Любовь и магия - Александр Шатилов

Количество людей вокруг мадам Добрюк все увеличивалось. Бедная учительница стояли посреди толпы, и выслушивала попеременно, то комплименты мужчин, то проклятия женщин.

"Если я хоть секунду промедлю, мне отсюда никогда не выбраться" — вдруг ясно поняла мадам Добрюк и решила немедленно действовать.

Быстро раскрыв зонтик и выставив его перед собой, учительница издала воинственный вопль похожий на писк мышонка и ринулась в атаку на обступивших ее людей. Опешившая от неожиданности толпа расступилась, и мадам Добрюк бросилась бежать к сиротскому приюту, щедро посыпая улицы Мелотауна нотными записями своих шедевров.

Ожидаемого топота преследователей за спиной учительница не услышала. Лишь постепенно затихал вдали гомон переругивающихся между собой людей.

Успокоившись, мадам Добрюк добралась до своей цели, но у главных ворот приюта ее ожидал неприятный сюрприз. Войти в здание было практически невозможно, из-за огромного скопления лиц мужского пола.

Стараясь не попадаться мужчинам на глаза, учительница обогнула толпу стороной и вошла в приют со служебного хода.

"Мадам Шортюк, что это у вас происходит?" — поинтересовалась мадам Добрюк, добравшись до кабинета директрисы.

"Ничего особенного. Просто все мужчины Мелотауна сошли с ума. Смотрите" — с мрачным видом мадам Шортюк подвела учительницу к окну.

"Вот она! Смотрите! Чудо! Богиня!" — в едином порыве восторженно взвыла толпа внизу.

"Выходит, что крылатая девчонка вчера сказала правду? А я думала, что она просто на голову не здорова. Какой успех! Я даже не мечтала ни о чем подобным" — лицо мадам Добрюк засветилось счастьем.

"Рано радуетесь, милочка — остудила ее пыл директриса — Многообразие выбора не означает достижение цели. Выйти замуж за всех сразу мы не сможем, а если выбрать кого-нибудь одного, остальные его просто затопчут".

"Я знаю, что надо делать — чуть подумав, заявила мадам Добрюк — Прикажите пану Гусаку прогнать эту толпу, а мы в тишине и покое выберем самых достойных, заманим их сюда и дело сделано".

В ту же секунду дверь открылась, и пан Гусак вошел в кабинет.

"Вы очень вовремя, достопочтенный пан. Мадам Добрюк так раз хотела…" — начала было говорить директриса, но пан Гусак не обратил на мадам Шортюк никакого внимания. Подойдя к мадам Добрюк, он взял учительницу за руку и произнес проникновенным голосом: "Все, что захотите, дорогая. Хотите, я достану вам с неба луну. Хотите, я брошу к вашим ногам млечный путь…".

"Только не это! Мы пропали!" — директриса в отчаяние заломила свои могучие руки.

— 15 —

Возле величественных, белоснежных стен заброшенного монастыря простиралось огромное поле. Когда то оно, как и сам монастырь, принадлежало монахам Ордена Хранителей Предначертания и пышно колосилось пшеницей, но во время смутных времен, наставших в империи в недалеком прошлом, все обитатели монастыря погибли. Местные крестьяне не решились воспользоваться бесхозными землями толи из уважения к монахам, то ли из страха перед страшной участью, постигшей хозяев этих угодий. Так и случилось, что и сам монастырь и принадлежащие ему земли пришли в запустение.

В день праздника Осознания Возрождения на заброшенном поле сначала появилось несколько духов стихии, а после произошли события, которые явно не прибавили крестьянам желания что-либо выращивать на бывших угодьях монастыря. Посреди ясного солнечного дня над краями поля появились мрачные черные тучи. Сверкнула молния, прогремел гром и с неба на землю ринулись сплошным потоком дождь, град и снег одновременно. Непогода бушевала лишь над заброшенным полем, но зато поток небесной влаги был настолько плотным, что пройти сквозь него человеку было просто невозможно.

Перепуганные необычной грозой жители близлежащих деревень попрятались по своим домам, но если бы они не сделали этого, а остались наблюдать за происходящим, то увидели бы как к полю стали пребывать все новые и новые духи стихии. Рядом с каждым из них был один человек, удостоившейся чести присутствовать на празднике. В сопровождении духов стихии люди подходили к стене из дождя и снега, и в ней образовывался проход, над которым загоралась радуга.

Преодолев преграду из непогоды, гости из полуденного зноя попадали в теплый летний вечер. Лучи закатного солнца освещали поле, усыпанное цветами, а легкий ветерок, еще не успевший впитать в себя ночной холод, но приятно освежал уставшую от дневной жары кожу.

В центре поля на высоком постаменте стоял вырезанный из цельного куска малахита трон, к которому вели двадцать четыре позолоченных ступеньки, олицетворяющие двадцать четыре недели, прошедшие с момента возрождения духов стихии. На троне возвышалась Мать Стихий, а у подножия постамента стояли кресла для Великих Лордов, поражающие взгляд красотой своей обивки и усыпанными бриллиантами спинками. С одного из них смотрел снизу вверх на свою дочь Фредрик Зальцер.

В ответ на взгляд отца, Аннет смущенно пожала плечами, словно говоря, "Прости, папа, я знаю, что занимаю не свое место, но ведь не я все это придумала". Фредрик ободряюще улыбнулся принцессе. Он всегда гордился дочерью, но сейчас Аннет была особенно хороша.

Рядом с троном Матери Стихий появился Майти Первый и говор восхищенных пышностью торжества гостей постепенно утих. Когда над полем повисла полная тишина, старший наставник начал говорить.

"От имени всех духов стихии я хочу сказать слова признательности представителям рода людей, почтившим своим присутствием наше торжество. Особую благодарность я выражаю той, что вернула нас к жизни, — наставник повернулся в сторону Матери Стихий и низко поклонился, — Теперь, когда духи стихии прошли свои первые шаги в этом прекрасном, но несовершенном мире, настала пора понять, зачем мы здесь, в чем истинная цель нашего существования. Этим миром правит природа. Именно она является прародительницей всего сущего. Так кто же тогда для природы люди и кто мы? Я скажу вам кто. Люди — дети природы, вершина существования мира. Может быть, нерадивые, может быть, не послушные, но все-таки любимые дети. Они еще слишком малы, чтобы заботиться о своей матери. Они могут только пользоваться ее любовью, но на помощь природе должны прийти мы. Мы няньки человечества. Мы должны стать помощниками матери-природе и помочь ей воспитать людей. Следить, чтобы дети слушались свою мать, не баловались с огнем и не ели то, что детям есть нельзя. И именно это должно стать сущностью нашего существования. Отринув из души все свои эмоции и желания…".

Неожиданно Майти Первый прервал речь. Пытаясь понять, что так смутило наставника, все присутствующие проследили за его взглядом и увидели появившегося из украшенного радугой прохода Майти-736. Дух стихии весело шагал по полю. За его спиной развивался украшенный васильками плащ, а рядом, под руку с ним шла Феечка и лучезарно улыбалась.