Обретая надежду - Дж. Б. Солсбери

в течение недели в церкви так много событий? Я думала, что Иисус был воскресным парнем.

Развернув еще одну мятную жвачку, запихиваю ее в рот, чтобы присоединить к трем другим. Мое колено подпрыгивает, а челюсть болит от комка жвачки, который перетираю между зубами.

Группа из трех человек выходит из церкви, останавливаясь, чтобы поболтать, в то время как другие проходят мимо них, чтобы войти внутрь. Все эти люди пришли на занятия с волонтерами? Если есть какой-то процесс одобрения, и эти люди мои соперники, то я спокойно могу пойти домой и напиться прямо сейчас. Это было бы гораздо более продуктивно.

Нет, я не откажусь от этого.

Особенно после прошлой ночи.

Проехав весь путь до дома Энтони, я вошла в дверь и села на диван, где он предложил мне выпить, от чего я отказалась. Мне просто хотелось перейти к хорошей части, к той части, где я буду чувствовать себя лучше. Он сел рядом со мной, положил руку мне на бедро и поцеловал в шею.

Я пыталась. Действительно старалась. Закрыла глаза и представила, что Энтони — это кто-то, кого я не знаю и никогда больше не увижу. Сосредоточилась на ощущении его языка, теплого и влажного, когда парень лизал мою шею. Но мои руки оставались сжатыми по бокам, и я пыталась заставить себя расслабиться. Когда его губы встретились с моими, просто вскочила с дивана, извинилась и ушла.

Я не смогла этого сделать.

Не смогла заняться бессмысленным сексом.

Что, черт возьми, со мной не так?

И почему я чувствую, что все, что ждет меня за этими церковными дверями, может быть моим ответом?

— К черту это. — Я хватаю свою сумочку и практически выскакиваю из машины.

Мои каблуки стучат по асфальту, пока я топаю через парковку. Чувствую на себе взгляды всех церковных людей вокруг меня. Они пялятся. Осуждают. Я поворачиваюсь к группе из трех человек — двух мужчин и одной женщины — и подмигиваю, прежде чем открыть дверь и войти в прохладный вестибюль.

Куда теперь?

Я предполагаю, что занятия для волонтеров будут проходить в кабинете Кэти.

Потрясающе.

Словно святая сила толкает меня вперед, я целеустремленно иду по коридору налево. Насколько я рано? Проверяю время на своем телефоне, когда что-то врезается в меня сзади, заставляя мой телефон скользнуть по выложенному плиткой коридору.

— Черт! — Я прикусываю губу, пытаясь сдержать ругательство, но слишком поздно, оно уже вырвалось.

— Мне так жаль, — слышу я позади себя.

Этот голос успокаивает мои нервы, но в то же время вызывает бабочек в животе.

Я поднимаю свой телефон с пола, замечая, что на экране появилась новая трещина в виде паутины.

— Черт возьми.

Когда, наконец, поднимаю взгляд и вижу Бена, что-то внутри меня раскалывается точно так же, как стекло моего телефона.

Он одет не в свою обычную пасторскую униформу, состоящей из консервативной рубашки, застегнутой до воротника, и брюк. Нет, сейчас мужчина показывает больше кожи. Свободные спортивные шорты демонстрируют мускулистые икры, покрытые темными волосами. Его футболка мешковатая, но без рукавов, и его руки… святое дерьмо, его руки. Накачанные мышцы, обтянутые загорелой кожей, блестят от пота под флуоресцентными лампами.

— Я его сломал? — Только что с тренировки, его лицо раскраснелось, и от него пахнет «Ирландской весной»6, когда мужчина подходит ближе, чтобы посмотреть на мой телефон.

— Он уже был сломан.

Его мокрые волосы, в виде шипов на кончиках от пота, придают его обычному прямолинейному образу некоторую остроту. Черт возьми, если это не заставляет мои внутренности сжиматься.

— Мне жаль. Я и не заметил, с какой силой открыл дверь. Мне следует быть более осторожным.

— Ничего страшного. Все нормально.

Бен облизывает губы, привлекая мое внимание к ним, хотя его взгляд все еще на моем телефоне.

— По крайней мере, позволь мне заплатить за ремонт.

— Ты не обязан этого делать.

Когда взгляд его карих глаз скользит по моим, я замираю, потому что, может быть, это просто свет, но они совсем не кажутся карими. Они представляют собой смесь коричневого, зеленого и желтых оттенков.

— Я хочу.

— Правда?

Он быстро моргает, разрушая чары, и отступает назад.

— Это правильно.

Я ухмыляюсь.

— Вы всегда поступаете правильно, пастор Бен?

Его брови сходятся вместе.

— Пытаюсь.

— Очень жаль. — Я засовываю свой сломанный телефон в сумочку. — Я здесь для занятий с волонтерами. Предполагаю, что оно… — Я указываю в сторону кабинета Кэти.

Выражение его лица становится серьезным.

— Насчет этого. Я вчера вечером перечитал твою анкету и…

— Серьезно? — Я наклоняю голову и стараюсь не слишком улыбаться. Мысль о том, что пастор Бен читает мои ответы на такие личные вопросы поздно ночью и голый в своей постели… что ж, визуальный образ творит со мной чудеса.

— Да. Я чувствую, что от имени церкви Благодати должен извиниться перед тобой. Это были слишком личные вопросы, которые не имеют никакого отношения к тому, чтобы ты стала встречающей. Мне стыдно признаться, что я оставляю подобные вещи на усмотрение Кэти, а не уделяю им свое личное внимание. Я вижу, что это была ошибка.

Я пожимаю плечами.

— Не парься. Мне было весело.

Мужчина кривит губы, сдерживая улыбку.

— Я заметил это, мисс Рэмкок.

Я подавляю восхитительную дрожь, услышав это слово из его уст. Его голос такой глубокий, в нем есть рокочущие нотки, которые идеально подошли бы для спальни. Я могу себе представить, как горячо было бы услышать, как мужчина рычит эти слова в мои соски…

— В любом случае, — говорит он, яростно вытаскивая меня из фантазии. — Я выбросил твою анкету и сообщил Кэти, что Эшли Кендрик получила мое одобрение для волонтерства.

Может быть, дело в том, как Бен с такой осторожностью произнес мое имя, или в том, что он уничтожил мою анкету, как бы говоря, что отказывается судить о моем характере по глупому листу бумаги. Что бы это ни было, услышав, что он дал мне свое одобрение, что-то распутывает в моей груди.

— Ты сделал это для меня?

Бен осматривает наше окружение, затем наклоняется ко мне.

— Послушай, я знаю, что Кэти может быть немного напористой. Надеюсь, что ты выдержишь это, несмотря ни на что. — О боже, он снова облизывает губы, не имея ни малейшего представления о том, что это делает со мной. — Я с нетерпением жду возможности видеть тебя здесь почаще.

— Правда? — Это слово едва слышно, как шепот. Я ожидала, что Бен будет благодарен за большее количество людей, приветствующих прихожан у дверей, но он был бы рад видеть меня