Коллапс - Макс Крынов

Прыгаю в сторону, едва избежав хватки. В этот момент Краун наконец пришел в себя и ринулся вперед. Искатель разбежался и врезался в некра, опрокидывая чудовище на землю.

Мы не стали терять время — обрушилась на тварь, как облако пчел. Методично отрубали конечности топорами, уворачиваясь от рук и пасти. Кто-то умудрился вогнать в глазницу арматуру, вызвав еще один болезненный детский крик. Спустя пять минут все, от твари осталась лишь груда обугленной плоти, неспособная двигаться.

— Мы сделали это, — хрипло пророкотал Краун. — Впереди еще много битв с зомби. Но мы будем готовы.

Краун отворачивался, стараясь не смотреть на кровавое месиво. Остальные были заняты своими делами — кто блевал, кто шел к отрядному целителю — хрупкой девочке, которую охраняли два искателя, держа подальше от монстра во время драки. И судя по тому, что серые раны затягивались под тонкими ладошками, а кожа обретала прежний бледный цвет, резать своих раненых не придется.

— Слышь, а как я теперь копье достану? Эй! Ты знаешь, сколько это копье стоит в реале?

Искатель направился к голове мертвого монстра. Я же отошел подальше от толпы. Убедившись, что за мной никто не следит, я призвал шкатулку, достал оттуда семя орса и сразу же отозвал артефакт. Неудобно, но носить в карманах эту дрянь я точно не стану. Одна рана рядом с карманом, или попавшая на него кровь — и меня переработает на пилюлю.

Стоило семени орса упасть на перемешанный с костями фарш, оставшийся после твари, как во все стороны брызнули тонкие щупальца орса! С каждой секундой красные побеги толстели.

Я отошел подальше, и вовремя! Тварь подскочила на изрубленные ноги, завыла разными голосами. Обрубки рук попытались было сорвать крепнущие отростки, но ничего не получилось. Все новые и новые побеги опутывали тело монстра, сжимали, дробя и размалывая кости. Копье, за которое переживал искатель, тоже переломало в щепу.

Спустя десять минут монстра полностью высосало и переработало.

Так и знал, что с этой дрянью что-то не так.

Когда на месте тела сформировалась костяная чаша с насыщенным некросилой орсом, забираю его. Ожидал, что кто-то особо наглый попытается забрать себе пилюлю, но никто ничего не сказал. Похоже, все идиоты либо сидят по квартирам, либо уже сдохли.

— Не хочешь рассказать, откуда у тебя семена? — тихо спросил Краун, уменьшившийся до размером обычного человека.

— Нет, — покачал я головой. И этого было достаточно, чтобы больше вопросов не последовало.

Глава 5

На разведку я вызвался сам. Во-первых, я подходил на эту роль лучше, и был уверен, что меня уж точно не поймают, а во-вторых было интересно первым увидеть, что же происходит на площади.

— Ну, если просишь, — не стал настаивать Краун. — Кин пойдет! Кто-нибудь желает составить ему компанию? Значит, идешь один.

Я окутал себя техникой незаметности и осторожно пробирался к площади, стараясь даже под незаметностью двигаться осторожно. Мне было не по себе. Не знаю, что тому виной — свинцово-серые тучи над головой, или царящая вокруг тишина, нарушаемая лишь редкими истошными криками.

Мне нужно было добраться до крыши здания у площади, и оттуда посмотреть, что происходит на площади. С земли ничего не было видно — площадь окружала серая стена метра в четыре высотой.

Здание либо было новым, либо его недавно обновили — штукатурка белая, без трещин. Сейчас этот ремонт казался абсолютно ненужным — лучше бы эти деньги потратили на открытие какой-нибудь секции фехтования. Все больше было бы шансов выжить у народа.

Я с легкостью карабкался, наступая на подоконники, перепрыгивая между окнами, цеплялся за щели между кирпичами. Подтянулся, держась за скат крыши.

Я старался поменьше шуметь, но не издавать ни звука не выходило. Подоконники скрипели под моим весом, но я двигался быстро и уверенно, зная, что если у меня и есть время, то у людей на площади его нет.

Перебравшись на другой край крыши, я осторожно принялся осматривать площадь.

Внизу происходило нечто ужасное. Краснокожий карлик, одетый в лохмотья, увешанный костяными амулетами, танцевал вокруг огромного рунного круга, вырезанного на тротуарной плитке. Его движения были дикими и хаотичными, но я чувствовал в них какую-то зловещую гармонию.

Некры подводили к уродцу людей, одного за другим. Эти несчастные даже не были связаны, в путах не было нужды — вряд ли кто-то из захваченных людей способен преодолеть четырехметровую стену.

Карлик держал нож и одним движением перерезал горло каждой жертве. Кровь струилась по вырезанным на земле рунам, наполняя их зловещим светом.

Обескровленные тела зомби несли к серой стене. Навстречу носильщикам прямо из стены тянулись щупальца — длинные, извивающиеся отростки, которые хватали тела и утаскивали. Это зрелище было настолько отвратительным и неестественным, что у меня перехватило дыхание.

Карлик продолжал танцевать, его движения становились всё более интенсивными. С каждой жертвой рунный круг светился всё ярче. Вряд ли время идет на минуты, если уж ритуал ведется со вчерашнего дня, но я вижу кварталов в четырех отсюда очередную группу избитых горожан, которых ведут к площади. Нужно вмешаться прежде, чем этих людей принесут в жертву.

Нужно как можно скорее передать информацию группе.

С крыши я просто спрыгнул. Мое тело теперь было куда крепче, чем прежде, хотя я и прежде сумел обойтись без переломов, когда меня выкинул из квартиры Валера.

Приземлился на асфальт пусть с шумом, но без ожидаемой боли в ногах. И сразу же побежал к группе: по прямой, не оглядываясь. За сто метров до магазина, в котором осталась группа, снял маскировку.

Искатели Крауна выставили наблюдателей, только вот на подходе я заметил и еще пару человек, одетых в военную форму. Значит, прибыли вояки. Отлично. Надеюсь, выдвинемся как можно быстрее.

Когда я зашел в магазин, чуть не сбился с шага. Среди пятерки одетых по форме военных стоял тот, кого я меньше всего ожидал здесь увидеть. Косолапый.

Широкие плечи мента казались еще чуточку шире, а вот пузо слегка втянулось. Говнюк был одет в военную форму, скрадывавшую недостатки фигуры, но этого точно было мало для изменений. Либо он с момента нашей последней встречи присел на правильное питание, либо стал неспящим. А может, нажрался орсов или успел добыть себе облик, пустив пулю с табельного в спину какого-нибудь искателя.

Зря я надеялся, что мразь обратится. Он как таракан — выжил и мутировал в лучшую для себя сторону.

— О, гляньте-ка,