Кого навестит удача - Анна Де Пало

— И-именно этого я и опасаюсь…

Джеймс улыбнулся:

— Ах, Пия. Ты действительно особенная. — Выражение его лица стало более чувственным. — Позволь мне показать тебе, насколько ты особенна.

Он взял ее щеки в свои ладони, прильнул к ее губам и попробовал их на вкус. Пия вздохнула и сжала ткань его рубашки в кулаки, пока маленькие волны удовольствия наполняли ее. Она чувствовала его нарастающее возбуждение. В мгновение их тела сплелись, отдавшись желанию. Он погрузил пальцы обеих рук в ее волосы, не отрываясь от ее мягких губ.

Пия ослабила хватку на его рубашке и провела ладонью по его груди, почувствовав размеренное биение его сердца. Каждая клетка ее тела трепетала.

Желание снять одежду усиливалось, и Пия сбросила с ног босоножки. Тут же она уменьшилась на десяток сантиметров, этого было достаточно для того, чтобы нарушить контакт между их губами.

— Моя постель не очень большая. — Это были первые слова, что вырвались из ее уст.

Пия покраснела.

Джеймс улыбнулся:

— Ты когда-нибудь занималась любовью в кресле?

Она никогда не занималась любовью вообще — ни в кресле, ни в постели, ни на полу. Но она боялась, что если скажет Джеймсу об этом, то он тут же сбежит. Она знала: он привык к опытным женщинам.

Пия пожала плечами:

— Зачем беспокоиться об этом, если постель свободна?

— М-м-м, — простонал Джеймс, а затем нагнулся и поцеловал ее в шею.

Пия схватила его за плечи, ее пальцы впивались в его бицепсы.

А затем она почувствовала, как его рука коснулась молнии платья на ее спине.

— Ты не против, если я сделаю это? — нежно прошептал Джеймс.

— Да, пожалуйста, — отрывисто произнесла Пия.

Она слышала звук расстегивающейся молнии и платья, соскользнувшего на пол. На ней не было бюстгальтера. Джеймс сделал шаг назад и оглядел ее восхищенным взглядом.

— Ах, Пия, ты так прекрасна! — Его руки охватили женские груди и стали их ласкать. — Я тебя такой и представлял, еще в баре…

— Поцелуй меня, — прошептала Пия.

Он сел на подлокотник кресла и притянул Пию к себе, припал губами к ее груди. И Пия потеряла голову. Ее сердце бешено колотилось, ее пальцы скользнули в его волосы. Джеймс стянул с нее трусики, не отрывая губ от сладкой кожи груди. Пия простонала. Джеймс продолжил ласкать ее обнаженную грудь, но затем его губы остановились в сантиметре от ее упругой кожи. Его дыхание обдавало горячим потоком ее возбужденные соски.

— Ты не будешь против, если я поцелую тебя здесь? — спросил он тихо.

Пия еще никогда не была так близка к тому, чтобы умолять. И вместо ответа она направила его голову к своей груди. Глаза ее закрылись, глубокий вздох наполнил легкие, когда его губы сомкнулись на ее коже. Он успокаивал и возбуждал ее одновременно, разжигая огонь желания.

Не успела Пия опомниться, как оказалась в кресле, на его коленях. Они страстно целовались, словно были давними любовниками, которых впереди ждали долгие годы любви. Его возбужденная плоть прижалась к ней, а его рука ласкала ее бедро, двигаясь сверху вниз.

Когда они наконец отпрянули друг от друга, Джеймс нежно простонал:

— Сжалься надо мной, Пия.

В ответ она прижалась ближе. Он уткнулся губами в ее висок, а его дыхание ласкало кожу ее шеи и уха. Она дрожала и прижималась все ближе к нему.

Пия позволила своей руке расстегнуть пуговицы на его рубашке, одну за другой. Крепкая шея открылась ее взгляду.

— Пия, — прошептал Джеймс, — прошу тебя, скажи, что ты не хочешь останавливаться.

— А кто сказал, что я хочу останавливаться?

Это была ее фантазия, и она хотела испытать все — до самого конца.

— Ах, Пия… — Его рука скользнула между ее бедер, одарив пьянящим ощущением удовольствия. — Я хочу, чтобы ты не беспокоилась. Я полностью здоров.

— Я тоже здорова, — ответила она, понимая, о чем он говорит. — Я никогда не занималась незащищенным сексом.

Это была правда, хоть и не до конца. Она никогда не занималась сексом вообще.

Джеймс поцеловал ее в шею:

— У тебя есть презервативы? Если нет, то они у меня с собой. Не то чтобы я шел сюда с какими-либо конкретными намерениями, но я бы солгал, если б сказал, будто меня не влечет к тебе с того самого момента, как я тебя увидел.

— М-м-м… а когда ты меня впервые заметил?

— Я увидел тебя за минуту до того, как ты попыталась заказать напиток, — признался Джеймс. — Когда я заметил девушку, попавшую в беду, я понял — это мой шанс. Рискну предположить, что Золушка искала своего прекрасного принца, чтобы он пришел на помощь и спас ее.

Сердце Пии сжалось. Джеймс словно уже хорошо знал ее. Он подозревал, что она по своей натуре романтик? А в курсе ли он, что ее захватывают истории о настоящей любви?

Их губы соединились в попытках насытиться вкусом друг друга.

Затем Джеймс наконец прервал поцелуй и поднялся, подхватив Пию на руки:

— Что предпочитаешь, Золушка?

Пия взглянула вниз на кресло — это в другой раз.

— Постель.

— Моя мысль в точности, — ответил Джеймс, а затем направился с ней по направлению к спальне. — Видишь, как много у нас общего?

— Помимо любви к рыбалке и верховой езде?

Он остановился, чтобы нежно положить ее на постель.

— О, Пия, милая, — сказал тихо Джеймс, и в глазах его мерцали огоньки, — именно верховой ездой и наполнится сегодняшняя ночь.

Пия почувствовала, как ее тело загорается. Она сглотнула слюну, не в силах выдавить из себя ни слова. Задержав на ней свой взгляд, Джеймс расстегнул оставшиеся пуговицы на рубашке и стянул ее с себя, оставшись в футболке.

Пия залюбовалась им. Крепкие напряженные мускулы, загорелая кожа. Джеймс был в отличной форме.

Он быстро избавился от остатков своей одежды, методичными движениями срывая одну вещь за другой, пока не остался полностью обнаженным. Его возбужденная плоть выдавалась внушительным рельефом на фоне его силуэта.

У Пии перехватило дыхание.

— Ты очень красив.

Джеймс криво улыбнулся:

— Разве реплики о красоте принадлежат не мне?

Пия только что осознала: она видела голых мужчин только на картинках — и живого видит впервые. Внешность Джеймса была выше всяких похвал. Он выглядел потрясающе: высокий и хорошо сложенный, в отличной физической форме. Кубики его пресса вели вниз к… явному признаку того, что он хотел ее. Прямо сейчас.

Дрожь пробежала через ее тело, и Пия напряглась от предвкушения. Словно бы в ответ на ее желание Джеймс прилег рядом с ней на постель и притянул к себе, принявшись покрывать поцелуями все ее тело.

Пия взглянула вверх — на белый потолок. Ее руки зарылись в его волосы. Ей казалось, она вот-вот умрет от удовольствия.