Утомленная фея – 3 - Андрей Ходов

– А она у тебя на все руки мастер, – толкнул Геннадия локтем лейтенант. – И пистолетом и поварешкой управляется прекрасно. А в постели, какова?

– Пока не проверял, я же на службе, – поморщился Геннадий, ощущая явное желание дать десантнику по физиономии. – Ты у нее лучше сам поинтересуйся.

– Ну, уж нет, – заявил летеха со смешком, – мне еще мои тестикулы дороги. Такому риску я их подвергать не могу.

Следующие три дня прошли спокойно. Геннадий продолжал изучать обстановку, а Сима, если не бегала по городу, то сидела за компьютером и правила свои расстрельные списки. Было похоже, что она пользуется информацией из нескольких источников сразу, сопоставляет ее и проверяет. Геннадий в эту деятельность не вмешивался, решив дождаться окончательного варианта. Вот и в этот день Сима увлеченно стучала по клавишам, а он собрался на рандеву с информатором, который должен был поведать ему об умонастроениях рыночных торговцев. Сообщив охране о цели и адресе своего визита, Геннадий уже собрался, было, отчалить, но Сима его остановила. – Подожди. – В ее глазах появилось отрешенное выражение, будто прислушивалась к чему-то невидимому. Потом глаза прояснились, но в них появилась тревога. – Я чувствую опасность, не ходи туда, или возьми троих бойцов для подстраховки. – Геннадий задумался. В действенности Симиного «чутья» он уже успел убедиться, но идти на встречу с информатором в сопровождении вооруженного конвоя – тоже не здорово. – Спасибо за предупреждение, я буду очень осторожен. – Сима пожала плечами, а на ее лице появилось выражение крайнего неодобрения. – Ладно. Держи оружие наготове и за спину поглядывай.

До места он добрался без приключений и слежки за собой не обнаружил. Постучал и сунул руку в карман, ухватившись за рукоять пистолета. Хозяин сам открыл дверь, за его спиной маячила женщина. – Жена, наверное, – подумал Геннадий. Хозяин разразился цветистым приветствием в восточном стиле и пригласил в дом. Сам пошел первым, а женщина посторонилась, давая дорогу. Обернуться он не успел, голова взорвалась болью, а сознание померкло. Очнулся уже привязанный к стулу и, отплевываясь от воды, которой его щедро окатили. Голова раскалывалась, и порядком поташнивало. Геннадий проморгался и осмотрелся по сторонам. Перед ним сидели двое, еще один расположился за спиной. Вооружены. – Духи?

– Что, неверный, очухался? – дружелюбно поинтересовался один из сидящих на ломаном русском языке. – Поговорим? А то мы уже ждать устали. Если будешь говорить – умрешь легко, а если нет, то грешникам в аду успеешь позавидовать.

– Вляпался, – пронеслось в голове, – эти живыми не выпустят. – В животе появилась сосущая пустота. – Пока хватятся, пока пошлют проверить, меня успеют на ленточки порезать. А эти узкоглазые физиономии будут последним, что я увижу в этой жизни.

– Понял, собака, – вступил в разговор второй из сидящих. Этот говорил почти без акцента. – Вижу, понял. Давай, говори. Кто ты? Что делаешь в городе? Только не ври, что промышленность к нам восстанавливать приехал. Мы следили за тобой, фиксировали связи. Правду говори. Что за ведьма с тобой? У нас много вопросов.

Геннадий сидел молча, но мозги работали с предельной нагрузкой, изыскивая способ подольше потянуть время. – Рахим, поторопи-ка его! – Человек за спиной шевельнулся. – Ну, все, – обречено подумал Геннадий, – сейчас начнется. – Тут у сидящих перед ним боевиков удивленно расширились глаза, а руки потянулись к оружию. За спиной раздался странный свистящий звук, потом хлюпанье, потом ударил выстрел, и голова одного из духов взорвалась. Геннадию опалило затылок близким выбросом пороховых газов. Второй начал поднимать автомат, еще выстрел и опять попадание в голову. Из-за спины выскользнула Сима, подняла стул, освобожденный одним из покойников, и уселась на него, с интересом разглядывая связанного командира.

– Что уставилась? Развяжи скорее, – потребовал Геннадий. – Тут могут быть еще люди. – Сима отрицательно покачала головой. – Больше никого нет, был еще хозяин и какая-то боевая дамочка, но они уже держат ответ перед Аллахом. И еще одна странная личность. Этого я оглушила, связала и сунула под кровать.

– Все равно развяжи. – Геннадий чувствовал себя весьма неудобно.

– Успеется, когда еще выпадет возможность лицезреть начальство в виде мокрой курицы?

– Хватит валять дурака! Я приказываю!

– Есть! – Сима встала и подошла поближе. Наклонилась, обняла за шею. – Видишь, как удобно, а ты и пошевелиться не можешь. – И впилась в губы горячим поцелуем.

Геннадий застыл, не в состоянии сказать ни слова, но на поцелуй ответил. У него уже почти кончилось дыхание, когда Сима неожиданно отпрянула и переместилась за спину. Он почувствовал холод лезвия ножа, который перерезал ремни. – Да ты еще и извращенка! Садомазохистка! – Спасительница весело рассмеялась. – А может, я просто ждать устала, когда ты инициативу проявишь?

– Так я тебе и поверил, – проворчал Геннадий, поднимаясь и разминая руки. Сильно затечь они не успели, времени прошло не так уж и много. За спиной, в луже крови, лежал третий участник «беседы» У него было перерезано горло. Наскоро обыскал всех троих. Искал не столько документы, сколько свой пистолет. Объясняться с начальством по поводу утери личного оружия совершенно не хотелось. Пистолета в комнате не оказалось.

– Серафима, ты мой ствол не видела?

– Видела, он у этой фурии ислама в руках был. В соседнем помещении валяется.

– Сразу сказать не могла? Видела же, что ищу.

– Вот она – мужская благодарность, – картинно всплеснула руками Сима. – Спасаешь его, жизнью рискуешь, а вместо «спасибо» слышишь одни упреки и необоснованные претензии.

– Спасибо! Но дело еще не закончено, сюда могут прийти, мы должны поторопиться. – Геннадий подошел к двери. – Заперто! Ключ в замке. Когда это она успела его повернуть? – Осмотрев дом и найдя свой пистолет, он немного успокоился. – В самом деле, больше никого нет. Одни покойники и этот, который под кроватью. – Вернулся в комнату, где Сима копалась в документах хозяев. – Все чисто, мы тут одни!

Боевая подруга хмыкнула. – Я тебе об этом десять минут назад говорила.

– Лишняя проверка никогда не помешает. А теперь скажи, как ты тут оказалась? За мной следила?

– Разумеется! Я же тебе сказала, что чувствую опасность, а ты не внял. Вот и пришлось идти следом. Выговор объявишь? – в глазах у нее была ирония.

– Следовало бы! Да только толку-то? – Геннадий решительно подошел к Симе, которая стояла с независимым видом, и обнял. Та прошептала, – мокрый весь, – но ответила с неожиданной страстью. Они еще самозабвенно целовались, когда послышался шум подъехавшей машины и голоса.

– Десантники, – сожалением сообщила Сима, отрываясь. – Я назначила им время, полчаса, а теперь они истекли. Пойдем встречать?

– Ничего, мы еще найдем время, – пообещал Геннадий, наскоро приводя себя в порядок. Он подошел к окну и махнул рукой командиру группы. – Давай, заходи, тут для вас есть работенка.

– И что тут у вас произошло? – поинтересовался лейтенант, разглядывая комнату.

– В засаду попал, – с досадой сообщил Геннадий. – Ждали они меня. Та подруга, что лежит в соседней комнате, саданула чем-то по затылку. Понимаешь, не ожидал атаки от женщины. Очнулся… привязанным к стулу. Думал, что хана настала, но тут Сима появилась и… сам видишь.

– Не ожидал от женщины? – хохотнул лейтенант. Уж кому-кому, а тебе-то следовало этого ожидать! – Он со значением покосился в сторону Симы. – Ладно, мы тут сами приберем, может, что полезное обнаружим. Допросить их, как я понимаю, уже не удастся. – Он повернулся к Симе. – Не могла хоть одного в живых оставить, чтобы было с кем побеседовать?

– Специально для тебя оставила, ты в спальне под кровать загляни.

– Дельно, – обрадовался десантник, – все претензии снимаются.

Он быстро вышел из комнаты, но вскоре вернулся, волоча за собой связанного человека с кляпом во рту. С помощью одного из бойцов его усадили на стул, к которому ранее был привязан Геннадий, и тоже привязали. Теперь появилась возможность внимательно рассмотреть добычу. Перед ними сидел мужчина лет тридцати с европейскими чертами лица, блондин. Он явно находился в сознании, а в его взгляде читалась жгучая ненависть.

– Та-а-к, – протянул лейтенант, – кто это тут у нас? Европеец? Американец?

– Поляк он, – проинформировала Сима, – похоже, что из этих… новообращенных. По крайней мере, когда я с ним разбиралась, то матерился он по польски.

– Поляк, говоришь, – недобро усмехнулся десантник, – да еще и мусульманин? Убойный коктейль, ишь как глазки-то горят. Сержант, принеси-ка из машины плоскогубцы. Клиент нам, похоже, попался несговорчивый. Придется повозиться. Сержант кивнул и вышел. Геннадий одобрительно кивнул.

Может, без третьей степени обойдемся? – встряла Сима. Лейтенант посмотрел на нее с явным раздражением. В его взгляде явственно читалось, мол, привыкли вы у себя в Системе в белых перчатках работать. А мы парни простые, армейские, у нас нет времени на психологические изыски. Вот и плющим фаланги, если понадобится. Как говорится, может и не эстетично, зато дешево, надежно и практично. Геннадий давно заметил, что Сима имеет привычку отвечать на незаданные вопросы и невысказанные претензии. Вот и в этот раз она сразу оценила ситуацию.