ЧОП ’ЗАРЯ’ (СИ) - Гарцевич Евгений Александрович "jk57"

Не успел колокол утихнуть, как уже новый клерк карабкался по лестнице, зажав в зубах бумажку. И найдя свободный участок стены, аккуратно вывел: «Степановка / 3ч / РЖх2 / Ф4 / 7т / 500».

На секундочку в обоих залах стало тихо. Стоящие рядом со мной мужики опустили глаза и всячески делали вид, что доска с символами их не интересует вообще ни разу. Хотя еще минуту назад, они не сводили с нее взгляд.

Опять зазвонил телефон и уже новый клерк побежал к стене. Появилась новая запись: «Ягодное / 30м / РО / Д6х5 / 200». И тут же народ ожил, люди загомонили, а некоторые наперегонки ломанулись к окошкам касс.

— Это что такое было сейчас? — я протиснулся поближе к Гидеону.

— Это наряды на заказы, для экономии места просто символами записывают, — Гидеон прищурился и показал на стену, — Вон, смотри. Все на самом деле просто. Село Ягодное, оно недалече, верст сорок отсюда. Там большое село, телефонная линия там есть. Так вот, тридцать минут назад там появился разрыв оранжевого уровня, тоже не самый сложный и на данный момент уже вылезло пять деймосов шестого уровня. Это, ммм, слегка покруче, чем наш баргест был. И в награду за закрытие дают двести рублей.

— А народ зачем в кассу ломанулся?

— Ну так заказ взять, чтобы награду потом получить и баллы в рейтинг.

— А без заказа нельзя что ли?

— Можно, ежели случайно или на месте оказаться, как мы в Авдеевке. Тут по-разному бывает, охотники не враги друг другу, но конкуренция присутствует. Разберешься еще.

— Так, это ясно, — я поскреб затылок, заодно вспомнив, что было бы неплохо помыться нормально, — А с предыдущим, что не так? Почему никто не ломанулся?

— Да, зассали просто, — Гидеон хмыкнул, — Смотри. Там Степановка — село бедное, прямо на реке стоит. Скорее всего, туман прямо с воды пришел. Три часа уже прошло, своей звонилки у них нет, пацана небось к соседям гоняли. Разлом там слабее — желтый, но зато их два. И главное — смотри на букву «эф», это значит, что там фобос, а четверка — это уровень. И четверка — это уже прилично. И смотри на букву «тэ» — это трупы, и их уже семеро.

— Зато награда уже пятьсот рублей, верно? — мысленно я уже пытался прикинуть, сколько заданий нужно выполнить, чтобы долг Дантисту отдать и пока математика мне не нравилась.

— Это верно, но с фобосами сложнее. Их обычное оружие не берет, или смолой, или магией, и то не всякой. Здесь, — Гидеон покрутил пальцем, — Много сильных бойцов. Точнее, на улице, прям здесь-то в основном мужичье на побегушках, только заказы берут. А вот там тот же медведь будет баргестов пачками, как котят рвать. Там и маги есть, но встреча с фобосом это всегда лотерея. Четвертый уровень это уже непросто призрак, этот может уже и в сознание залезть и тело обрести.

— Хм, а какой уровень самый сложный?

— Первый, но это редкость, — Гидеон кивнул в сторону карты, — Такие вон в Енисейской губернии сидят, оттого и вернуть ее уже сорок лет не можем.

— А ты с ним справишься своими молитвами, хотя бы с четвертым?

— Бывало раньше вместе с Гордеем, — священник вздохнул, — Но, говорю же, лотерея. Пошли уже трофеи Авдеевские сдавать.

Глава 7

Пока мы хлопали глазами, у кассы на прием образовалась очередь. Надеюсь, они здесь три к одному — это не потому что из рейдов только треть возвращается. А только потому, что заказ важнее получить быстрее, а на сдачу и подождать не страшно.

Перед нами оказалось два белобрысых парня, этакие Рязанские молодцы с голубыми глазами и румяными щеками. Выглядели уставшими и побитыми, но довольными. Вели себя добродушно, но цепко сканировали зал, не забывая коситься на вонючий мешок под ногами.

Воняло жутко, а когда очередь двинулась и парень подтолкнул мешок ногой, у меня аж слезы брызнули. Будто по морде получил тухлой рыбой, завернутой в обгаженную жабами тину. А святоше хоть бы хны, молча переступил через сопливый коричневый подтек на полу и даже уважительно кивнул парням.

К счастью, на кассе их обслужили очень быстро. Сдавали они просто трофеи и либо разрыв закрывали не сами, либо просто отловили какую-то убежавшую жуть. Гидеон сказал, что такое бывает — туман может рассеяться, а твари остаться.

С нами так быстро не получилось.

Говорил Гидеон, я же по инструкции должен был только кивать и улыбаться. С той стороны решетки с совершенно безразличным видом сидел подсушенный, но крепкий дед с пиратской повязкой вместо левого глаза. Ему шло, будь мы действительно на Мосфильме, я бы ему легко отдал роль старого контрабандиста, а то и начальника сопротивления. Я было попробовал прощупать его ауру, но еще не успев вдохнуть, наткнулся на ясный и пронзительный взгляд голубого глаза.

— Привет, Гидеон, у вас новенький что ли? — неожиданно молодым голосом спросил дед.

— Ага, принесла нелегкая, — Гидеон хлопнул меня по плечу, — Внук Гордея вернулся.

— Понятно, то-то я смотрю, рожа знакомая и хитрая. У инквизиторов были уже?

— Нет еще, сперва рекрутом оформим, и потом уже на поклон пойдем. Запишешь его? К нам в ЧОП «Заря».

— Ох, и чудное у вас название, что хоть значит-то этот ваш ЧОП?

— Честные одухотворенные праведники, — не моргнув глазом выдал Гидеон, а мне стало интересно, реально ли он так думает, но я промолчал.

— Хитро, хех. Сделаем, конечно. Цену ты знаешь, — кассир взял с полки какую-то бумажку, что-то там чирканул, — И у вашей Зари взносы просрочены, оплатить надо.

Дед, а если верить табличке на столе, брат Трофим, протянул желтоватый лист бумаги и ручку. Пока я вчитывался во все эти азъ, буки, веди, Гидеон начал сгружать трофеи — клыки и шкуры просто на стойку, а янтарный камушек от закрытого разрыва на специальные весы.

Бумага была простая, что-то типа трудового договора, что, вступая в Орден в рядах отряда ЧОП «Заря», принадлежащего роду Гордеевых, готов служить верой и правдой на благо Ордена, императора и всего государства. Обязуюсь следовать кодексу Ордена и отказаться от претензий и требования компенсаций в случае ранений или смерти. Ни гонорара, ни бонусов, ни отпусков. Коротко и ясно, плюс дата и подпись.

На этом моменте я подвис и покосился на Гидеона.

— Не переживай парень, — Трофим явно понял мое промедление как-то иначе, — Это рекрутский договор, ежели себя нормально проявишь, то и лечение за счет государства, и похороны.

— Мечта, а не соцпакет, — сказал я про себя, а потом шепнул на ухо Гидеону, — Дата какая сегодня? И подписывать как?

— Не умеешь писать, не страшно, — оказалось, что и Трофим меня услышал, — Крестик поставь, а дату я сам впишу.

— Крестик? — мда, ни фига себе здесь бюрократы-джентльмены на слово верят, так глядишь и фартанет, — Готово!

Трофим забрал договор, не предложив мне мою копию, зато протянул мне небольшой медальон в виде круглой медали с отверстием под шнурок. Медальон, а может местный аналог полицейского жетона, больше походил на монету. Медная дешевая штамповка с изображением двуглавого орла с одной стороны и креста с надписью на латыни: Crux sancta sit mihi lux. Перевод я уже знал от Гидеона: «Светит мне пусть крест святой». Я покрутил медальон в руке и заметил кривые выбитые знаки на ребре: ЧОП ЗАРЯ.

Я взял его в руку и почувствовал тепло и легкую щекотку. Пригляделся и заметил слабое свечение ауры. Краем глаза заметил, что Гидеон все это время не дышал и только сейчас вздохнул с видимым облегчением. Ничего не понятно, но, видимо, я прошел какой-то тест.

— Поздравляю честный праведник, ты официально принят в рекруты, — Трофим улыбнулся и дважды хлопнул в ладоши, — И даже теперь будешь участвовать в Орденском рейтинге.

— Трофим, рано ему еще об этом думать, — Гидеон оттеснил меня от окошка, — Давай уже считаться.

— Добро, — Трофим выдвинул ящик из-под стола, заменявший ему кассовый аппарат, и начал вынимать разноцветные бумажки, — Итого, за закрытие разрыва в Авдеевке — сто двадцать рублей, заказ был не ваш, поэтому без премии. Янтарь мелкий, силы в нем нет почти, поэтому сорок рублей. Клыки малые по двушке, крупные по червонцу, шкурки и потроха на вес, за все еще десятка.