Беглец - Алекс Рудин

— Ну так пусть они начинают! — встав в боевую стойку, кивнул Никита Михайлович.

Стихийные духи только этого и дожидались.

Они напали на Никиту Михайловича сразу со всех сторон, и я увидел самый настоящий бой.

Обжигающее вспыхивало пламя. На него с яростным шипением обрушивались потоки ледяной воды. Порывы ветра были такими резкими, что сбивали с ног. Воздух трещал от электричества. Пахло палёным.

Спортивный зал академии затянуло горячими клубами водяного пара.

Никита Михайлович мужественно отбивался. Он сразу ушёл в глухую оборону и прикрылся щитом из серого гранита. Стихийные духи яростно бросались на этот щит, пытаясь его пробить.

Я искренне восхитился мастерством Зотова. Его атаковали сразу со всех сторон, а он умудрялся не только отбиваться, но и пару раз переходить в ответное нападение.

Вот только это ему не помогло.

В отличие от Никиты Михайловича, стихийные духи не имели тела. Они были воплощением чистой магии, и поразить их заклинаниями у Зотова никак не получалось.

Меньше чем через минуту все было кончено.

Духи зажали Никиту Михайловича в углу и непрерывно колотили по его щиту огнем, водой и режущим как бритвой ветром.

Только дух земли держался в стороне от схватки.

Сначала мне показалось, что он не хочет нападать, потому что чувствует в Зотове родственную душу, ведь Никита Михайлович тоже был магом земли.

Но потом я догадался, что дело не в этом.

Я видел, как Никита Михайлович каким-то чудом исхитрился, выиграл долю секунды и резко взмахнул левой рукой. Этим движением он как будто потянул окружающее пространство на себя. Стихийные духи протяжно застонали. Я почувствовал, как их магия медленно перетекает к Зотову.

Ничего себе, оказывается, можно и так?

Это продолжалось всего секунду, а затем духи отлетели и разорвали контакт. Им помогло то, что Никита Михайлович использовал другую магическую стихию.

Я интуитивно догадался, что духа земли Зотов легко подчинил бы полностью.

Эта успешная атака дала Никите Михайловичу секундную передышку, но духи тут же насели на него с новой силой.

— Александр Васильевич, остановите их! — задыхаясь, выкрикнул Зотов. — Это уже не шутки!

Я был так заворожен схваткой, что не сразу понял, о чем он говорит. Но тут же опомнился и послал духам мысленный приказ:

— Хватит!

Но духи разгорячились так, что мне пришлось повторить:

— Хватит! Прекратите!

На этот раз стихийные духи послушались. Они прекратили атаковать Зотова, но все так же кружили под потолком, готовые к повторению схватки.

Никита Михайлович еще несколько секунд держал оборону. Затем убедился, что духи успокоились, и убрал потрепанный магический щит. Устало вытер со лба пот, перемешанный с грязью, и изумленно посмотрел на меня.

— Ну, у вас и помощники, Александр Васильевич!

— Вам сильно досталось? — спросил я.

— Ерунда, — отмахнулся Зотов. — Как выяснилось, стихийным духам знакомы дуэльные правила. Они били не в полную силу.

— Ничего удивительного, ведь в прошлом они были аристократами, — машинально согласился я.

И тут же спохватился:

— Вы говорите, они били не в полную силу? Ничего себе! Мне показалось, что они вас вот-вот убьют.

— Если бы они захотели, то это им бы удалось, — честно признался Зотов. — Никогда не сталкивался с такими неуязвимыми существами. Думаю, с вашими духами не справился бы ни один маг. Да что там говорить! Даже если на вас нападет небольшая армия, то не завидую я этой армии.

Я почувствовал, что настроение духов сменилось — им понравились слова Зотова.

— Духи благодарят вас за прямоту и честность, Никита Михайлович, — усмехнулся я.

— На здоровье, — широко улыбнулся Зотов и принялся отряхивать свой черный мундир от налипшего песка. — Что ж, господин Тайновидец, я вынужден взять свои слова обратно. С такой охраной вам не нужны никакие тренировки. Для столичных бандитов будет лучше, если они станут обходить вас стороной. Пожалуй, я напрасно потратил время, предлагая вам свою помощь.

— Не напрасно, — возразил я. — Не забывайте, Никита Михайлович, что у меня есть близкие люди, и им тоже угрожает опасность. Поэтому я попрошу магических духов защищать в первую очередь их, а сам постараюсь справиться своими силами. Кажется, ваша схватка с духами кое-чему меня научила. Ну-ка, поставьте щит!

Я нисколько не преувеличивал.

Во время схватки Никиты Михайловича с магическими духами я в полной мере ощутил убийственную ярость обеих сторон. И сейчас попытался вызвать эту ярость в себе самом.

Увидев, что Зотов прикрылся щитом, я резко взмахнул левой рукой и послал в этот щит всю свою магическую силу.

Прямо передо мной возникла тяжелая водяная волна.

Я даже увидел на ней грозный пенный гребень. С оглушительным плеском волна ударила в щит Зотова и расколола его на гранитные брызги. Самого Никиту Михайловича отбросило к стене.

— Вот черт, — пробормотал я, бросаясь к нему. — Кажется, я и тут перестарался.

По счастью, Никита Михайлович оказался в сознании. Вот только глаза у него стали круглыми, но я списал это на удивление.

Немного полежав, начальник Тайной службы осторожно сел и ощупал себя руками.

— Не ожидал, — медленно сказал он. — Как это у вас вышло?

— Поймал нужное настроение, — объяснил я. — Ну и застал вас врасплох.

— Да, это вам здорово помогло, — согласился Зотов, — но удар все равно вышел отличный. Постарайтесь не терять это настроение, Александр Васильевич, однажды оно вам здорово поможет.

— Вы можете встать? — поинтересовался я.

— Могу, — кивнул Зотов, — но дайте мне пару минут посидеть. Нужно прийти в себя.

Я оставил его в покое и обратился к духам.

— Думаю, вы слышали наш разговор, и знаете, что моим близким грозит нешуточная опасность. Я не могу вам приказывать, поэтому просто прошу. Защитите их от возможной угрозы.

Духи не стали тратить время на слова. Все равно они прозвучали бы невнятным бормотанием. Вместо слов они ответили теплым ментальным импульсом, точно так же, как отвечал мой дом.

— Спасибо, ребята, — улыбнулся я. — Уверен, вы меня не подведете. Отправляйтесь прямо сейчас, а я предупрежу Елизавету Федоровну.

Договорившись с духами, я послал зов Лизе.

— У нас возникли серьезные разногласия с влиятельными аристократами столицы, — честно сообщил я. — Я смогу все уладить, но на это потребуется какое-то время. А сейчас мы все в опасности, и тебе лучше