Абандон (СИ) - Котов Сергей

Куратор чуть задержал на нас внимательный взгляд. Я затаил дыхание.

— Вы — молодцы, — кивнул он, улыбнувшись, — то, что вы сделали сегодня, войдёт в историю.

Надо сказать, мне совсем не понравились его слова.

В номере, к счастью, всё было в порядке. Бася ждала нас, как обычная кошка. Даже воспользовалась заранее приготовленным лотком с наполнителем. Покормив её, мы отправились на ужин сами.

В этот раз не стали специально выбирать ресторан, а направились в кафешку при гостинице.

— Как думаешь, нас больше не слушают? — прошептала Соня, занимая столик.

Я огляделся. Ничего подозрительного. Интуиция тоже молчала.

— Нет, — я покачал головой, — не думаю.

— А слушали?

— Понятия не имею, — я пожал плечами, — но мне надоело параноить.

— Ты прав… наверное. У меня тоже такое чувство, что им сейчас не до нас. Как думаешь, что это было? Что за объект? Почему куратор был таким… довольным?

Я вздохнул. Рассеяно полистал меню.

— Какая-то важная могила, — предположил я, — с которой не могли долго справиться. Возможно, она мешала чему-то… такое иногда возникает на месте масштабных испытаний, когда что-то идёт не так и приводит к многочисленным жертвам.

— Думаешь, он специально всё так подстроил? Просчитал, что мы тут окажемся?

— Я же сказал — мне надоело параноить. Нет, я так не думаю. Куратор, конечно, умён, но это слишком даже для него. Думаю, это просто совпадение. Мы оказались очередной командой, которая пришла в регион. Помнишь, он говорил, что две предыдущие погибли?

— Вроде говорил…

— Так вот, думаю, он действительно переполошился, когда это случилось. Прибыл на место. Подозрение сразу пало на этот "проблемный" объект. Он как мог постарался нас обезопасить, ну и отправил, что называется, на штурм…

— Почему он сразу не сказал всё?

— Потому что мы бы не пошли.

— Это подло…

— Но формально ничего не нарушает. Мы сами выбирали цель. Никто ничего нам не указывал.

— Но почему он доволен? Мы ведь ничего не достали из кладбища. Никакого сердца я даже близко не нащупала…

— Мы вытащили стражей, — я пожал плечами, — может, в этом было дело? Стражи днём. Какая-то опасная аномалия, которая не давала военным добраться, скажем, до некоторых результатов проведённых экспериментов?.. не знаю. Да и знать не хочу.

— Ты же понял, что эта штуковина, которую нам дали — вовсе не передатчик для экстренной помощи?

Я молча кивнул.

— Что это было? Какое-то оружие?

— Может, и оружие, — вздохнул я, — но нам оно никакого вреда не причинило.

— А если бы Бася была с нами?

Я промолчал. По спине пробежал холодок. А ведь, похоже, Соня права. Если это и оружие — то против тех, кто обитает в заброшках…

Мы сделали заказ. Пока ждали, я достал смартфон и пролистал закрытый телеграм-канал. Да, был и такой. Мы, наводчики, тоже люди, нам тоже хочется сплетничать. С оглядкой на то, что канал просматривается, разумеется. У медведей своего канала не было по понятным причинам.

Кроме обычного трёпа и споров по математической теории, было и несколько тревожных сообщений. Группы действительно пропадали — куда больше, чем обычно.

Куратор был не в таком радужном настроении, как накануне, и явно спешил, стараясь отделаться от нас как можно раньше.

— Так, ребят, денег у вас ещё много. Поэтому материального вознаграждения предлагать не буду, — сходу начал он, скользнув по нам холодным рыбьим взглядом, — но предложу кое-что получше. Вы ведь прошли регистрацию в зимнюю программу, так?

Мы переглянулись; я всё ещё боялся поверить в то, что услышу. Годы! Все эти годы я добивался именно этого! Жить без зимы! Вообще! Всегда быть при деле!

Странно, но в глазах Сони был испуг.

— В общем, считайте, вы летите. Направление определим позже, ближе к делу.

Мы промолчали.

— Вижу, вопросов больше нет? — кивнул куратор, — тогда до встречи, молодые люди. И удачи вам в поисках.

— И… всё? — я всё-таки решился ответить, — а что с теми, кто наших убивал? Рекомендации будут?

— Ну, вы с самого начала знали, что это довольно опасное дело — лазать по заброшкам, так? — холодно ответил куратор, но потом добавил уже теплее и человечнее: — Ребят, думаю, вы решили этот вопрос. Правда, попутно поставили другие вопросы, которые добавили нам головной боли. А я не люблю, когда голова болит, сами понимаете… скорее всего, проблема решена. Но будьте осторожны.

— Спасибо, — кивнула Соня.

Куратор кивнул и вышел из фойе гостиницы.

— Как думаешь, он правду сказал? Насчёт опасности? — спросила Соня, когда мы вернулись в номер, собирать вещи.

— Он никогда не врёт, — ответил я, — манипулирует только иногда. И говорит полуправду. Ты же знаешь.

— Мне не кажется, что всё так просто решилось…

— Согласен, — кивнул я, — поэтому давай сделаем перерыв.

— Перерыв? — Соня недоумённо захлопала глазами, — что, опять пить-гулять?..

— Нет, — я покачал головой, — надоело. Есть идея получше. Мы ведь в Забайкалье. А отсюда рукой подать до Амурской области…

Соня нахмурилась на секунду, потом её взгляд просветлел, и она улыбнулась.

— Звёздное подземелье? — спросила она.

— Звёздное подземелье, — согласился я.

— Ну, наконец-то, тусовка! — Соня от радости запрыгала на месте.

Бася, до этого спокойно дремавшая, свернувшись калачиком, на кровати, вскинулась и тревожно посмотрела на нас. Потом, увидев, что всё в порядке, она встала, потянулась и спрыгнула на пол — туда, где стояла миска с водой.

Есть особенные заброшки. Не потому, что их как-то очень сложно взломать, или они обладают какой-то необычной историей. Любая заброшка в этом смысле уникальна.

Просто на заре нашего движения, когда медведи только-только научились извлекать первые сердца, когда наводчики поняли, насколько сильно они могут облегчить работу медведей, между нами появилась негласная договорённость: не трогать некоторые объекты.

По какому принципу они отбирались — сейчас сказать сложно. Может, и не было никакого принципа; чистая стихия коллективного бессознательного очень ограниченной группы особенных людей.

Одно точно: о таких заброшках не было известно за пределами нашего узкого круга. Куратор и его коллеги знали об этой нашей традиции и не только не пытались влезть в такие вещи, но даже сделали так, что любые упоминания о таких объектах чудесным образом исчезали из Интернета.

Добираться пришлось долго. И дорога не сказать чтобы была комфортной. Иногда она представляла собой просто направление с едва намеченной колеёй.

Кажется, от постоянной тряски утомилась даже обычно невозмутимая Бася. По крайней мере, когда мы, наконец, остановились, она с явным удовольствием выпрыгнула из машины и пробежала два "круга почёта". После чего уселась рядом с нами и принялась чесать за ухом.

Соня наклонилась и взяла Басю на руки.

— Что, будем показывать её остальным? — спросил я.

— Ну а какие ещё варианты? — ответила напарница, после чего шикнула и шлёпнула себя по шее, освободив одну руку, — блин, комарьё тут — звери!

— Возьми репеллент, — посоветовал я и сам полез в багажник, чтобы достать баллончик.

Мы остановились внутри просторного грота, со стороны напоминающего естественную пещеру. Тут уже стояло две машины и три мотоцикла. Внедорожники и эндуро, конечно, на другой технике сюда не добраться.

— Не густо что-то народу, — заметила Соня, — для середины лета…

— Да, странно, — согласился я.

— Хотя… мы ведь тут раньше не бывали. Может, для местных это и нормально.

— Не, судя по записям в группе, обычно тут более людно в это время, — возразил я.

Внутри "грота" был проход в длинный тёмный коридор, который заканчивался ржавой гермодверью со штурвалом.

Я постучал условным стуком. Через несколько секунд внутри двери что-то скрипнуло. Штурвал с неожиданной лёгкостью провернулся, и дверь медленно и величественно открылась.