Рэнт: Биография Бастера Кейси - Чак Паланик

на людей.

В древности бытовало и такое мнение, что оборотнями станут незаконные дети жрецов, а также дети, зачатые в инцесте.

Дениза Гарднер: Мне очень стыдно, но когда я впервые что-то заподозрила, когда мне впервые пришло в голову, что это бешенство, я списала все на притворство. Марго и вся ее компания готов всегда грубили и делали вид, что не такие, как все. Они как будто мечтали заболеть бешенством. Ну, я уже сказала, мне очень стыдно.

Д-р Феба Трюффо: Пока размножающийся вирус распространяется по сенсорным и моторным нервам, организм может месяцами не проявлять симптомов, но в то же время заражает другие организмы. По всей видимости, именно этот сценарий имел место с предполагаемым суперносителем Бастером Кейси.

Эпидемиологи отказались от термина «нулевой пациент». Теперь мы называем любого человека, вызвавшего десять или более заражений, «суперносителем».

Бастер Кейси стал для бешенства тем же, чем Тифозная Мэри Мэллон — для тифа, Гаэтан Дюга — для СПИДа, а Ли Сонг — для атипичной пневмонии.

Шон Гарднер: Наша Марго... Ну, вы сами все знаете. Погибло столько ее друзей, не только Дин Леонард, что мы устроили групповые похороны. И все-таки похороны детей-готов совсем другие. Да, это ужасная трагедия, и все-таки... Наша Марго выглядела лучше — ну, здоровее, — чем до того, как заболела. Ее друзья пришли на похороны мрачные и разодетые, почти как на выпускном вечере. Не танцевали, не улыбались, не смеялись. Мрачные, все в черном...

Да что там, все было точно как на ее выпускном вечере.

11 — Пчелы

Эхо Лоуренс (автосалочница): Вот представьте: День Независимости. Весь клан Кейси выезжает на пикник. Барбекю с жареным зефиром и мясом. Тети и дяди, кузены и кузины развалились на одеялах или складных стульях, заняли целый акр. Все едят кукурузу, обнимаются, жмут друг другу руки.

Даже на природе самое старшее поколение, «взрослые», сидят за столом. Все остальные — на земле. С тех пор, как умерли Эстер, Хетти и Бел, очередь немного сдвинулась, но, по сути, ничего не изменилось.

В тот солнечный день у их стола зажужжала пчела. Одна, другая. Бабушки начали отмахиваться. Пчелы покрыли весь стол. И тех, кто за ним сидел, тоже.

Шериф Бэкон Карлайл (детский враг Рэнта): Окружной судмедэксперт спрашивал, имел ли в последнее время кто-нибудь из погибших дело с пчелами. Хотел узнать, может, кто работал на пасеке. Сказал, нападение могло быть вызвано штукой под названием «аттрактант роев».

Из полевых заметок Грина Тейлора Симмса (Историка): Феромон секрета железы Насонова. Пластмассовая бутылочка размером с мизинец выделяет не меньше пчелиного аттрактанта, чем пять тысяч пчел. Apis mellifera, пчела медоносная, летит на этот запах и ищет трещины или отверстия, где можно создать новый улей.

Если пчелу прибить, она выделит феромон «тревоги», который заставит других пчел броситься в атаку. Поскольку главные естественные враги пчел — медведи, пчелы будут нападать на глаза, нос и рот агрессора, залетать во всякое темное отверстие, включая уши. От выдыхаемого жертвой углекислого газа пчелы становятся еще агрессивнее.

Аттрактант пчелиных роев имеет приятный цитрусовый аромат. Для людей — почти неразличимый. Однако феромон настолько мощный, что рекомендуется хранить эту пластмассовую бутылочку в запечатанном стеклянном сосуде, а сосуд поместить в морозильник.

Шот Даньян (автосалочник): Солнце будто заслонила туча, огромная чернющая грозовая туча. И еще жужжит. Среди солнечного дня — дождь. Только вместо воды — пчелиные жала. Это вам не шуточки! Люди тонут в боли.

Эхо Лоуренс: Люди бежали к своим машинам и кричали, заглатывая полные рты пчел. Они давились пчелами и умирали от укусов и удушья. Пока приехала дезинсекционка, погиб Клем, дядя Рэнта. И тетя Пэтти, и дядя Клитус. Дядя Уолт умер в больнице.

Шот Даньян: Дебильные фэбээровцы, что нас допрашивали после гибели Рэнта, от этой истории прямо кипятком писали. Не успевали строчить в блокнотах.

Эхо Лоуренс: Расслабьтесь, никто не говорит, что это убийство. Пока не говорит.

Шот Даньян: Что, прикольно? Почти как в Ветхом Завете: Пикник Пчел-Каннибалов, Смертельное Мышиное Дерьмо, Блошиная Чума и Убийственная Шляпа с Пауками. На следующий День Благодарения, памятуя, что восемь стариков отошли в мир иной, другие члены старшего поколения остались дома. Кейси уступили стол своим великовозрастным детям. Осада закончилась, эстафету передали дальше.

12 — Еда

Эхо Лоуренс (автосалочница): Чтобы остановить время, буддийские монахи используют мандалы из песка, Айрин Кейси занималась вышиванием, а Рэнт меня вылизывал. Засовывал голову мне между ног и вставлял в меня язык. Приподнимался на локтях, причмокивая, подбородок весь мокрый:

— Сегодня на завтрак ты ела что-то с корицей...

Облизывался, закатывал глаза:

— Не гренки... что-то другое.

Фыркал, чавкал, а потом торжествующе поднимал голову:

— Ты пила чай «Констант Коммент»! Вот откуда корица!

По запаху и вкусу моей щели он мог рассказать про весь мой день: чай, кусок поджаренного цельнозернового хлеба без масла, йогурт без ароматизаторов, черника, сандвич, одно авокадо, стакан апельсинового сока и свекольный салат.

— А еще ты взяла порцию луковых колечек в фаст- фуде, — говорил он и снова причмокивал. — Большую порцию.

Я прозвала его «щелепатом».

Боуди Карлайл (детский друг Рэнта): Пока большинство успевает сесть за стол, прочитать молитву, передать друг другу тарелки и все съесть, попросить добавки, угоститься кофе с пирогом, выпить еще чашечку и убрать со стола — Кейси клали в рот всего один кусочек. Один ломоть мясного рулета или тушеного тунца. И еще прожевывали. Они мало того что ели медленно. Они не разговаривали, не читали и не смотрели телевизор. Они сосредотачивались на том, что у них во рту: жевали, пробовали на вкус, ощупывали языком.

Эхо Лоуренс: Посмотрите правде в глаза: обычно парни считают каждое движение языка. Каждый раз, поднимая голову, чтобы перевести дух, они оценивают, насколько тебе приятно. Попробуй их только потом обделить в ответ! Сколько бы тебя ни лизали, ты никогда не расслабишься по-настоящему, потому что знаешь: у них включен счетчик. Каждое движение языка — как капиталовложение.

Даже те, кто терпеть не может всякую бухгалтерию, не знают, сколько платят налогов, а в ответ на вопрос, сколько у них на счету или на кредитной карточке, только пожмут плечами — те же самые парни всегда в курсе, сколько раз провели по тебе языком. И сколько им за это причитается. Как будто сидят в офисе и считают свои проценты с акций фирмы. Или на часы смотрят.

Все мужики такие, кроме Рэнта Кейси. Пока его язык в тебе, проходят годы. Могут выветриться горы.

Эдна Перри (соседка): В Англии на Рождество кто найдет в тарелке гвоздику — тот злодей. Автоматически. Найдешь палочку — дура. Спорить бесполезно. А если в рот попал лоскуток, все будут знать, что ты шлюха. Вот представьте, что вас объявляют шлюхой прямо за рождественским ужином. Айрин Кейси божится, что так в книге написано.

Эхо Лоуренс: Однажды Рэнт поднял голову, чтобы глотнуть воздуха, снял лобковый волос с языка и спросил:

— Что сегодня случилось? Что-то плохое...

Я говорю, забудь. Он лизнул меня и закатил глаза, еще лизнул и говорит:

— Штраф за парковку? Нет, хуже...

Я ему: забудь. Все нормально.

Рэнт снова меня лизнул, только медленнее, провел языком снизу вверх, жарко дыша. Потом поднял свои зеленые глаза и смотрел на меня, пока я не посмотрела на него.

— Мне очень жаль, — говорит. — Тебя сегодня уво лили, да?

Да, блин, уволили с этой дурацкой работы! Где я мобилки продавала.

И он узнал об этом языком и носом. Такой вот он был, Рэнт Кейси. Никогда не ошибался. Между оргазмами я расплакалась.

Из полевых заметок Грина Тейлора Симмса (Историка): У каждой семьи есть свое священное писание, хотя многие не отдают себе в этом отчет. Это истории, которые семья повторяет, чтобы укрепить свою индивидуальность: кто ее члены, откуда и почему они ведут себя именно так.

Рэнт говорил: «Каждая семья — это настоящий маленький культ».

Бейсин Карлайл (соседка): Не смейтесь, но Айрин говорит, во Франции в торт запекают металлический талисман на счастье. У них такое правило: кому на зуб попался талисман, готовит ужин следующим. Но французы такие скареды, что глотают талисман. Чтобы не приглашать гостей.

Еще Айрин вычитала, что мексиканцы запекают в еде куколку младенца Иисуса. В Испании в тесто кладут монетки. Айрин показывала мне книжку о том, как печь роскошные торты, все рассказала. Историю тортов во всем мире!