Обратная сторона. Невидимый мир - Рина Рид

прищурилась. Улыбнулась сперва мне, затем Майлзу, но, в отличие от Герты, которая не упустила бы возможности отпустить неприличную шутку по поводу того, что здесь произошло, Бриджит всего лишь оглядела комнату. Одного её взгляда было достаточно, чтобы понять: она сделала выводы.

– Майлз, я рада, что ты нашёл дорогу. Ты уже хорошо ориентируешься здесь. Признаться честно, я тебе даже завидую. Сама я до сих пор с трудом нахожу путь к комнатам некоторых наших ребят, – щёки Майлза вновь покрылись румянцем, и на этот раз причина была не во мне. Бриджит невозмутимо продолжила. – Мне нужно многое рассказать вам обоим. Обри, ты не возражаешь?

– Располагайтесь.

Я предложила Бриджит присесть на стул. Майлз неловко переминался с ноги на ногу, и я потянула его за руку, чтобы он наконец сел на кровать.

– Раз мы в моей комнате, могу я сперва задать вопрос?

Бриджит махнула мне рукой. Я собиралась спросить про чудовище, которое чуть не убило меня, как вдруг, пошарив взглядом по комнате, увидела куртку Чарльза среди вороха опрокинутой Майлзом одежды.

– Где сейчас Чарльз?

– Я не знаю, – быстро ответила Бриджит.

– Это ложь. Ты знаешь обо всём, что происходит в штабе, – нахмурилась я.

– Его держат в одной из нижних комнат, – пробубнил себе под нос Майлз.

Бриджит вздохнула и строго посмотрела на него, но юноша пожал плечами.

– Между союзниками не должно быть секретов, – сказал Майлз.

– Я должна увидеть его, – настойчиво произнесла я.

– Спроси разрешения у Дэниела, – ответила Бриджит.

– Да, представляю себе этот разговор!

– Брось эти игры, Обри. Если ты действительно хочешь быть нашим союзником, а не врагом, тебе придётся сделать выбор.

Майлзу от этого разговора явно стало не по себе, и он привлёк к себе внимание, громко прочистив горло. Бриджит повернулась к нему и с доброй улыбкой заглянула в глаза, давая понять, что разговор о Чарльзе закончен. Пришлось и мне сосредоточиться на другом.

– Тот монстр, которого мы с Чарльзом встретили в больнице. Кто это?

– Монстр? Какой ещё монстр?

– Страшное прозрачное чудовище, которое излучает свет и орёт так, что уши закладывает. Поверь, ты эту тварь точно ни с кем не перепутаешь.

– И ты… встретила его?

– Да.

Парень переводил испуганный взгляд с меня на Бриджит.

– Не волнуйся, Майлз. Они появляются редко. Мы зовем их Сущностями. Они похожи на сгустки света. Гигантские сгустки света. Раньше Сущности были людьми, такими же, как мы с вами, застрявшими на Обратной стороне. Но кто-то отключил их от аппаратов жизнеобеспечения, и теперь они прекратились в бестелесных монстров. Они никого не бьют, никогда не мучают своих жертв. Одного контакта с ними достаточно, чтобы сгинуть навсегда: здесь и… в реальной жизни.

Я вскочила на ноги и прошла туда-сюда по комнате. Майлз нервно потирал руки.

– Почему Дэниел не рассказал мне о них?

– Он не хотел пугать тебя. Мы давно не видели Сущностей.

– Надо же, какая забота!

– Как… с ними бороться? – сдавленным голосом поинтересовался Майлз.

– Мы не знаем точно. Пока мы способны только отгонять их с помощью хлопушек.

Половицы скрипели под моими подошвами, пока я бродила по комнате, пытаясь переварить всю информацию. Наконец я остановилась и прислонилась плечом к шкафу.

– В больнице ко мне пришло воспоминание.

– И какое же? – Бриджит подняла на меня глаза.

– Не знаю точно, я так и не смогла ничего увидеть. Был очень яркий свет… Я даже решила, что эта… Сущность меня убила. Но я слышала голоса. Кто-то ругался, – я прижала пальцы к вискам и помассировала, пытаясь вспомнить. – Женщина… Она явно была расстроена.

– Ты знаешь, чьи это были голоса?

Я покачала головой и, даже не глядя на Бриджит, поняла, что она поджала губы. Неожиданно Майлз поднялся с места и неловко улыбнулся:

– Я пойду… Пойду погуляю. Ладно?

Не дожидаясь ответа, он на дрожащих ногах бросился к двери. После его ухода мы с Бриджит сидели молча, пока я наконец не вспомнила о том, что ещё интересовало меня с того самого момента, когда командир показался в дверях палаты.

– Как Герта и Дэниел нашли меня?

– Я пришла проверить, как ты. В комнате лежала записка от Чарльза.

– Ты сдала меня!

– У меня не было выбора. Ты встречалась с нашим врагом.

– А ты лечила врага!

– Потому что это мой долг! Мы не звери, Обри. Чарльз – враг, но победить в честном бою и убить беззащитного – разные вещи.

– Так ты оправдываешь Дэниела, да?

– Мне не нужно его оправдывать. Я просто верю ему, как и все здесь. Спроси у любого, почему мы следуем за ним, и никто не скажет, что это всё из-за его красивых глаз.

– Может, Герта и скажет, – пробурчала я, желая хоть как-то поддеть Бриджит. Но она прыснула:

– Она не из-за этого в него… верит. У них много общего, если ты не заметила. Они оба хотят выбраться отсюда.

– И оба жестоки! Ты же видела, как Герта обращалась сегодня с Чарльзом. Как после этого мне верить в то, что ты сказала? Разве после этого я не могу считать Герту зверем?

– Можешь. Но ты подчиняешься не Герте, а Дэниелу. Будь уверена, он уже принял меры и наказал её.

Я скептически приподняла бровь.

– Спроси у него, когда пойдёшь просить разрешения увидеть Чарльза. А теперь отдыхай. И постарайся не сбегать снова. Дэниел уже спит и не сможет спасти тебя из очередной передряги.

Она поднялась на ноги, поправила идеально выглаженные брюки и, кивнув мне, побрела к дверям. Схватившись за ручку двери, она вспомнила:

– Насчёт твоего воспоминания…

– Да? – я резко подалась вперёд.

– Думаю, ты вспомнила, потому что обстановка показалась тебе знакомой. Значит, это будет происходить регулярно. Ты будешь видеть места, может, слышать звуки или чувствовать запахи, которые напомнят тебе о событиях из твоего прошлого.

– Но я никогда не смогу восстановить целую картину?

– В этом вся дилемма с памятью, правда? Ты можешь помнить, в каком году снесли здание какого-то старого, давно закрытого отеля, но не сможешь восстановить в памяти хронологию того дня, когда услышала эту новость.

Оставив меня размышлять об этом, Бриджит наконец покинула комнату, оставив за собой лёгкий аромат лаванды. Она делала собственные духи в своей лаборатории, и я решила, что нужно будет попросить у неё флакон. В моей комнате пахло сыростью и плесенью, но, сколько бы я ни пыталась обнаружить последнюю, мне не удалось.

Когда я подошла к кровати, часы отмерили чуть больше трети положенного, но я всё равно опустилась на постель. Этот день выжал из меня все силы,