Мальчишка ищет друга - Борис Тартаковский

— Выдра недавно болела, и врач прописал ей витамины.

Для больных зверей на кухне готовили специальные блюда. Шурке показали книгу с записями врача. Таня взяла книгу и вслух прочитала:

«Больному верблюду в течение недели выдавать ежедневно по килограмму яблок». «В рацион выздоравливающей дикой свиньи включить пол-литра молока». «Китайскому крокодилу давать по одному яйцу через день».

Шурка заинтересовался, почему врач прописал крокодилу яйца.

— У него болят зубы, — объяснила девушка. — Для крокодила это опасно.

— А как врач узнал, что у крокодила болят зубы? — удивился Шура.

— Это уж вы спросите у Ивана Кузьмича, — засмеялась девушка. — Я ведь не доктор. А ты из юннатского крольчатника? — спросила она.

Шура кивнул.

— Для твоей больной паёк уже готов. Можешь взять его в раздаточной.

Шурка поблагодарил и направился туда.

Доктор Иван Кузьмич

Теперь, как только выпадала свободная минута, Шура бежал к своему другу — доктору Ивану Кузьмичу.

Это был высокий, немного грузный человек. Когда он надевал каракулевую шапку, то казался ещё выше. И руки у него были необыкновенные: с тонкими и длинными, как у скрипача, пальцами, очень сильные. Шура сам однажды видел, как доктор согнул пальцами толстый гвоздь.

Дружба с доктором началась во время болезни крольчихи Белки. Дней десять ей было очень плохо, и, если бы не старания Шуры и правильное лечение, Белка, может быть, и не выжила бы. Но, когда Белка совсем выздоровела, Шура всё равно каждый день бегал в звериную лечебницу. Он любил наблюдать, как Иван Кузьмич лечит зверей. Это был нелёгкий труд: ведь пациентами у доктора были тигр, леопард, слон, хищные птицы.

— Я вам буду помогать, — как-то предложил Шура.

Доктор заглянул в его чёрные глаза, полные тревожного ожидания, и согласился:

— Ладно, помогай. Вижу, ты любишь зверей. Для врача это очень важно. А как ты учишься?

— Ещё есть две тройки, — честно признался Шура. — Но скоро их не будет. Вот увидите — четверть закончу без троек.

— Ну, смотри, — сказал Иван Кузьмич, — А то брехунов я не люблю. Что ж, бери сумку, и пойдём в обход.

От радостного волнения у Шуры задрожали руки. Он снял с гвоздя зелёную сумку с большим синим крестом в белом круге. Перекинув сумку через плечо, Шура взглянул на доктора.

— С чего же мы начнём? — задумчиво спросил доктор. — Или, правильней, с кого начнём? А, помощник?

— Давайте, пожалуйста, начнём с Малыша.

Так называли слона, поражавшего всех посетителей сада своими гигантскими размерами. Доктор согласился:

— Что ж, начнём с Малыша. Боюсь, что у него начинается болезнь ног. И болезнь серьёзная.

Малыш, как всегда, стоял у рельсовой ограды рядом со слонихой Эллой и добродушно покачивал хоботом.

— Близко не подходи, — предупредил Иван Кузьмич. — Малыш у нас недобрый.

Шура удивился. Он думал, что все слоны добродушны и, как пишут в книжках, никогда не причиняют зла детям.

— Он давно такой сердитый или только сегодня? — спросил Шура.

— Давно. С тех пор, должно быть, как на его боках появились эти шрамы. Видишь? — И доктор указал пальцем на рубцы, с первого взгляда незаметные. Очевидно, это были следы от раскалённого железа.

Иван Кузьмич рассказал, как Малыша привезли в зоосад.

Когда открыли клетку, Малыш долго исследовал хоботом дорогу, по которой нужно было пройти в вольер, обнюхал, ощупал и только тогда осторожно вышел. Видно, он не доверял людям.

Войдя в вольер, окружённый толстыми металлическими прутьями, Малыш стал исследовать прочность ограды, и, к ужасу завхоза, стальные прутья гнулись под хоботом слона, как проволока.

Если бы Малыш вырвался на свободу, могло произойти несчастье.

— Сахару давайте! — приказал Иван Кузьмич.

Служитель принёс сахар, и доктор храбро протянул несколько кусков Малышу. Слон увидел подачку, перестал ломать ограду и протянул хобот за лакомством.

Слона завели внутрь слоновника и не выпускали два дня. За это время прутья сменили на рельсы, а наверху соединили их железной балкой и к ней приварили шипы. Такой забор не мог бы сокрушить даже самый сильный слон.

Между рельсами Малыш не мог пройти, а люди свободно входили в вольер и выходили.

Но только Иван Кузьмич отваживался близко подходить к Малышу. Может быть, слон чувствовал, что этот грузный человек — добрый друг зверей и его нечего бояться. Малыш всегда охотно откликался на зов доктора, дружески обнюхивал его и никогда не пытался схватить руку с сахаром.

Как-то слониха Элла ободрала хобот, задев за железный шип на балке. Сразу же вызвали из лечебницы Ивана Кузьмича, чтобы он сделал перевязку.

Доктор схватил сундучок «скорой помощи» и побежал к больной.

— Ах ты, шалунья! — сокрушённо воскликнул Иван Кузьмич, увидев ободранный хобот слонихи. — Вот к чему приводит баловство.

Стопудовая шалунья протянула хобот, как будто просила помочь ей. Иван Кузьмич достал ланцет, раствор марганцовки и стал очищать рану, приговаривая:

— Хорошо… Очень хорошо… Превосходно.

Но Элла вдруг забеспокоилась. Ей, должно быть, не понравился запах лекарства. Она повернулась и поспешно отошла.

Это заметил Малыш, наблюдавший за лечением Эллы. Он, вероятно, решил, что доктор обидел его подругу. Малыш воинственно поднял хобот и пошёл на Ивана Кузьмича.

Доктор быстро вынул из кармана несколько кусков сахару и протянул слону, чтобы задобрить его, но Малыш сердито отбросил лакомство и пнул Ивана Кузьмича хоботом в грудь. Доктор отлетел к ограде и упал между рельсами.

Сквозь туман, застлавший глаза, Иван Кузьмич увидел, как между ним и рассвирепевшим слоном вдруг выросла серая громада. Это была слониха Элла. Повернув большую ушастую голову к Малышу, Элла вытянула хобот и стала фукать:

— Фу… Фу…

Элла как будто хотела сказать, что Иван Кузьмич вовсе не обидел её и напрасно Малыш волнуется.

Месяц после этого у доктора болела грудь, но он всё равно каждый день ходил в слоновник и лечил Эллу.

А вот теперь помощь доктора, кажется, нужна самому Малышу.

Оставив Шуру за оградой, Иван Кузьмич как можно ближе подошёл к Малышу и долго рассматривал толстые слоновьи ноги, похожие на две серые тумбы.

— Да, так оно и есть, — покачал головой Иван Кузьмич. — Видел? Когда Малыш поднимает ногу, ясно видна припухлость под ногтями.

Хотя Шура ничего такого не заметил, но утвердительно кивнул. А то Иван Кузьмич мог ещё подумать, что он, Шурка, круглый дурак.

— Если будет нагноение, — продолжал доктор, — слон погиб.

Вот какую болезнь нашёл доктор у Малыша.

— Ему же больно стоять. Почему он не ложится? — спросил Шурка.

— Если он ляжет, то подняться уже не сможет и погибнет, — ответил доктор. — Умница Малыш. Надо ему помочь.

— А как ему помочь, если даже подойти близко нельзя?

— Малыш весит шесть тысяч килограммов, и долго больные ноги не выдержат такой тяжести, — сказал доктор. — Шутка ли, шесть тонн!

— Что же делать?

— Надо разгрузить ноги.

— А как?

— Надо перевести Малыша в узкий коридор, где бы он мог на что-нибудь опереться боком, головой, хоботом…

Проведав больную дикую свинью и осла, повредившего ногу, Иван Кузьмич опять возвратился в слоновник. К этому времени служитель перегнал Малыша в узкий загон.

— Смотри, Шура, как он прислонился боком к стене, сказал доктор.

— А стена не обвалится?

— Нет, она укреплена рельсами.

Малыш был умным слоном. Привалившись боком к стене, он головой и хоботом упёрся в железную балку, и ему сразу стало легче. Иван Кузьмич знал, что нужно слону.

Иван Кузьмич прописал Малышу примочки и; марганцовки, ноги приказал смазывать рыбьим жиром с дёгтем. Но никто не мог подступиться к слону. От боли он ещё больше озлобился. Тогда выход нашёл Николай Сергеевич.

— А что если обработать слона гидропультом? — предложил он.

— Пустить струю под давлением? — обрадовался доктор. — Это хорошая мысль. Ну-ка, попробуем.

Когда гидропульт установили и обдали струей лечебного раствора слоновьи ноги, Малыш дико рассвирепел. Но достать своих мучителей не мог, так как они находились в трёх метрах от него за железной оградой. Там стояли вёдра с тёмно-розовой жидкостью, и мальчик в белом халате изо всех сил работал у насоса, а доктор в каракулевой шапке направлял струю.

Малыш решил перехитрить людей. Он перехватил струю хоботом и тут же обдал раствором своих врагов. Белый халат мальчика сразу покрылся розовыми пятнами, тёмно-розовая жидкость потекла с головы, но мальчик остался на месте, нисколько не испугавшись грозного слона.

— Давай с другой стороны! Быстро! — приказал человек в каракулевой шапке.