Неуловимый - Эдгар Уоллес

Казалось, место это было ему хорошо знакомо, ибо, пройдя шагов шесть, он ощупью нашел маленькую нишу в стене. Там были припасены четыре электрических фонаря.

Молодой человек продолжал идти по подземному ходу, который круто сворачивал влево. Вскоре он дошел до комнаты, похожей на кладовую, из которой наверх вела лестница, устланная ковром.

Юноша стал осторожно и бесшумно подниматься по ней. Дойдя до середины лестницы, он наступил ногой на определенное место ступеньки и улыбнулся: он знал, что при этом в комнате вспыхивает свет. Это был сигнал, придуманный самим Мейстером.

Дойдя до двери, молодой человек остановился и стал прислушиваться.

Он услышал голоса Мейстера и Мэри.

— Мэри, дорогая. Как вы хороши!.. Когда я смотрю на ваши пальчики, бегающие по клавишам пишущей машинки, мне кажется, что это бабочки, порхающие от цветка к цветку…

— Не говорите таких пошлостей, Морис.

Затем послышалась музыка: Мейстер сел за рояль.

После этого юноша снова услышал голос Мейстера и шум происходившей в комнате борьбы.

Мейстер обхватил Мэри за плечи и пытался прижать ее к себе, но вдруг с ужасом заметил просунувшуюся в дверь руку.

Он дико вскрикнул и выбежал из комнаты.

Мэри, застыв, смотрела на медленно открывавшуюся дверь и на появившегося в комнате молодого человека.

— Джонни! — вскрикнула она и бросилась в объятия брата. — Какое счастье! Ты вернулся!

Джон строго взглянул на сестру:

— Мэри, что ты тут делаешь?.. Я думал, ты давно уже не служишь у Мейстера… Ведь я оставил ему для тебя деньги затем, чтобы ты не работала во время моего отсутствия! Это было последнее, о чем я его просил.

Мэри изумленно смотрела на него.

— Ты оставил Мейстеру деньги?

— Конечно… Разве он прекратил месячные выдачи, о которых мы с ним условились?

— Я даже не знала, что ты оставил деньги для меня, — прошептала она. — Не сердись на меня, Джонни…

— Мне все ясно, — проговорил он.

Затем он рассказал, почему был освобожден до срока.

— В тюрьме возник бунт, и эти сумасшедшие хотели убить губернатора… Я его защитил, но думал, что мне уменьшат наказание лишь на несколько дней… Когда вдруг вчера, во время обеда, мне объявили, что я свободен…

Мэри обняла брата.

— Джонни, я надеюсь, что ты теперь начнешь новую жизнь! Мейстер обещал, что поможет тебе приобрести ферму и заняться птицеводством… Подумай, Джонни, ты бы не попал под суд, если бы следовал советам Мориса…

— Гм… — пробормотал Джонни, — это он сказал тебе?

Он в упор взглянул на сестру.

— Мэри, скажи откровенно, ты влюблена в Мейстера?

Девушку оскорбило подобное предположение, и она промолчала. Джонни же принял ее молчание за смущение.

— Значит, ты любишь его? — спросил он снова.

— Он был очень добр ко мне… — начала она, хотя не знала, в чем, собственно, выразилась доброта Мейстера.

— Все же, начиная с сегодняшнего дня, ты не будешь работать, — сказал он твердо.

Мэри рассмеялась и воскликнула:

— Ты напомнил мне, что у меня много работы!

Она села за пишущую машинку. Услышав ее успокаивающий стук, в комнату осторожно заглянул Мейстер.

Он оторопело смотрел на Джонни и пятился от него, как будто перед ним встало привидение.

Джон взглядом попросил сестру выйти и обратился к адвокату, не протягивая ему руки:

— Скажите мне, Мейстер, почему вы не сообщили сестре об оставленных для нее деньгах?

— Быть может, вы мне сообщите, Джонни, почему вы здесь? — заикаясь пролепетал Мейстер.

Джон коротко изложил историю своего освобождения.

— Теперь я попрошу вас ответить на мой вопрос, — сказал он.

Но Мейстер быстро пришел в себя.

— Мой дорогой Джонни, я думаю, что нужно уделить внимание вашей сестре, чтобы она не скучала там, за дверью… Я питаю к ней отеческие чувства…

Он поймал гневный взгляд Джона и опустил голову.

— В любом случае советую вам не прикасаться к ней ни при каких обстоятельствах! — воскликнул Джон. — Я вас знаю давно, Мейстер, и знаю ваши повадки… Представляю, какого рода отеческие чувства вы питаете!.. Но… берегитесь!.. Если в намерены повторить историю с Гвендой Мильтон, то вам несдобровать, Мейстер…

Глава 22. Посол от «Неуловимого»

Мейстер подошел к роялю, опустился на стул и заиграл сентиментальную мелодию. Настроение его неожиданно переменилось, он весь ушел в музыку и, казалось, забыл о присутствии юноши.

Он не видел, что человек с черной бородкой подошел к окну со стороны улицы и внимательно разглядывает комнату. Лицо его было вплотную прижато к стеклу.

Молодой Ленлэ продолжал грозить Мейстеру.

— Имейте в виду, Морис, — говорил он, — если вы будете смотреть на мою сестру так же, как на Гвенду Мильтон, я доберусь до вас еще раньше, чем «Неуловимый»!

— Что за чепуха, милый Джонни, — с улыбкой отвечал Мейстер. — Вы ведь знаете, что «Неуловимый» лежит на дне гавани в Сиднее, а если и произошло чудо, то он сейчас чувствует себя, как затравленный зверь: ведь вся полиция поставлена на ноги из-за него…

— «Неуловимый» в Лондоне, и вы отлично знаете, — сухо возразил юноша. — Один Бог ведает, далеко или близко от вас он находится в данный момент…

Человек, стоявший у окна, вдруг исчез, как будто отреагировав на эти слова.

— Почему вы все время угрожаете мне, Джонни? — заметил Мейстер. — Ведь вы видите, что я не хочу ссориться с вами. Быть может, вам нужна моя помощь…

Вместо ответа молодой человек вынул из кармана маленький пакетик и развернул его на столе. Внутри оказался изящный бриллиантовый браслет.

Мейстер взял его и поднес к свету.

— Значит, вот браслет! — сказал он. — А я все время недоумевал, куда вы его дели?

— Я зашел за ним по дороге сюда. Он был оставлен мной у одного из друзей. Это все, что мне досталось… — прибавил он с горечью. — Я совершил три кражи, из них только одна принесла мне пользу…

Мейстер промолвил задумчиво:

— Вы думаете о второй краже в Камден-Крессенте?

— Мне не хочется больше об этом говорить, — нетерпеливо прервал его Джонни. — Я покончил с этим… Тюрьма меня исправила. Во всяком случае, в деле, о котором вы напомнили, человек, присланный вами мне на помощь, сбежал с добычей. Вы ведь сами мне об этом сказали…

В эту минуту новый план зародился в голове Мейстера.

— Я сказал вам неправду, — тихо произнес он. — Наш друг не сбежал с добычей.

— Неужели?

— Он мне все рассказал. Добыча была спрятана в пустом доме на Камден-Крессент, и она там находится по сей день. Я скрыл тогда это от вас, ибо мне не хотелось быть замешанным куда-либо после жемчугов леди Дарнлей… Ведь я мог послать многих людей за этой добычей, но я никому не доверяю…

На лице Джонни выразилась нерешительность: он уже готов был поддаться искушению.

Но, опомнившись, он твердо произнес:

— Пусть эта добыча там и остается!

Однако Мейстер уже понял, что юноша колеблется.

— Вы ненормальный! — он презрительно рассмеялся. — Подумайте, что получили вы за то, что сидели в тюрьме?.. Эту безделицу!.. — и он указал на браслет. — Если я дам вам за нее двадцать фунтов, то, уверяю вас, что окажусь в проигрыше… А подумайте, что в том доме добыча, стоящая восемьсот фунтов, и за которую вы, в сущности, заплатили!

Джонни мучился сомнениями.

— Совершенно верно! — воскликнул он. — Я действительно дорогой ценой заплатил за нее!

Мейстер погрузился в размышления. Он уже представлял себе все подробности нового плана…

— Пойдите завтра же ночью и заберите все, — предложил он.

— Я подумаю об этом, — сказал, наконец, Джонни, — если помните, скажите мне номер дома, я уже забыл его…

Мейстер никогда ничего не забывал.

— Пятьдесят семь, — ответил он тотчас же. — Теперь я дам вам двадцать фунтов за ваш браслет.

Он открыл свой стол и вынул из него коробку, в которой обычно держал деньги.

— Ладно, давайте, — согласился Джонни. — Но если я пойду за той добычей, то потребую за нее полную стоимость… Или же я вынужден буду обратиться к кому-нибудь другому…

Мейстер был оскорблен!

— Вот как вы относитесь ко мне! — возмутился он. — И вот ваша благодарность за мое покровительство!.. Ведь столько я имел возможностей засадить вас!.. Вот ваши деньги!.. — прибавил он, швыряя через стол двадцать фунтов, которые Джон поспешно сунул в карман.

Вдруг Мейстер оглянулся: дверь за его спиной скрипнула.

На пороге стоял доктор Ломонд. Хэккит оставил его в чулане и совершенно забыл о том, что он еще находился в доме.

— Я не помешал вам? — спросил Ломонд.

— Нисколько, доктор! Входите, пожалуйста, — сказал Мейстер. — Это один из моих друзей — мистер Ленлэ…

— Я только что разговаривал с вашей сестрой, — обратился Ломонд к юноше. — Ведь вы недавно вернулись из деревни, не правда ли?

— Я недавно вернулся из тюрьмы, — сухо поправил его Джон и повернулся, чтобы выйти.