Энциклопедия наших жизней. Два друга и «Москвич 408». Том 3 - Ираида Владимировна Дудко

Вот эта блестящая идея привела к тому, что была создана идеология хорошего качества оружия и массового производства. Старожилы говорят, что первые снаряды, которые делались, в том числе, на тульских предприятиях, по цене были равны «Москвичу», – стреляли "Москвичами".

А потом, в 80-х гг., когда была большая серийность, цена была доведена до 240 рублей за снаряд.

С. БУНТМАН: Тогдашних. То есть. Стреляли хорошей зарплатой.

А. КУРЕННОЙ: Все-таки не машиной.

Н. МАКАРОВЕЦ: Естественно, это не только «Сплав», потому что разработка была боевых машин по нашим заданиям, – сегодня это прекрасный завод в Перми «Мотовилиха», разработка была порохов, взрывателей, в общем, «Сплав» играл роль, кроме собственных конструкторских работ, роль головников. И с тех пор это за нами закрепилось.

Дальше мы почувствовали вкус, пошли новые разработки, появилась система «Ураган», она родила противовес американской системе, потом появилась система «Смерч», в 1986 г., с калибром в 300 мм., хорошая национальная система. Но в мире, в принципе, разработок много, наши разработки родили разработки в других странах.

И, несмотря на то, что мы гордимся, что «Град» находится на вооружении шести стран, сегодня мы находимся в конкурентной среде по отношению к мировому сообществу, ну и стараемся для Российской Армии сделать лучшее.

С. БУНТМАН: Американцы делают системы залпового огня, кто еще делает, какие страны, кто серьезный конкурент для России?

А. ЕРМОЛИН: И что такое системы залпового огня с точки зрения тактико-технических характеристик, где используются?

Н. МАКАРОВЕЦ: Системы залпового огня – посмотрите на «Катюшу», когда в боевой машине находится экипаж и несколько направляющих. У «Града» это 40 направляющих, 40 направляющих труб. У «Урагана» – 14–16, в «Смерче» – 12. Когда у вас экипаж 3–4 человека, а в перспективе, два, несет на себе мощнейшую боевую нагрузку. Ну, поставьте рядом количество пушек и вы ясно увидите, что если вы научите снаряды залпового огня стрелять как пушки, так же точно, то они будут вне конкуренции. Поэтому вот это национальное оружие СССР приобрело такие формы.

Хочу сказать, что раньше было неправильное впечатление, что этим обладал только СССР, нет. Неуправляемые снаряды с различных станков были и в других странах. Заслуга советских конструкторов в начале 40-х – что поставили на такую боевую машину, сделали это в виде батареи и получился массированный огонь по противнику – вы знаете, что было в 41-м году, когда под Вязьмой произошли первые стрельбы экспериментальной батареей – вот это принесло большую известность.

Мы стали – боюсь это слово сказать – в нашей стране монополистами, но конкурируют с нами, безусловно, американцы – они вначале немножко отставали, потом поняли преимущества. На рынке неплохо конкурирует с нами китайская сторона, неожиданно Бразилия, ЮАР имеет системы залпового огня, Турция тоже стала производить. На вооружении системы залпового огня находятся практически во всех странах, в том числе, в 66 наших, национальных.

С. БУНТМАН: Кто-нибудь серьезно ушел вперед в своих разработках по сравнению с тем, что делается в России?

Н. МАКАРОВЕЦ: Безусловно, мы смотрим с уважением на американскую систему. Она появилась после нашего «Урагана», но на 10 лет позже. В связи с этим она была более автоматизированная, но была небольшая ошибка на танковом, гусеничном шасси. Это в условиях песков, пустынной местности и жары оказалось сложно. Поэтому они перевели на автомобильное шасси.

А так идет соревнование, но когда мы смотрим на Россию, у нас есть еще одна интересная система – «Искандер», – мы, конечно, дотянемся и до «Искандера», но всегда надо помнить, что это уже не для Российской Армии, поскольку «Искандер» прекрасное оружие для России и реактивная система залпового огня для России.

А. КУРЕННОЙ: Насколько вообще система РСЗО это современное оружие? Сейчас мир уже смотрит в сторону беспилотных систем, компьютерных вещей – РСЗО этим требованиям удовлетворяют?

Н. МАКАРОВЕЦ: Нет, когда мы говорим о беспилотниках, и танках роботизированных, – да нет, конечно, артиллерия, в том числе и нас всегда называют "реактивная артиллерия", на самом деле они всегда остаются и будут, потому что посмотрите на операции, которые идут в других странах. Сначала артиллерией, реактивными системами расчищают путь для армии, а потом уже идет армия, с целью сохранения личного состава.

Поэтому задачи РСЗО были и будут – увеличивать дальность, точность. А что касается беспилотников – это скорее средство разведки. Есть и такая прекрасная идея – если вы систему «Смерч», калибр 300, разместите в беспилотнике, быстро пройдете линию фронта и там, над целью, раскроете его, то вы будете получать информацию, вас не собьют, – эта идея абсолютно реальна, она будет воплощена.

А. ЕРМОЛИН: Хотел спросить про научно-технический потенциал, какая у вас база ученых, не потеряли ли вы человеческий капитал за прошедшие годы и где берете молодых конструкторов?

Н. МАКАРОВЕЦ: Конечно, самый тяжелый период был в 90-е гг., на предприятии у нас было до 90-го 2700 человек. Мы потеряли в 90-е всего 300 человек, – неплохих специалистов – кто-то не верил, кто-то разуверился, ушел торговать. Сейчас нас 4000. То есть, все-таки мы нашли в себе силы все время платить зарплату, иногда были волевые решения – я не себя рекламирую, это были решения коллективные, руководства, когда руководство, чтобы сохранить коллектив, публично говорило, что зарплата руководства равна средней зарплате сотрудников предприятия. У нас было абсолютное понимание, что такой коллектив должен быть сохранен и тогда ест шансы идти вперед.

И занимаясь поисками различного рода услуг, конечно, мы очень хорошо работали над продвижением за рубеж вместе с Рособоронэкспортом. И мы сделали несколько прорывных контрактов, которые продвинули нашу систему «Смерч», завоевали рынок, и, заработав эти деньги, одновременно мы старались не просто проесть эти деньги.

Мы обязательно вкладывали часть этих денег в будущие разработки, особенно нас настораживала ситуация с известной системой «Град», поскольку она была создана в 1963 г. Настоятельно требовала модернизации, а к тому времени у нас в оборонной промышленности скопились данные о хороших ракетных топливах, о новых металлах, новых взрывателях. И мы поставили задачу срочно модернизировать или создать новый «Град» в том же калибре, к тем же машинам, имея в виду, что это и рынок и наш вклад для родной армии.

И нам удалось в 1995–1996 гг. создать «Град» с дальностью 40 км., с эффективной другой боевой частью.

А. КУРЕННОЙ: А до этого сколько было?

Н. МАКАРОВЕЦ: 18. Дальность была 20, вес был