На неведомых тропинках. Шаг в пустоту - Аня Сокол

Искать Таисию Мирную нам, к моему облегчению, запретила хранительница. Пусть сами выясняют, кому она доверила секрет, который при таких темпах скоро перестанет быть таковым.

Устроились мы в прямоугольной беседке, выкрашенной зеленой, в цвет листвы, краской, недалеко от линии полигонов. Здесь было гораздо меньше праздношатающихся учеников, пялившихся на повязку Веника, геройский вид которой портил больничный белый цвет бинтов.

Пустая глазница наверняка болела как черт знает что, даже несмотря на то что регенерация у нелюдей в разы превышает человеческую. Я на его повязку без дрожи смотреть не могла, а он вел себя так, будто ему палец дверью прищемили. О том, чтобы сесть на лавку рядом с явидью, чьи коготки прошлись по лицу, в моем мире не могло быть и речи, а в его — пожалуйста. Я не понимала. И завидовала.

— Что делать будем? — спросила змея, когда мы уселись.

— Ничего, — отрезал гробокопатель.

— Присоединяюсь, — одобрила я план соседа.

— Напоминаю, речь идет о ваших детях, — сдвинула брови Пашка.

— Понадобится, Марк к камням правды сходит. Он не виновен, и демону придется это проглотить, — ответил падальщик и добавил: — демонам.

Я дипломатично пожала плечами. О проверке на артефактах не могло быть и речи, но не говорить же об этом вслух.

— Н-да, — протянула девушка, — то, что мы заполучили кровника, тебя не волнует? — повернулась она ко мне. — Тимур сын той парочки, что отправил к низшим Константин?

— Ага.

— Дети имеют обыкновение взрослеть и умнеть.

— Предлагаешь свернуть ему шею прямо сейчас? — огрызнулась я. — Сын вестника твоему целителю не соперник и никогда не будет.

— Оно конечно, но парень тяготеет к ударам из-за угла, что вроде и неплохо, но не в нашем случае… — Змея вскинула голову и резко обернулась на примыкающие к одной из сторон беседки заросли шиповника, вернее, чего-то очень на него похожего, и раздула ноздри.

Гробокопатель скосил единственный глаз, но остался спокоен. Через минуту расслабилась и явидь, кто бы ни проходил мимо, он действительно прошел мимо.

— Костя рассказывал об этой парочке, — задумалась Пашка, — они работали на Седого?

— Не она. Он. — Я повела плечами, спинка деревянной лавки была неудобной, боль напоминала о себе легкими уколами под лопатку. — Они собирались уехать в Южные пределы, к Прекрасному, если не соврали. Твой Костя был частью поданого резюме. — Змея фыркнула. — Странная пара. То, что мать дала сыну трусики Милы, у меня в голове не укладывается.

Явидь и падальщик переглянулись.

— Вряд ли это она. Он привел зверя, но трусики принес кто-то другой, иначе земля детей не открылась бы. Все упирается в неизвестного. — Девушка задумалась и тихонько хихикнула. — Теперь я знаю, что Неверу на чертову дюжину подарить.

Веник ничего не сказал, но уголки губ слегка приподнялись. Чего-то в этой жизни пока не понимаю.

Я посмотрела на широкие площадки полигонов, вытянутые вдоль пустующих учебных корпусов. Что мы вообще делаем, когда представился случай провести время с детьми?

— Как получилось, что у тебя есть сын? — спросила Пашка.

— Я думал, ты в курсе, раз обзавелась собственным, — протянул падальщик. — Но если целитель не просветил, могу продемонстрировать наглядно.

— Да я не об этом, — отмахнулась змея, — хотя… — она присмотрелась к падальщику, — не-е-е, обойдусь. — Мужчина пожал плечами. — Я о том, что никто из наших не знал о нем.

— Знали. Старик, Тём и еще Караха. Остальным необязательно. Чем меньше знают они, тем крепче сплю я.

На лице Пашки отразилось нечто похожее на одобрение, перешедшее в глубокую задумчивость то ли о будущем Невера, то ли об умственных способностях гробокопателя.

— Марик был первым, кого я увидела в filii de terra, — я повернулась к Венику, — уже тогда мне удалось его напугать.

— Напугал его я, — ответил мужчина. — Знал, куда тебя понесет, раньше, чем ты вышла из Юкова. Он должен был дать знать, если здесь появится девушка с торчащими во все стороны волосами. — Веник закинул руку за голову и взъерошил свои короткие и русые. — Марк впервые пользовался самостоятельным выходом. Нарушения правил даются ему с трудом.

Мы замолчали, прокручивая в голове каждый свои мысли. Хорошего в них было маловато.

— Ты должна нам больше, чем просто деньги, — словно прочитал мои мысли падальщик, словно вместе со мной вспомнил, как вынес меня с того перехода, и все это без всякой злости, констатация факта с легким недовольством, — но хватит и их.

— Намеренное нарушение устава filii de terra, — появившаяся Мила дала понять, что разговор или часть его она слышала, — подстрекательство несовершеннолетнего к нарушению…

— Он теперь на платном, — отмахнулся от нее Веник.

У нее вырвался тяжкий вздох. Времена и миры меняются, а презренный металл остается. Никто не позволит отчислить ученика, который платит деньги. Не имею ничего против, обучение Алисы не стоит мне ни копейки, это прерогатива Кирилла, пусть сумма и значительная, по миру она меня не пустит.

— Нашли девчонку? — спросила Пашка.

— Адаш занимается, — кивнула хранительница и, повернувшись ко мне, спросила: — Мой Тимур мертв?

— Да, — других вариантов ответа у меня не было.

— И полагаю, умер он не от старости? — Голос дрогнул, она отвернулась и глухо добавила: — Нет, пожалуй, я не хочу знать. Хватит и самого факта. Черт! — Она зажмурилась.

Для нее вестник навсегда останется отцом ее ребенка. Мужчиной, которого она любила и который хоть недолго, но любил ее. Неважно, притворялся или нет, неважно, что произошло потом, у людей, в отличие от нечисти, есть свойство все прощать мертвым.

В беседку вбежал Адаш. Один.

— Где Таисия? — браслеты хранительницы полыхнули огнем.

— Последний раз ее видели полчаса назад на выходе из корпуса. С тех пор не могут найти, — отчитался злыдень.

— Отсюда никто не исчезает, — рявкнула она, — опросите друзей, подруг, живо!

Вспоминая впоследствии события в filii de terra, я обозначила этот момент как переходный. Последние минуты спокойствия, когда я еще надеялась отсидеться в стороне. Все, что происходило потом, напоминало ураган, который никто из нас не мог контролировать. События сменяли друг друга так быстро, что мы не успевали их даже осознать, не то что обдумать. Наверное, на то и был расчет.

— Опросили, — скривился лишающий удачи, — по их словам, Таисия пошла к своему парню.

— А парень — это… — наклонила голову Мила.

— Вадим Видящий, — сомневаясь в сказанном, ответил Адаш, — даже удивительно, учитывая их прошлое.