Легенды о Корлионе Трионе - Николай Бершицкий

– Для чего?

– Накинешь какие-нибудь шмотки на свою кольчугу, или что это на тебе.

Корлион невольно провел ладонью по плотной холодной «водолазке» из мелких, почти невидимых колечек. Эластичный и прочный сплав мог выдержать попадание из любого оружия на Антореле несколько раз даже с близкой дистанции, плотно прижатые сегменты отражали различные лучи, при этом имея микроскопические поры для лучшей вентиляции. Такими свитерами оснащались все солдаты Данноена. Наряду с энергомечом они считались главной гордостью военной инженерии Антореля.

– И маску с клинком спрячешь. Слушайся меня, я заинтересован в твоем успехе и дурного не посоветую. Если хочешь остаться цел – прячься. Это только пока…

Кивнув, Корлион направился к буйнорастущему орешнику на холме над городом. Опустился на колени, выглянул. Войска Империи быстро управились с защитниками, на всех парах к городу неслись машины, которых на Антореле не было, но почему-то он сразу узнал, что называются они танками. Картинки и слова появлялись в его мозгу в тот же миг, как вставал вопрос. На секунду Корлиону Триону представилось, будто он знает все! У городской черты значительно выросшая армия цертонцев остановилась, вперед выдвинулась массивная махина, утыканная орудиями, из которой зазвучал голос. Корлион переводил слова так, словно всегда знал язык, слышимый им впервые. Также он понял, что это некий общий для всей галактики язык, цертонскую речь он тоже представил в мыслях, не усомнившись в ее истинности. Это было необычно и интересно, Корлион вдруг ощутил всемогущество, превосходство над другими людьми. Довольный шепоток Лерроха сообщил, что демон услышал мысли носителя, но Триона это не испугало. На сто процентов он осознавал власть и над порабощенным духом тоже.

– Люди Неул-тана, с вами говорит глашатай Его Величества Императора Град аро Тарг-Ааззена, властителя Цертона, покорителя миров! Император из милости предлагает вам последний шанс сложить оружие и сдаться! Всякий добровольно отдавшийся в руки Империи получит возможность стать подчиненным арре-халлов, пленных ждет рабство, а оказав сопротивление, вы приговорите себя к смерти! Решайте скорее, я даю вам час!

В ответ на ультиматум раздался выстрел из крайнего дома, за ним последовали еще и еще… Цертонцы не стали поливать город огнем, напротив, их железные колонны сдали назад. Солдаты присели за танками и броневиками, не пытаясь сопротивляться. Сперва Корлиона удивило подобное поведение завоевателей, он не допустил бы такого в армии «черных людей», но вскоре все встало на свои места. Станция, которую Трион видел чуть раньше, переплыла к городу, направив на него свисающие снизу трубы-стволы. От ярко-красной вспышки он прикрыл глаза, слыша лишь ужасающий грохот, а убрав от лица ладонь, обнаружил, что значительная часть города полыхает в огне. На улицах зазвучали испуганные крики, жители выбегали к имперцам и падали на колени. Это неблаговидное зрелище в который раз побудило Корлиона улыбнуться.

– Мой выход, – проговорил он, вставая.

– Куда? – одернул его демон. – Ты что, опаздываешь? Мне казалось, я рвусь из плена. Сейчас твое появление только подставит тебя под удар. Конечно, если тебя убьют, я тоже освобожусь, только не смогу самостоятельно выбирать, куда идти. Скорее всего, меня вообще выбросит в Небытие, а для демона нет места страшнее. Пока действие крови проклятого особенно сильно, и так будет, доколь я тебя не покину, ни еда, ни питье тебе не потребуются. Ты сверхчеловек! Пользуйся, пока дают!

– Сверхчеловек, – повторил Корлион. – А что, если я не захочу с тобой расстаться?

– Что?! – рыкнул Леррох. – Тогда я сведу тебя с ума, смертный! Растерзаю твою душу, твой разум! Ты не представляешь, в какую игру собираешься играть! Слушай, пусть этот прискорбный эпизод не повлияет на наше сотрудничество, – успокоившись, сказал демон. – Мне нужна свобода, а тебе – новая жизнь. Я помогу тебе сбежать отсюда, а часть силы демонов останется в тебе так и так. Кровь уже прижилась.

– Попробуем твой замысел, говори.

– Отлично! Отсидись в кустах до сумерек, пусть все уляжется. В темноте легче будет пробраться в город. Раздобудь одежду и смешайся с толпой. Дальше я придумаю, как поступить в соответствии с ситуацией.

Корлион вздохнул и сел на влажную землю. Кусты удачно скрывали его от чужих взоров, да солдаты Империи и не искали его. Воткнув меч рядом с собой, Трион положил руки с Маской себе на колени и пристально посмотрел на орудие устрашения, многие века служащее для подчинения народов. Враги данноенцев думали, что сама смерть обрушила на них гнев преисподней, когда облаченные в черное воины с черепами вместо лиц врывались в их жилища. Красные фасеточные глаза черепа смотрели на хозяина с хитрым огоньком. Ровных линий Маски коснулись мягкие румяные солнечные лучи. Бывший Лидер засмотрелся на главный свой атрибут, но вдруг спросил Лерроха:

– Почему ты выглядишь по-другому? Когда мы встретились в спальне Элеонор, ты имел абсолютно иной облик.

– А как я выгляжу? – непринужденно переспросил демон. – Я себя со стороны не вижу, в конце концов, твое воображение меня создало.

Корлион цокнул языком и уставился на Маску. Так он сидел до темноты, более не говоря с проклятым демоном, вспомнив, сколько зла тот принес ему…

2. Не привлекая внимания

Вокруг Корлиона шелестели листья, но сам он двигался максимально тихо, словно ожившая тень. Черное одеянье идеально скрывало его, а красные глаза маски заработали в режиме ночного видения. Он прекрасно различал все вокруг, хоть и в красноватом цвете, будто лицо его залило кровью. Спустившись с холма, анторелец прокрался к низкой городской стене, непонятно от кого и как защищающей жителей. Надо думать, врагов на планете у них было мало или те вообще отсутствовали. Немудрено, что Империя вбила их в землю с такой легкостью, некоторые племена на Антореле боролись за свою свободу куда яростнее. Одним махом он взлетел на стену, спрыгнул с другой стороны и укрылся в темноте. Для укрытия мест хватало: освещены были только улицы, по которым вели пленных. Крыши домов приспособили под наблюдательные пункты с прожекторами, пулеметами и охраной с винтовками. Световые конусы всюду сопровождали колонны понурых людей Неул-тана. Имперские солдаты шли рядом, подгоняя их оружием.

– Поищи трупы, – подсказал голос в голове.

Кивнув, сам не зная кому, Корлион задними дворами двинулся вдоль улицы, то и дело поглядывая, что там происходит. Горожане, как ни странно, выглядели не такими уж несчастными, словно захват их города обязывал к повиновению. Раболепство текло у них по жилам. Корлион испытал к ним острое презрение. Он, гордый воин Данноена, не мог сопереживать этому стаду. Таких, как они, надо порабощать, чтобы хоть кто-нибудь дал им правильный вектор. Демон беззвучно усмехнулся. Корлион задержался, пережидая грохочущий по мостовой броневик, за которым маршировал отряд бойцов в белой броне и шлемах с чем-то вроде капюшона кобры треугольной формы сзади. Возглавляли группу три воина в мощных бронекостюмах и с красными плащами на плечах. Всеведущий «знаток» в мозгу сообщил, что цертонцы называют их преторианцами. Шествие завершал один цертонец в черной длинной, до колен, одежде, перетянутой посередине ремнем. Нижняя часть лица его скрывалась под дыхательной маской. Для чего она требовалась, не сказал даже голос. Зато Корлиону выдался шанс рассмотреть этих самых цертонцев. Серолицые, с заостренными кончиками ушей, полностью безволосые. А когда темный страж – именно так наименовал его «знаток» – посмотрел в сторону Корлиона, тот увидел его глаза: желтые с зелеными узорами вокруг вертикального, как у змеи, зрачка. От этого взгляда по шее анторельца пробежали крупные мурашки. Леррох, напротив, задрожал от некоего нетерпения.