Рубеж 4: В игре - Винтеркей Серж

Глава 7

Сборы

Чтобы лучше подготовиться к грядущей вылазке, мы с Серегой решили сравнить и изучить наши классы, чтобы знать, на что мы можем рассчитывать при необходимости. Вначале я зачитал все то, что было написано про мой класс, потом попросил Серегу сделать то же самое. Друг не стал упрямиться:

Камикадзе. Особенности класса:

Идя на смерть во имя интересов своей фракции, или товарищей, камикадзе получает буст в сорок процентов ко всем своим характеристикам на тридцать секунд.

Осознанно идя на смерть в столкновении с врагами, камикадзе никогда не теряет вещей, которые у него есть с собой, при воскрешении (внимание – воскрешение доступно только в виртуальной игре).

Ловкость и регенерация у камикадзе на постоянной основе увеличены на десять процентов от уровня этих характеристик.

Если камикадзе убил в последней атаке трех и более врагов не ниже себя уровнем, он имеет пятидесятипроцентный шанс получить при воскрешении трофей из вещей, выпавших с них при смерти. Если он смог убить больше пяти врагов, шанс увеличивается до семидесяти пяти процентов. При убийстве в последней атаке десяти и более врагов указанного уровня, шанс вырастает до ста процентов, и камикадзе получает право выбора из выпавших вещей своего трофея (внимание – опция доступна только в виртуальной игре).

А потом добавил эмоционально:

– Ой! Я со всеми эти обязанностями по руководству и кручению баранки и не заметил, что мне тут привалило приглашение во фракцию камикадзе!

– Ну так соглашайся скорее, а то будет какой ивент с раздачей призов, как у японцев был недавно, а ты его пропустишь! – посоветовал я.

– Понять бы еще, чем мне там нужно будет заниматься, – проворчал Серега, – из приглашения вот ни хрена не понятно!

– Ха, думаешь у меня было иначе? – ответил я ему, – главное, что понятно, так это что не надо соглашаться на приглашение во фракцию проститутов, если таковое вдруг пришлют, чтобы не пришлось потом жопой по разным темным углам галактики приторговывать по заданию руководства. Так сказать, очком набирать очки в такой вот фракции.

– Грубо-то как! – сказал Серега, но при этом улыбнулся.

– Вы уж простите нас, барин, если вдруг от неожиданности у вас серебряная ложка, с которой вы родились, изо рта выпала! – с суровым видом ответил я, и пояснил, – это ж вы с Петькой, студенты, интеллигенция, а нам, рабочему классу, положено попроще выражаться, не щадя ваших деликатных чувств!

– Да, в нашем цирке не соскучишься! – ухмыльнулся Петька, – что-то, Семен у тебя с чувством юмора получше стало. Дай угадаю – эти полгода в Америке ты вспоминал от скуки репризы Задорнова про американцев и пытался придумать что свое?

– Нет, вообще-то, – честно ответил я, – но болтал с ковбоями много. А на ранчо от скуки как только языками не чешут! А подколок сколько – даже и не представить! Я раньше и вообразить не мог, какое богатое может быть воображение у людей, которые вынуждены слишком много общаться с коровами!

– У виртуальных персонажей, ты имеешь в виду? – попытался уточнить Петька, – ты же проходил задание, общаясь с виртуальными персонажами?

Сразу отвечать я не стал. Вначале подумал.

– Знаешь, дружище, – задумчиво сказал я, – вот и не могу я сказать, что имел дело с виртуальными персонажами. Не могу – и все тут! Пару часов общения с любым из них – и ты напрочь забываешь, что ты в вирте. Такие же люди, как и ты сам – с проблемами, недостатками, самомнением, желаниями. Как будто на самом деле находишься среди абсолютно реальных людей. И я больше скажу. По всем ребятам, с которыми я там сдружился, я сейчас реально скучаю. Кажется все время, что поверну сейчас голову, а там Питер стоит, терпеливо ждет, когда я соберусь, и мы пойдем охотиться, чтобы добыть мяса в котел ребятам на ранчо. А уж как я жалею по готовке жены Альфреда! Таких вкусных яблочных пирогов, что она стряпала, я уже нигде не найду!

– А знаешь, я с тобой полностью соглашусь, – кивнул Серега, – не выглядела нацистская Германия, как сконструированный персонально для меня виртуальный полигон. Думаю, тому может быть простое объяснение, хотя оно и пугает. А что, если нас закидывают в настоящие ситуации из прошлого?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Ты имеешь в виду, что у них там машина времени под рукой, и тебя реально зафигачили в нацистскую Германию? – ахнул Петька, – загнали в тело настоящего еврея, который чудом там выжил, не попав в концлагерь, и, дав тебе задание, заставили его геройски покончить самоубийством, грохнув больше дюжины высокопоставленных эсэсовцев?

Я открыл было рот, чтобы тоже высказаться, но Серега успел заговорить первым:

– Так думать мне было бы чертовски неприятно. И я очень надеюсь, что это не так. Эсэсовцев, что я убил, мне совсем не жаль, особенно будь они настоящими, но ясно, что делать все это, заняв тело пытающегося выжить человека, оказавшего в тяжелейшей ситуации, и обрекая его на смерть, было бы очень нехорошо. Можно сколько угодно оправдываться тем, что то, что я сделал, это заветная мечта о мести для любого еврея, оказавшегося в такой ситуации, но это должен был быть его выбор, а не мой.

– Ну, тут я думаю, что все же ты не прав, – покачал головой я, – допустим, вы с Петькой угадали, и это реально машина времени. Тебе не кажется, что нам давали задания, которые помогают восстановить нарушенную справедливость? Я, став ковбоем, мстил банде за грабежи и убийство, и мне совсем не жаль тех убийц, будь они даже настоящими людьми не из вирта. Ты – зачетно расплатился с гитлеровцами, которые зверски уничтожили миллионы и наших с тобой предков, не только же евреев. Они просто с них начали. Я, конечно, тоже предпочел бы оказаться на твоем месте, тут вопросов нет, у меня с войны два прадеда не вернулись. Что и говорить, задание тебе дали просто царское, а мне вот пришлось удовлетвориться скальпами обычных американских бандитов.

– Ну, такая мысль немного утешает, – пробурчал Серега, – если нужно восстановить справедливость, то мы это, всегда готовы! А если сам не справлюсь, то позову паладина в сияющих доспехах. Он у меня случайно в друзьях оказался, а так раньше он шофёрил, картины рисовал и его просто Семеном звали.

Почти сам поверив в то, что все так и есть, и нас действительно закидывали в реальные исторические ситуации в тела других людей, я вдруг вспомнил, что мне рассказал Сатору, когда вернулся после своего задания в игре.

– Так, новая инфа, мужики! – я покачал головой, – сорян за проявленную забывчивость. Один из японцев, Сатору, отец Ю-тян …

Серега тут же меня прервал, сказав:

– Ах, Ю-тян, ну да, конечно!

А Петька сделал вид, что семенит на каблуках, и мелко-мелко закивал головой.

– Так, угомонились, уроды озабоченные, совсем с мысли сбили! – рявкнул я, – так вот, Сатору попал в Японию, до которой татаро-монголы благополучно доплыли, и почти все там захватили. А на деле же они утонули, ты же сам как-то рассказывал, Петька! То есть, в реальной истории этого же не было?

Петька ненадолго подвис, затем все же заговорил:

– Ну да, большая часть утонула, сражений на островах почти и не было. Значит, все же, мне, когда я попаду в игру, можно не беспокоиться – я буду действительно, если такое будет задание, убивать не реальных людей, а просто вирт-персонажей?

– Ну, это тоже не факт, – покачал головой Серега, – а что, если в некоторых случаях закидывают не в нашу, а в параллельные вселенные? Где история пошла несколько не так, как в нашей? А в остальном – все достаточно схоже.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Ладно, пацаны, тема интересная, конечно, но у нас есть много более важных занятий, чем рассуждать об истории, тем более параллельной! – покачав головой, попытался повернуть нашу беседу в более полезное русло я.

– Обалдеть! – покачал головой Петька, – и ведь ты прав! Спроси меня кто пару недель назад, что я буду делать вечерком в первый день глобального апокалипсиса, вот что я точно бы не смог сказать, так это что буду заниматься привычным делом! Рассуждать об истории и исторической справедливости в хорошей компании, как будто безмятежно сижу в аудитории истфака!