Остановка «Любовь» - Анна Антонова

– Что-то они не очень торопились, – весело заметил Мишка. – Хорошо погуляли, народ?

– Зубков! – прикрикнула Галина Андреевна.

Мишка послушно умолк, и она продолжала:

– Ира и Денис проявили форменное неуважение ко мне как к куратору группы и к вашему тренеру Дмитрию. Отстранив их от занятий, он надеялся, что ребята все осознают и проведут день в самостоятельных тренировках. А они вместо этого отправились развлекаться!

Судя по оживленному гулу, наши действия все горячо одобряли и давали понять, что поступили бы точно так же. Это утешало, хотя и не очень сильно: слушать, как тебя размазывают по стенке, было, мягко говоря, неприятно.

– Ребята, тише! – возвысила голос Галина Андреевна. – Я о серьезных вещах говорю, всех касается! Еще не прошло и половины сборов, и я не хочу, чтобы подобное повторилось! Вы ошибаетесь, думая, что отправились в увеселительную поездку – на первом месте для вас должен стоять спорт, а все остальное – необязательные дополнения. А если вас что-то не устраивает – предъявляйте претензии родителям, которые оплатили для вас весьма недешевые путевки…

И так далее, и тому подобное. Я радовалась лишь одному – она теперь говорила в общем, даже не вспоминая о нас. В какой-то момент мне показалось, что Галина просто наслаждается происходящим в целом и своей ролью строгого куратора в частности. Наверное, в глубине души она благодарна нам за возможность устроить шоу с собой в главной роли и выступить во всей красе.

Оксана тоже молодец, ловко провернула дело! И по Парижу погуляла, и вся в белом осталась, особенно на фоне нас, бездельников и разгильдяев. Оказывается, говоря, что сама собирается сбежать, она планировала проделать это под предлогом возвращения в стадо блудных овец! Я уже не злилась, а даже по-своему восхищалась ее предприимчивостью. Мне и не снилась такая ловкость рук!

– Не буду надолго отвлекать вас от занятий, – наконец сказала Галина Андреевна.

Я порадовалась – неужели все закончится так быстро и относительно легко?

– Вы взрослые люди и должны понимать, что устным внушением я ограничиться не могу…

На этих словах все напряглись, а я почувствовала, что серею, бледнею и краснею одновременно. Если из-за нас сейчас всю группу лишат каких-нибудь плюшек, я себе не прощу! В этом случае до конца сборов нас ждет настоящий ад, хоть сразу вешайся.

– Я не считаю справедливым наказывать все группу, хотя сначала хотела поступить именно так…

Я выдохнула – у меня отлегло от сердца. Пусть будет какое угодно наказание, но мы не станем изгоями и объектами всеобщего презрения.

– О своем решении относительно Иры и Дениса я сообщу позже, – наконец закончила она. – А сейчас, Дмитрий, начинайте тренировку.

Дима, будто только и ждавший сигнала, пронзительно засвистел в свисток:

– Построились! Пять кругов разминки!

Все заспешили на лед, на ходу стаскивая с лезвий коньков защитные чехлы. Я старалась держаться в общей толпе, поражаясь про себя коварству нашего куратора. Да она настоящий великий инквизитор! Словно прочитала мои мысли о том, что ожидание наказания – худшее наказание. Ну и ладно! Пытать нас вряд ли будут, разве что усиленными тренировками, а с остальным мы как-нибудь справимся. Где наша не пропадала! В тот момент я искренне в это верила.

Глава 10

Вторая лишняя

Тренировка потекла своим чередом. Дима особенно не зверствовал, на нас с Денисом обращал не больше внимания, чем на остальных, и я понемногу успокоилась. Правда, это продолжалось до тех пор, пока мы повторяли вращения, которые изучали раньше.

– Сегодня возьмем новый элемент – вращение в «ласточке», – объявил Дима.

Все застонали.

– Мы еще обычные толком не освоили, – пожаловался Мишка.

– Если учить все время одно и то же, так и будем топтаться на месте, – отрезал тренер. – А мы должны двигаться вперед. Не забывайте, вы на сборах, здесь информация подается в концентрированном виде!

Я только вздохнула. «Ласточка» у меня худо-бедно получалась, но сохранять равновесие удавалось недолго и при одном условии – движении вперед строго по прямой. «Ласточку» во вращении я боялась себе представить даже в страшном сне, а она коварно подкралась ко мне в самый неожиданный момент.

– Итак, смотрите на меня внимательно, – распорядился Дима. – Нога сгибается, вес переносится на зубец конька, потом поворот в сторону вращения, и тело принимает горизонтальное положение…

Он легко и изящно проиллюстрировал свои слова, и я совсем загрустила. Почему-то когда наблюдаешь за тем, как элементы выполняет тренер или более способные члены группы, кажется, что все просто, сейчас ты так же легко и непринужденно это повторишь. А когда начинаешь пытаться, накатывает жесточайшее разочарование.

Что уж говорить о выступлениях профессиональных спортсменов! Раньше я любила смотреть по телевизору фигурное катание – до тех пор, пока не встала на коньки сама. Я не видела за виртуозными движениями фигуристов ни труда, ни подготовки, не осознавала, что пируэты и поддержки они делают не просто на своих ногах, а на коньках! В их исполнении все выглядело естественно, будто катание на льду в ботинках с лезвиями – прирожденное умение человека, вроде ходьбы.

Зато когда я впервые влезла на коньки сама и поняла, как трудно в них банально ехать, фигуристы стали казаться мне просто небожителями. Они не просто двигаются, но еще и вращаются, прыгают, танцуют! И все это на коньках! Достигнуть уровня их мастерства я и не мечтала, даже немного приблизиться представлялось мне непостижимой задачей. Конечно, как гласит народная мудрость, терпение и труд все перетрут, но терпение и труд не заменяли того факта, что я начала заниматься фигурным катанием преступно поздно, в том возрасте, в котором профессиональные фигуристы уже вовсю завоевывают медали на международных соревнованиях…

Я понимала, что пришла на каток, преследуя меркантильные цели – быть рядом с Денисом, ведь это была его идея! Ему тоже пришлось нелегко – переучиваться с хоккейных коньков на фигурные, но все же не так, как мне, начавшей фактически с нуля. Я, естественно, не мечтала через годик-другой выиграть чемпионат мира, но это не мешало мне питать безумные надежды – случаются же чудеса, бывают в природе вундеркинды, до поры до времени не подозревающие о своих талантах, вдруг я из их числа…

И что мы имеем в итоге? Никаким вундеркиндом я не стала, по-прежнему чувствую себя на катке коровой на льду, особенно на фоне других парней и девчонок, схватывающих все на лету. И пусть они занимаются уже давным-давно, а я всего-ничего – назвался груздем, полезай… Что-то меня сегодня на народных мудростях заклинило! Я хотела позабавиться, а все оказалось серьезнее некуда, я даже на сборы поехала – неизвестно, где был мой мозг, когда я соглашалась на эту авантюру.

В итоге все занимаются серьезно, одна я болтаюсь как неприкаянная. А отношения с Денисом – то, ради чего все затевалось! – наоборот, заглохли и перешли в вялотекущую фазу. Конечно, я была рада и этому: лучше, чем ничего, по крайней мере, я имею легальную возможность постоянно видеть его и сама мелькать у него перед глазами, но я представляла себе все совершенно иначе…

– Ира Елина, тебе особое приглашение нужно? – наконец добрался до меня тренер. – Почему до сих пор стоим, где «ласточка»?

Я поехала вперед и поняла, что не помню ни слова из его объяснений. Я обернулась, ожидая, что Дима сейчас еще раз все расскажет и покажет специально для особо одаренных, но он только махнул рукой и повернулся к Оксане с Олегом, старательно крутившим «ласточку».

– Молодцы, ребята! – похвалил он. – Не то, что некоторые! Можете переходить к парному вращению. Парное вращение в «ласточке» – очень эффектный элемент…

Я вдруг осознала, что Дима меня даже за человека не считает – говорит обо мне в третьем лице, как о неодушевленном предмете. Но ведь если я недостаточно хорошо катаюсь на коньках, это еще не исключает меня из числа достойных членов общества! Что наш тренер о себе возомнил? Может, он пишет с ошибками или неправильно ставит ударения… По этому предмету я дам ему сто очков форы!

Медленно закипая, я поехала к выходу с катка. Ноги моей тут больше не будет!

– Ира, я никого не отпускал! – крикнул мне вслед Дима. – Тренировка еще не закончена! Если тебе нужно выйти, надо спросить разрешения!

Я остановилась и, плавясь от злости, громко отчеканила:

– Можно выйти?

– Можно, – в тон мне ответил он. А когда я уже отвернулась, добавил: – И не возвращаться.

В этом наши желания совпадали – возвращаться я и не собиралась. Вставал другой вопрос: что мне делать остаток смены? Жаль, что нельзя улететь домой… Я могла бы сесть на самолет хоть сегодня! Никакой Париж уже был не в радость, тем более, я и не мечтала увидеть его еще раз.

Я вышла в пустую раздевалку и устало опустилась на скамейку. Вспомнилось, как я в младших классах вот так же отпрашивалась посреди урока в туалет. Идти по пустым школьным коридорам было жутко и интересно одновременно, особенно зная, что все остальные сейчас смирно сидят в классах и старательно учатся…