Бордель: Когда зайдёт солнце - Lion_official

этом было таким необычным для подростков нынешнего времени. Те-ре-за. Звучало строго, но красиво.

Отправившись на поиски обладательницы этого имени, конечно, мужчина подошёл к единственной комнате — ванной, дверь в которую была приоткрыта. Не выдавая своё присутствие сразу же, он осторожно заглянул туда и нашёл Терезу, стоящую напротив грязного небольшого зеркала, заплетающую две тяжёлые косы вдоль головы. Она так ловко оборудовала расчёской и пальчиками, что это даже как-то заворожило его. Волосы оказались необъятно, нереально и невозможно длинными, шелковистыми, густыми и, конечно же, тяжёлыми. Теперь стала ясна причина, почему она их прячет в постоянных причёсках. Пусть красивы, но уход необходим колоссальный.

Нога сама ступила на порог комнаты, и их взгляды сошлись в тревожном, напряжённом контакте. Щёлкнула резинка на второй косичке, и наступила тишина. Её серые глаза, на радость ему, поглядывали виновато, но этого недостаточно, больше недостаточно. Быть покорной — одно, проявлять покорность — совсем другое. Вот поэтому Гарольд был зол.

— Тереза, значит, неплохо для тебя… — скупо первым отозвался он, подходя ближе к ней, пока девушка не двигалась с места, смирно стоя перед зеркалом. Её тело вновь не облачено в крошечные прозрачные лоскуты нижнего белья, в этот раз всё по-домашнему: шорты, футболка. Она специально переоделась во что-то более удобное, на самом деле, не ожидая его скорейшего появления.

— Да, значит, я больше не Офелия и прочие Кейт, Алекс… — хмыкнула темноволосая, на мгновение опустив глаза, на мгновение потеряв бдительность, и вот он уже в миллиметрах от её спины, еле сдерживает свою злость.

— С тобой очень трудно, можно ведь было изначально ответить на самый лёгкий вопрос, сэкономили бы пять дней, — Гарри строго глядел в её глаза через отражение.

— Зато теперь ты можешь задать новый вопрос, поиграем.

— Да, у меня есть вопрос к тебе, — поджав губы, мужчина в который раз оглядел её якобы невинное личико. Вчера она не была такой милой и осторожной с ним, вот поэтому он не хочет быть с ней снисходительным. Рука, костяшки которой были покрыты корочками запёкшейся крови, быстро скользнула рядом с лицом испуганного подростка, и спустя мгновение пальцы крепко сомкнулись на её тонкой шеи, — Не хочешь извиниться за вчерашнее? — прижав хрупкое тело, он злобно оглядел её глаза в отражении. Но Тереза, хоть и испытав самый дикий страх за свою жизнь, не подала вида, дрогнула только в самом начале, а сейчас стояла и безразлично глядела на него.

— Неужели ты обиделся? — спокойно спросила, ощущая, как его рука сильнее сжимает.

— Ты меня разозлила вчера и испортила ночь, — ему нравилось наблюдать за её неподдельной реакцией, что-то в происходящем будоражило кровь.

— Извини, что так поступила, — прогнувшись под конкретным давлением, она не испугалась глядеть в озверевшие глаза безумца и приняла его сторону.

— Умница… — томно прошептал мужчина, медленно наклоняясь к её впалой щеке, пока прохладные губы не встретились с такой же кожей. Он аккуратно чмокнул Терезу в щёчку, и руки тут же выпустили покрасневшую от хватки шею, — Иди в комнату.

Только пятки сверкали, когда она обошла мужчину: помчалась сразу из ванной, вновь похожая на забитого зверька, вызывая искреннюю улыбку на его лице. По самым странным причинам Гарри нравился её настоящий страх, она была настолько невинной, наивной, что хотелось ещё немного помучить. Только девушка исчезла, оставив его одного, глаза тут же скользнули по месту пребывания. Но самым важным оказался небольшой тёмно-синий камень, глядевший на него.

С края полочки над раковиной лежало аккуратное кольцо, металл оформлен грубо, будто для мужчины, но красивый драгоценный камень придавал ему некую изюминку. Его заинтересовала вещица, и она быстро оказалась в чужих руках. Покрутив украшение, которое принадлежало Терезе, шатен положил его уже в свой карман, нагло забрав, так и ничего не сказав. Он был доволен своей находкой, поэтому, когда вышел из ванной, ухмыльнулся ещё и тому, как малышка уселась на кровати, пряча своё лицо в согнутых коленках. Она всё ещё отходила от странного поступка «сумасшедшего» клиента, не совсем понимая, что он творит. Пережить ещё пару часов и избавиться от этого страха…

— Я так понял, что ты учишься в школе. — Гарри, изменив свой выбор в этот раз, подошёл не к креслу, а сразу к противоположной стороне кровати, — И тебе задали уроки? Можешь делать, я не помешаю, — вновь оказавшись безразличным человеком ко всему происходящему, он прилёг рядом.

— Хорошо? — её серые глаза виновато переметнулись к спокойному выражению лица мужчины. Его тяжёлое тело подминало дешёвый, будто водный, матрас.

— Какой предмет будешь делать? — перевернувшись на живот, он приобнял подушку и быстро устремил свой внимательный, уже утихомиренный взгляд на бедняжку.

— Литературу, — темноволосая принялась раскладывать перед собой все бумажки, чтобы найти нужные, но продолжала чувствовать требовательный взгляд. Она знала, что мужчина хочет знать больше, — Нам задали прочитать статью про Эрнеста Хемингуэя. Этим и собралась заняться, — длинные пальчики вытащили несколько скреплённых листов.

— Почитай мне, Тереза, — его резкость и едкость быстро успели смениться на мягкость.

— Статью почитать? — непонимающе глаза опустились.

— Да, почитай вслух, чтобы и мне скучно не было… — несмотря на то, что Гарри легко можно отнести в категорию тех, кто не доверяет, никогда не поворачивается к незнакомцам спиной, он всё же прикрыл глаза и отдал всю бдительность.

Она больше не хотела понимать его, не хотела узнать, что творится в этой кудрявой голове, поэтому открыла страницу, на которой закончила.

— В школьной газете и журнале Хемингуэй писал спортивные отчёты, юморески и «страшные» рассказы… — начала читать Тереза, пойдя на поводу его прихоти.

Лучше читать вслух домашку, чем делать то, зачем, по факту, они здесь встретились. Её до сих пор не привлекала близость с ним: Гарри казался неотёсанным, опасным, но прекрасно контролирующим эмоции. Он умело держал лицо при любых обстоятельствах, будь то ссора, будь то абсолютное неповиновение с её стороны. Почувствовав редкостное расслабление, мужчина вслушивался в тихий голос девушки, который так легко уносил его в другой мир. Он впервые за долгое время ощутил успокоение, зная, что эта малышка не обидит, не сделает ему физически больно, она его совсем не знала, что не сказать о всём мире. Быть инкогнито, быть просто Гарри — одно наслаждение рядом с ней. Не нашлось в ней чего-то плохого, не было крайне бросающейся в глаза внешности в виде огромной груди и попы, она смело цепляла его собой. Пришёл купить тело, а купил душу.

Тереза продолжала бурчать себе под нос, уже совсем позабыв о мистичном мужчине рядом. Глубоко в сердце она благодарна ему, что между