Снести империю добра - Владимир Мясоедов

— К Большой Гретте? — проследил за направлением его взгляда Златокошель и содрогнулся. — Не надо, лучше уж башкой о камень какой-нибудь долбани! Это неудачный эксперимент! Очень-очень неудачный! Запомни, никогда не добавляй в мутагены приворотное зелье! Даже ради шутки! Преданность будет фантастической, но антидоты потом подбирать бесполезно!

— О, так почему же ты от нее не избавился? Насколько мне известно, процесс утилизации дефектных мутантов давно отработан. Выстрел из мушкета в ухо — и свиньям на корм. — Тимон даже замер в воздухе, так ему хотелось получить ответ на этот вопрос. Ну и еще он был намерен дождаться объявления тревоги, чтобы барона видели как можно больше проживающих в поселке гоблинов. — Неужели чувства были взаимны, и лишь разница в физических кондициях и возрасте помешала вашей связи?

— Ну, все-таки дочь… — развел руками Златокошель и едва не кувыркнулся вниз, поскольку маг-телекинетик на миг забыл не только о своих силах, но даже и о необходимости дышать. — Эй, полегче! И не надо меня укорять! Ты, сопливый шкет, даже не представляешь, сколько уходит нормальным любовницам на платья! А потом не дай боги от них еще и дети пойдут с требованиями подписать завещание и скорее в домовину лечь… А молодые тролльки, пока не повзрослеют, очень даже ничего. К тому же их гибридные отродья никогда не смогут стать наследниками.

— Спасибо, — неожиданно серьезно поблагодарил маленький волшебник, вновь набрал высоту и заставил следовать за собою связанного торгового барона. За мгновения его растерянности они опасно снизились и теперь два-три мутанта могли бы их и лапами достать. Если бы встали друг другу на плечи и умудрились продолжить погоню в таком акробатическом этюде. — До этого момента я еще сомневался, как с тобой поступить. Однако теперь уже никаких колебаний не будет.

— Ладно парень, давай поговорим серьезно, — заволновался Златокошель. — Семь с половиной тысяч золотых сейчас. И несколько уникальных рецептов моей академии, в перспективе способных принести еще столько же, если подсуетиться и одновременно продать их разным мастерам до того, как сведения разойдутся. Ну же, не молчи, скажи, чего ты хочешь!

— Мне нужна твоя одежда и твой мотоцикл, — усмехнулся Тимон.

— Забирай весь гардероб и весь гараж! — с готовностью согласился Златокошель, отчаянно пытаясь вспомнить, а есть ли у него мотоцикл. В подвал своего дома хозяйственный алхимик складировал вещи, которые не мог или по каким-то причинам не желал продавать. Вполне вероятно, там отыскался бы и этот вид транспорта. Где-нибудь между скелетом предыдущего барона и припрятанным на черный день стратегическим запасом хлама. — И золото бери! Пойдет как бонус!

— Это была шутка, если ты не понял, — вновь усмехнулся волшебник и опустился на крышу. — Сури, а ты почему еще в маскировке?

— Энергии в артефактах много, чего экономить? — объяснила демоница, но все же сняла с головы иллюзию, открыв рога. И выпустила из штанов хвост, который изрядно затек без возможности пошевелиться.

— Уупс! — Эльф-целитель поперхнулся. — Ах вы, твари! Да я вас всех…

Фиэль едва успела перехватить возникший непонятно откуда в его руке скальпель, чтобы тот не вонзился демонице в спину.

— Ты смотри, что-то порядочное в нем еще осталось, — с удивлением заметила Лонари, пряча обратно в складки одежды небольшой кистень. Удар грузиком не лишил мага сознания, но отправил его в нокаут, лишив необходимой для составления заклятий концентрации. — Может, и для некоторых из нас еще не все потеряно.

— Ох, дождется у меня эта оппозиция совсем негуманного решения создаваемых ею проблем, — недобро посмотрел на девушку гоблин.

Он давно уже собирался дать укорот слишком несдержанной эльфийке, но всегда что-то мешало. То место слишком людное, то дела запланированы неотложные, в которых без более-менее профессионального рейнджера никак, то нет никакой возможности идти ее искать, поскольку под боком лежит Фиэль, Острога или Сури.

— Кхем, ну зачем же было привлекать такое внимание? — Златокошель попытался улыбнуться, с тревогой наблюдая за медленно приближающейся к нему суккубой.

Радостно скалящаяся в предвкушении демоница помахивала короткой, но очень прочной цепочкой. С ошейником на одном конце и браслетом на другом. В ночной темноте на металле слабо светились желтым светом изломанные руны.

— Если вы представляете здесь интересы проклятых, то мы могли бы договориться по-тихому, — продолжал барон. — А теперь я при всем желании не смогу утаить, что у меня были очень особые гости! И значит, сотрудничество между нами серьезно осложнится. Нет! Стой! Не подходи!

— И чего так орать? Больно он ведь совсем не делает, даже когда высасывает ману или парализует того, на кого надет. Я это на себе проверял. — Тимон сказал это, когда на шее торгового барона захлопнулся ошейник, а на изящной руке суккубы щелкнул застежкой украшенный драгоценными камнями браслет. Позаимствованный у некромантов артефакт представлял собой комплект для удержания и сопровождения особо ценных пленников. Паладинов, сильных магов, жрецов, а то и своих собственных преступников. — Пузан, сосредоточься на мне. На мне, я сказал! Ты уже слышал самую главную для себя информацию раньше, но, кажется, так ее и не осознал. Власть переменилась. Теперь местного барона зовут Тимоном. А некто Златокошель будет у него рабом, который возьмет на себя всю возню с финансами, борьбу с бюрократией и организацию нужных техпроцессов. Или не будет вовсе.

— Мои слуги и родичи… — заикнулся было старый алхимик.

— …в лучшем случае освободят твой труп. Хотя вряд ли им удастся даже это. Здание, на крыше которого мы сейчас находимся, неплохо подходит для обороны. А к поселку уже приближается подконтрольный мне отряд, который недавно вынес меньше чем за сутки город некромантов. Я бы тебя прикончил с превеликим удовольствием. Но мне банально лень заново создавать цепочку производственных и деловых связей. Ну и печалит мысль оставить так и не найденными пару-тройку твоих тайников.

— Боевые дирижабли сокрушат любого противника! — не желал смириться толстяк. — Они поднимутся в воздух и легко накроют бомбами целую армию! А чтобы сбить их оттуда, не хватит и двух десятков всадников на грифонах!

— Поднимутся, — кивнул Тимон. — Дня через два, когда их отремонтируют. Телекинетику моего уровня нужно просто прогуляться неподалеку от вражеской техники, и все хрупкие детали сломаются сами собой. Сейчас у местной авиации нет ни одного непогнутого винта. А летать она может только по ветру. Или вертикально вниз.