Бэтмэн - по следу Спектра - Саймон Хоук

- Ну... это не совсем бескорыстно с моей стороны, - признался Сато. - Минуло немало лет с тех пор, как я знавал равных себе по мастерству. И как я уже говорил, вы будите мое любопытство.

- Будь я свободен от моей тайны, я бы удовлетворил ваше любопытство, - заверил его Бэтмэн.

- Но вы и так его удовлетворяете, - сказал Сато. - С каждым разом, когда вы приходите, я узнаю о вас немного больше. Каждый раз, когда мы разговариваем с глазу на глаз, вы приоткрываете нечто новое о себе. Не только словами, которые говорите, но и тем, чего вы не говорите, даже тем, как вы это не говорите.

- Вот теперь проснулось мое любопытство, - сказал Бэтмэн, пригубя ароматный чай. - Что вам удалось про меня выяснить?

- Довольно много, - ответил Сато. - Я понял, что вы глубоко раненная личность.

- Благодарю покорно. - Бэтмэн скривил губы.

- Я не имею в виду, что считаю вас несбалансированным, хотя было бы нетрудно затеять спор на эту тему, - объяснил Сато - Однако есть вещи, которые причиняют вам много страданий. Когда-то в своей жизни вы попробовали вкус большого горя. Опустошившая душу потеря, от которой вы так до конца и не оправились. Можно было предположить, что эта потеря связана с женщиной - с женой, например, или с женщиной, которая не была вам женой, но которую вы глубоко любили. И все же абсолютно ясно, что природа этой потери сыграла свою роль в формировании вашего характера; следовательно, это, должно быть, случилось, когда вы был очень молоды. Я подозреваю, что это касается ваших родителей. Не исключено, что они пали жертвой преступления. По-видимому, вы были с ними в момент их смерти. Та сцена сильно повлияла на вас, так сильно, что вы решили посвятить свою жизнь борьбе со злом. Ваша семья была очень обеспеченной, а возможно, вы сами став взрослым сколотили немалое состояние. Но накопление богатства всегда определялось для вас одной целью. Главной целью всей вашей жизни - месть.

- Месть? - произнес с удивлением Бэтмэн. - Вы думаете, именно это лежит в основе моих поступков?

- А вы не согласны?

- Мне всегда казалось, что моим важнейшим устремлением было... правосудие.

Сато пожал плечами.

- Разве это не одно и то же?

- Я бы так не сказал, - ответил Бэтмэн.

- В чем же разница? - не уступал Сато. - Дело правосудия наказание дурных поступков. Наказание - это возмездие. А возмездие это месть, разве не так?

- Я никогда не думал об этом с таких позиций.

- Это потому, что в наше время месть не в моде, - сказал Сато. Правосудие - это всего лишь либеральный термин в одной из самых консервативных теорий. Я предпочитаю называть вещи своими именами.

- Но если месть и правосудие - одно и то же, - рассуждал Бэтмэн, - тогда я должен был бы убивать убийц, но я так не делаю.

- Это потому, что вы не убийца, - просто ответил Сато. - Месть, или правосудие, в зависимости от названия, эта штука может принимать различную форму. Не в вашей природе убивать, хотя вы, безусловно, владеете этим искусством. Это относится к тем вещам, которые меня больше всего в вас интересуют. Во мне нет места для раскаяния в убийстве. В случае крайней необходимости я сделаю это, и моя совесть не будет меня беспокоить. Такая необходимость возникает не часто, и все же я без труда смогу представить различные ситуации, когда от этого никуда не денешься. Однако для вас таких ситуаций, похоже, не существует...

Бэтмэн кивнул.

- Верно. Я не смогу лишить кого-нибудь жизни.

- Почему?

- Тогда я ничем не буду отличаться от бандитов, за которыми охочусь на улицах.

Сато кивнул.

- И в этом едином ваша великая немощность, и ваша великая сила. Вы человек, слишком хорошо знакомый с насилием, но в вас глубокое благоговение перед жизнью. Одной ногой вы стоите на нашей суетной земле, а другой утопаете в бесконечных просторах человеческого духа. Ни в том мире, и не в этом. Вы поистине обладаете натурой Будды. Не так много людей могут достичь этого, а вы - единственный человек Запада, кому это удалось, из всех встреченных мною. Когда-то я тоже стремился к высшим ценностям, но я не обладаю необходимыми качествами, чтобы идти этой тропой. Многие ищут ее, но мало кто достигает цели. Вы никогда не искали ее - она сама легла вам под ноги. Однако вместо всеобъемлющего счастья она мучает вас.

- И вы можете все это видеть? - тихо спросил Бэтмэн.

- Смотреть можно не только глазами, - ответил Сато. - Вот почему я не стремлюсь разглядеть ваше лицо под маской летучего грызуна, я достаточно ясно вижу вашу душу. Я бы хотел, друг мой, внести мир в ваше сердце, но, боюсь, вы никогда не сможете обрести его.

- Никогда? - переспросил Бэтмэн, еле слышно.

- Вы взвалили на свои плечи бремя целого мира, - сказал Сато. - По правде говоря, дурацкая мысль, но это благородная глупость.

Бэтмэн улыбнулся.

- Но тогда и натура Будды тоже дурацкая вещь. Это вы хотите сказать?

- Конечно, это дурацкая штука, сплошная глупость. Это непрактично, давно не модно. В ней нет логики, и она не управляется этичностью ситуаций. Но глупая вещь иногда может быть хорошей вещью. Я и сам толком не понимаю, что только что сказал, но подозреваю, что это мудрая мысль.

- Вы могли бы стать великим философом или потрясающим комиком, рассмеявшись сказал Бэтмэн.

Сато пожал плечами.

- А какая между ними разница? - Он мягко поднялся на ноги. - Раз уж мы заговорили о комедии, - сказал он, повернувшись к Бэтмэну, достоин ли ваш спарринг хотя бы одной из них?

Вслед за Сато Бэтмэн вышел на середину додзе. Они отвесили поклон флагам, затем друг другу и приняли боевую стойку. Вернее, только Бэтмэн принял боевую стойку. Сато же просто стоял со свободно опущенными руками. Неожиданно его правая нога мелькнула в воздухе четыре молниеносных удара в одном плавном гибком движении: - прямой удар в грудь, затем круговой удар по голове, круговой с разворота в противоположный висок и боковой удар в подбородок. Казалось, что это одно быстрое, энергичное движение сметает все на своем пути. Бэтмэну удалось отвести первые три удара, но четвертый достался в подбородок. Он отшатнулся назад и крякнул. Неудача Бэтмэна отнюдь не остудила пыл Сато.

- Печально, - съязвил он.

- Неплохо для пожилого человека, - парировал Бэтмэн, потирая ушибленный подбородок.

- Никакого уважения к старику! - в шутку возмутился Сато.

С этими словами он прыгнул на противника, а его стопа яростно описала стремительный полумесяц в дюйме от головы Бэтмэна.

Бэтмэн остановил рукой удар, перехватил ногу Сато и резко крутанул вокруг оси. Это должно было свалить старика на спину. А Сато, вместо того, чтобы сопротивляться выворачивающей ногу силе, подпрыгнул и перекувырнулся в воздухе, высвободив ступню из захвата. Падая на татами, он извернулся и подсек Бэтмэна. Тот тоже грохнулся на пол, но быстро перекатился и вскочил на ноги. И как раз вовремя, чтобы встретить новую бешеную атаку - серию смерчеподобных ударов, надвигавшихся на него словно циркулярная пила. Бэтмэн отступал назад, быстро отбиваясь от мелькающих ног. Неожиданно он изменил тактику бросился вперед, подставляя под удар спину. Крепко обхватив Сато за ногу, он швырнул его на пол. Однако Сато, падая, увлек его за собой. Бэтмэн сделал в прыжке сальто и приземлился на ноги. Словно из ниоткуда Сато вытащил сурикен и метнул в Бэтмэна. В последний момент тот резко отдернул голову, и смертоносная "звездочка" просвистела мимо. Острые, как бритвы, лучи сурикена глубоко вонзились в стену. В ответ Бэтмэн метнул бэтеранг. Сато поймал его одной рукой и метнул обратно. Бэтмэн выбросил перед собой руку и схватил на лету свое оружие.