Основатель службы Диалог - Александр Борянский

Уже долгое время Михаил Игоревич Андриевский пытается доказать человечеству, что цель оправдывает средства. Однако, насколько мне известно, на этот вопрос человечество уже ответило. У современного человека не могут не вызывать недоумения те средства, с помощью которых обвиняемый завладел "Ковбоем". На мой взгляд, при всем уважении к господину Андриевскому это нельзя назвать иначе, как заурядным воровством. Так надо ли спорить о какой-то цели, если она достигается такими средствами?

Об использовании закрытой Визы можно уже не говорить. Это самое легкое из правонарушений обвиняемого.

Имя Андриевского у сотрудников КС вызывает сегодня только тяжелый вздох. Уже не один десяток лет он третирует КС. Кстати, знаменитый "дипломат Андриевского" так и не найден. Когда сотрудники КС взяли Андриевского - я имею в виду подлинное тело, - они отобрали у него "Ковбой", а вот дипломата при нем не оказалось. Франсуа Бенью не рассказал только что об этом, так как в Туле-0 в настоящий момент ведутся активные поиски. Но я сомневаюсь, чтобы они увенчались успехом. Как и следовало ожидать, Андриевский спрятал "дипломат" еще до ухода в плоскость 7/XVII-АК 6,8. А это значит, что он собирается снова и снова третировать Контрольную Службу да и всех нас.

Я понимаю, мы живем в гуманном обществе. Но сколько же может продолжаться подобное издевательство? Сколько может один человек держать в напряжении целую цивилизацию?! Я считаю, что если мы действительно хотим называться обществом гуманным, необходимо защитить Нулевую Плоскость от посягательств этого бесспорно талантливого, но, увы, безответственного и аморального человека. Ограничения свободы передвижения пределами одной плоскости на этот раз явно недостаточно.

Я требую высшей меры!

Защитник Андраш Збройовски:

- Я согласен с тем, что действия моего подзащитного носят противоречивый характер. Я полностью разделяю слова о том, что цель ни в коем случае не оправдывает средства. И все же давайте вспомним, что двигало господином Андриевским, когда он совершал эти самые противоправные поступки. Давайте, кроме того, вспомним, что Михаил Игоревич не только нарушитель. Он еще и психотерапевт высшего класса, доктор медицинских наук с сорокалетним стажем. Он автор сенсационных теоретических разработок, хотя и спорных. Его книга принята к обязательному изучению в Киевском и Мельбурнском психотерапевтических институтах. Более семидесяти процентов студентов КИПСИНА считает его лучшим психотерапевтом мира.

Нет, я прекрасно понимаю, что это не повод для оправдания, но все-таки... По-моему, стоит задуматься.

Ведь что-то заставляло этого уважаемого человека тридцать лет биться лбом об стену, созданную Контрольной Службой. Неужели только амбиции? Неужели только упрямство?

Да, и это тоже, если назвать упрямством многолетнюю верность своей идее, пусть даже ошибочной (хотя это не окончательно доказано), а амбициями - желание как можно больше сделать для облегчения человеческих страданий.

Моим подзащитным двигал гуманизм. И как знать, быть может, мы этого гуманизма просто еще не понимаем, быть может, он опередил свое время...

Председатель суда С. А. Муравьев, Верховный Судья Северо-востока:

- Суд считает господина Андриевского виновным в нарушении 5 Закона Плоскостных правонарушений и незаконном пользовании закрытой Визой. Суд поддерживает требование обвинителя о назначении высшей меры наказания господину Андриевскому.

Перед тем, как господа присяжные выскажут свое мнение, я хочу сказать еще вот о чем. Дело очень сложное и громкое. Я уверен, что дело Андриевского еще вспомнят, и вспомнят не раз. И на присяжных сегодня лежит очень большая ответственность.

Как мне кажется, надо задуматься прежде всего о том, что на этот раз мы были чрезвычайно близки к прорыву линии Степаняна и нарушению стабильности. Все понимают, что это такое. Все это более чем очень серьезно.

А благородные личные качества и огромный опыт обвиняемого, упомянутые защитником, должны были заставить Михаила Игоревича с гораздо большей ответственностью отнестись к своим действиям.

- Итак, слово предоставляется обвиняемому. Михаил Игоревич, вы хотите что-нибудь сказать?

Андриевский встал, тряхнул головой, словно собирая разлетевшиеся мысли, и хрипло проговорил:

- Две с половиной тысячи лет назад один умный человек спросил меня: "Как по-твоему, что самое страшное в этом мире?" Я подумал и ответил: "Потерять интерес к жизни". - "Нет, - сказал он. - Потерять интерес к смерти".

Обвиняемый сел и закрыл глаза.

Все 124 присяжных единогласно признали Андриевского М. И. виновным. А вот в вопросе о мере наказания мнения разошлись. В результате 92 голосами против 32 Андриевскому М. И. была присуждена высшая мера - ограничение свободы пределами одного города пожизненно. Исключаются Киев и Мельбурн.

Городом, в котором Михаилу Игоревичу предстояло безвыездно провести остаток жизни, по его желанию была избрана Тула-0.

* * *

После приговора прошло три недели.

В центре Тулы, в маленьком кафе "У самовара", за столиком в самом темном углу в одиночестве сидел осужденный Андриевский.

Все посетители кафе смотрели футбол. На огромном экране, приковавшем к себе взгляды возбужденных людей, развивалась полуторачасовая драма ответного полуфинального матча Кубка Чемпионов. Только Андриевский остался неболельщиком, которых с каждым годом становится все меньше.

Андриевский подумал о том, как глубоко он ушел за последние годы в свою одержимость. Люди смотрят футбол, радуются, огорчаются, переживают, полностью погружаясь в азарт, а он при взгляде на экран вспоминает лишь одно: "За игру на футбольном тотализаторе в ненулевых плоскостях с использованием знания будущих по отношению к данной ненулевой плоскости результатов предусматривается наказание в виде закрытия межплоскостной Визы на срок от одного до трех лет".

Да, придется признать, что визит к Болотникову был последним. И не потому, что он получил высшую меру. Просто болезнь перешла уже во вторую фазу. Голова больше не болит. Она уже не будет болеть до конца. Во второй фазе голова никогда не болит, мозг разрывается на куски без боли. Потом и это проходит, и клетки постепенно отмирают одна за другой. Он все изучил и хорошо знает, как протекает темпоральная чума. Он заплатил за это знание жизнями четырех товарищей, с которыми они начинали "Диалог".

Временами приходится закрывать глаза. Почему-то все чаще. Когда слишком много света - стреляет куда-то в макушку. Очень резко. Раньше он о таком симптоме не знал. Хотя это понятно: когда распадается центр личности - с приемом и усвоением внешней информации возникают сложности. Не только с глазами.