с: интервалом в 25 метров. В темную ночь пловцам, возможно, придется сгруппироваться, чтобы поддерживать друг с другом непосредственный контакт. Однако, как правило, боевые напарники находятся не более чем в 15 метрах друг от друга, на расстоянии видимости. Конечно, несчастные случаи возможны даже в мирное время, и не только с боевыми пловцами, но и со спортсменами — любителями подводного спорта. С курсантами случается всякое, начиная от судорог и приступа аппендицита до коллапса в результате ожога гигантской медузы-физалии. Однако благодаря системе боевых пар помощь приходит немедленно как к одиночному бойцу группы, состоящей из 6 человек, так и к целой команде, насчитывающей сотню бойцов или более.

Во время войны с Японией был случай, когда один боец возле Гуама буксировал своего напарника офицера целые три с половиной мили. И лишь оказавшись в безопасности, он убедился, что буксировал бездыханный труп. На Сузуне один из напарников был ранен во время разведки. Его товарищ оказал ему первую помощь, оставил его, чтобы выполнить боевое задание, затем вернулся и отбуксировал товарища в безопасное место. Три часа спустя оба были подобраны. В двух случаях, когда боевые пловцы подверглись бомбардировке собственными самолетами, все контуженые и раненые (за исключением одного убитого), несмотря на ожесточенный обстрел, были эвакуированы своими товарищами или спасательными катерами. Не так давно, уже в мирное время, погибли оба боевых напарника. Таких же случаев, чтобы пловец бросил своего товарища, не бывало.

Курсанты продолжают изучать в основном те же предметы, которые входят в программу предварительного обучения. Бойцы учатся справляться с полосой препятствий, с каждым разом улучшая свои результаты. Дзюдо, борьба, рукопашный бой, то, что деликатно называется «снятием часовых», — все это повторяется до тех пор, пока реакция самозащиты у курсантов не станет автоматической.

Вводятся новые виды спорта и гимнастических упражнений — это для того, чтобы бойцы не закисли. Так, курсанты составляют нечто вроде живого колеса, катящегося по отмели. Один боец, лежащий на спине, представляет собой одну половину колеса. Другой делает нырятельное движение, становясь второй половиной колеса, хватает первого за лодыжки, втягивает голову в плечи и делает сальто. Первый вскакивает на ноги, потом ныряет наподобие своего напарника, делает сальто, поднимая на ноги товарища. Затем все повторяется сначала.

Это впечатляющее зрелище. Еще одну-две недели назад никто бы не осмелился совершить такое.

Натренированным, крепким спортсменам-пловцам нелегко превращаться в прилежных учеников. Во время предварительного обучения их не особенно-то мучили, теперь же дело иное. Для курсантов учеба чуть ли не страшнее проклятущей резиновой лодки. Усталые до смерти, они садятся на жесткие скамьи; веки у них слипаются, но глаза закрывать нельзя.

Если на своем обветренном лице, точно вырезанном из красного дерева, курсанту удастся изобразить рвение или хотя бы интерес к предмету, это может помочь. Снова идут в ход трюки, забытые со времен средней школы или военно-морского училища в Аннаполисе. Спать с открытыми глазами не стоит — это фокус известный. Попытайтесь лучше бодрствовать.

Слова инструктора суровы:

— На этом этапе обучения кое-кто из курсантов все еще считает, что выполнить боевое задание — пара пустяков. Дескать, кто-то вам скажет, что надо делать, а вы поплывете и все сделаете, как надо. Позвольте вас заверить, что в таком случае вы с первого же задания не вернетесь на базу! Ваша героическая смерть не нужна никому. Самое главное — выполнить задание, поэтому вы должны остаться в живых и делать свое дело, хотите вы этого или нет. Если дело это представляет собой разведывательную операцию, ваша работа считается не выполненной до тех пор, пока вы не вернетесь на судно и не передадите все собранные вами сведения разведывательной службе.

Существуют особые способы вашей доставки и эвакуации. Делается это быстро и скрытно, чтобы вам не продырявили шкуру. Способы эти вы изучите на практике.

Когда вас спускают в воду перед началом заплыва, это называется высадкой. Когда вас по завершении задания вытаскивают из воды, это называется эвакуацией. Вы, очевидно, слышали о высадке и эвакуации диверсантов с помощью самолетов и вертолетов, а также подводных лодок. В дальнейшем вы узнаете об этих методах более подробно. В этом же классе вам объяснят, как производится высадка и эвакуация с помощью надводных судов. В настоящее время существует три способа высадки и эвакуации, причем один из них сейчас находится в стадии испытания.

Какова бы ни была задача, ставящаяся перед боевыми пловцами, они всегда находятся впереди сил вторжения. Если это разведка, то десант в это время находится далеко, за чертой горизонта, поскольку для корректировки карт и доработки плана десантной операции нужно время. Боевые пловцы действуют под защитой огневого прикрытия или без таковой. Однако техника подхода к побережью, занятому противником, и эвакуации всегда одинакова за небольшими отклонениями.

Примерно в миле или несколько дальше от берега десантный корабль с отрядом в сотню боевых пловцов на борту останавливается и спускает на воду небольшие десантные катера, по одному на каждую группу из 6 человек. Старомодные грузовые сетки из прочного троса с крупными ячейками до сих пор представляют собой самые надежные трапы для спуска или подъема личного состава. По этим сеткам, спущенным с бортов корабля, пловцы переходят в прыгающие на волнах скорлупки. К каждому из десантных катеров пришвартована семиместная надувная лодка.

Катер отходит от корабля и на полном ходу зигзагами идет к берегу. Из-за планшира выглядывают только две головы: офицера и боцмана. Боевые пловцы, в плавках, с ножом на поясе, проверяют свое снаряжение, надевают ласты, поправляют маски, готовясь к высадке. По знаку, данному командиром катера, двое прыгают в раскачивающуюся на волнах резиновую лодку.

В 500–1000 метрах от берега катер резко поворачивает влево и ложится на курс, параллельный берегу. Лодка оказывается на левом борту, под прикрытием корпуса катера, и тут по сигналу офицера первый пловец, придерживая рукой маску, с плеском скатывается в бегущую назад воду. Тогда в лодку прыгает третий. По точно рассчитанному сигналу офицера второй пловец бросается в воду, а в лодку четвертый. Так продолжается до тех пор, пока все шестеро пловцов не оказываются в воде. После этого десантный катер уходит — снова зигзагами, чтобы уберечься от огня противника.

В тот самый момент, когда пловец оказывается в воде, с противоположного, обращенного к противнику борта, сбрасывается дополнительное снаряжение, которое потребуется данному пловцу. Это может быть буй, который понадобится командиру группы, если операция включает разведку и промер глубин, или же взрывчатка и буи, если целью высадки является производство подрывных работ. Обычно пловцы выбрасываются с таким расчетом, чтобы расстояние между каждым из них составляло 25 метров. Но и здесь главную роль играет характер выполняемой задачи и конкретная обстановка.

Бойцы из других групп выбрасываются в воду таким же образом. Бывает, что по точно заданному курсу к точно заданной точке на побережье плывут сразу шестьдесят, а то и больше бойцов, возглавляемых командирами групп.

После выполнения задания каждая группа плывет к тому же месту, где, по расчетам командира, производилась высадка. Как только пловцы оказываются на одной линии, фланговые поднимают руки.

Этого-то и дожидается доставивший их сюда катер, который уже приближается к ним, маневрируя, чтобы не попасть под огонь противника. После того как рулевой обнаруживает пловцов, катер ложится на прямой курс. Остановиться для того, чтобы пловцы могли подняться на борт судна, слишком опасно. Катер был бы чересчур уязвимой мишенью для вражеских артиллеристов. На выручку приходят точный расчет, крепкие мускулы и приспособление под названием «силок».

«Силок» представляет собой огон — петлю, сплетенную из растительного троса со стальным сердечником, или кусок стального буксирного троса с пеньковым сердечником, соединенного концами и связанного посередине в виде восьмерки. Такая форма его способствует амортизации рывка. Один конец петли привязывается к прочному линю, чтобы «силок» не упал за борт.