Охота на Гитлера - Дмитрий Юрьевич Власенко

class="p">Разбудил его посреди ночи телефонный звонок. Шнайдер осторожно встал и босиком прошел в гостиную, в темноте, на ощупь, нашел мерзко дребезжащий телефон.

– Ну? – спросил он в трубку.

– Это я, – закричала радистка Кэт, – вам нужно срочно приехать.

– Чего? – спросил Шнайдер сонно.

Кэт недоуменно замолчала, потом повторила:

– Нужно срочно приехать.

– Буду, – неслышно, как сова, он двигался по квартире, извлекая из темноты штаны, водолазку, плащ и шляпу.

– Кто это? – задала вопрос фрау Бауэр, зажигая ночник. – Я слышала женский голос.

– Срочное дело в управлении, – сказал Шнайдер, спешно стягивая пижаму. – Секретарша звонила.

– У вас секретарша? – удивленно спросила фрау Бауэр.

– Новенькая, – ответил Шнайдер, натягивая штаны, – потом расскажу.

– Странно, что вы про нее ничего не рассказывали.

– Все, до скорого. Надеюсь, это ненадолго, – Шнайдер поцеловал вдову в щеку и бросился вон из дома.

Через минуту он уже сидел в машине и давил на газ с воем: "Только не это!". Секретный код "Срочно приехать" – это предсмертный крик Родины о помощи, за ним – тишина. Вечная тишина и покой. Надо было спешить, пока не случилось страшное. Вот дом Кэт, скорее на второй этаж, звонок.

Кэт открыла дверь, рыдая:

– Александр Максимович, Александр Максимович…

– Что, что, что? – Шнайдер бросился к столу, жадно схватил листок с шифровкой из Центра и рухнул на стул.

Шифровка выпала из его рук, Шнайдер безумными глазами оглядел комнату, пытаясь понять смысл происходящего. Он часто и шумно дышал, как после долгого бега, руки и ноги его безвольно повисли, словно тряпичные игрушки. Кэт в ужасе смотрела на него, не зная, что делать. Руки Шнайдера вдруг задрожали, дернулись длинные ноги, еще, еще раз, он вскочил, бросился под стол, отыскал шифровку и прижал ее к губам.

– Катя! Катя! – закричал Шнайдер. – Боже мой, Катя! Они нам разрешили! Понимаешь? Они разрешили убить его, понимаешь?! Мы! – сказал он тихо. – Убьем! – сказал он еще тише и, наконец, торжественно подытожил: – Гитлера!

Шнайдер и Кэт в гостях у Зельца

На следующий день Шнайдер наметил встретится с Зельцем. В этот раз он решил взять Кэт с собой.

– Я тебе о нем говорил уже, этот тот самый «Писарь», – объяснил он ей. – Ты веди себя, как обычно, ни о чем не беспокойся, Он уже знает, кто я такой, так что лишнего ты все равно не сболтнешь.

– А зачем я вам? – спросила Кэт.

– Понимаешь, проблема с ним в том, что он – трус. Он секретарь у Гитлера, видит каждый день, как ты меня сейчас,. Но боится хоть что-нибудь для нас сделать, даже бумажку из канцелярии принести, не то что пристрелить этого гада. А при тебе трусить ему будет стыдно.

– Разве он сможет убить, если он трус? – спросила Кэт.

– Поживем – увидим, – пожал плечами Шнайдер. – Поехали, он уже нас ждет.

Зельц, действительно, ждал. Придя с работы, он бросился прибираться: целых полтора часа он бестолково рассовывал вещи по шкафам, мыл посуду, что-то перебирал, переставлял, перекладывал, и в конце концов так запыхался, что рухнул без сил на пол и лежал там минут двадцать, пока сердце, наконец, не прекратило свою бешеную скачку. Тут-то Зельц и увидел бюст фюрера.

– Это провал! – обожгло его. – Это безумный безусловный провал.

Полгода назад Зельц купил на блошином рынке медный бюстик Адольфа Гитлера. Каждый раз, приходя с работы, Зельц давал бюстику пару щелбанов и таскал за нос. И вот сейчас весь бюстик был темно-коричневого цвета, зато нос блестел, сверкая отраженным электрическим светом. От внимательного взгляда не укрылось бы такое несовпадение. Зельц на цыпочках сбегал в кладовку за наждачной бумагой и стал приводить бюстик в порядок. Он тер его впалые щеки, уши, челку, тонкие губы, шею, глаза, снова шею, пока бюстик не засиял, как золотой телец.

– Можно войти? – услышал вдруг Зельц за спиной тихий голос.

В ужасе Зельц обернулся: перед ним стоял Шнайдер. Сколько времени он уже здесь, подумал Зельц, что он подумал обо мне? Почему он сегодня в форме СС? Куда деть бюст? Проклятый Гитлер! И кто это девчонка с ним?

– Не переживайте, я знаю, что такое маскировка, – кивнул Шнайдер. – Так мы можем войти?

– Да, конечно, конечно, проходите, я вас ждал, вот, прибирался, и…

– Ясненько. Позволь, тебе, Кэт, представить, хозяина дома – герра Зельца. Очень, очень умный и интересный человек.

Кэт мило улыбнулась и подала руку. Она была очаровательна, Зельц решил, что было бы хорошо ее трахнуть.

– Очень приятно, – сказал он. – Кристоф Зельц, лейтенант.

– Кэт Хоффнунг.

– Проходите, пожалуйста, – застенчиво улыбнулся Зельц.

Шнайдер и Кэт повесили аккуратно плащи (черный и голубой) и сели на диван.

– Хотите, музыку поставлю? – спросил Зельц.

– Кэт, ты что любишь слушать? – спросил Шнайдер.

Кэт пожала плечами.

– Тогда что-нибудь легкое, Моцарта какого-нибудь, – Шнайдер сделал неопределенный жест рукой. – Есть Моцарт у вас?

Зельц стал возиться с граммофоном, и вдруг из него рявкнула на полную громкость Тридцать девятая симфония. Все вздрогнули.

– Простите, простите, – засуетился Зельц. – Не на ту кнопку нажал. Черт, сейчас еще соседи придут жаловаться.

– Ладно, не надо музыки, – сказал Шнайдер. – Присаживайтесь лучше сюда, расскажите, как ваши дела.

– Да ничего, – Зельц осторожно присел на край дивана.

– Как родители ваши? Здоровы?

– Да вроде ничего, – Зельц почему-то покосился на Кэт.

Он только сейчас заметил, что она, в отличие от немок, всегда одевавшихся только в серое, черное и белое, была одета в голубое платье.

– А они далеко живут? – спросила Кэт.

"Надо же, русская шпионка, а по-немецки говорит без акцента, – подумал он. – Может, немка? И красивая. Интересно, интересно".

– В Шверине, – сказал он.

– Сейчас самое гриппозное время, надо быть очень осторожными, – назидательно заметил Шнайдер. – Как сейчас в Швейцарии с гриппом?

– Ужасно, – сказала Кэт. – Все болеют, кашляют, чихают! Спортом никто не занимается – вот и результат!

– Да, у нас тоже на работе начальник отдела заболел – проблемы со спиной. Наверное, оперировать будут.

– Это все от сидячего образа жизни, – сказал Шнайдер. – Очень рекомендую заняться йогой! Есть один очень неплохой комплекс лежачих поз: прогиб – наклон – скручивание, и так – несколько раз. Просто великолепно, рекомендую.

– Йога? – подозрительно переспросил Зельц. – Что это за чушь?

– Индийский гимнастический комплекс, имеет очень долгую историю.

– Никогда не слышал, наверное, вранье, – сказал Зельц. – У нас лет пару лет назад один мистик предлагал тибетские травы для вечной жизни, а это, наверное, из той же сери.

– А что вы вообще про Индию слышали?

– Сидят себе где-то вшивые бородатые мужики, – ухмыльнулся Зельц, – которые за бабки продают всем мудрость мира оптом и