Вначале была ненависть… - Лара Грей

– Мистер Маунт, вам не нужно извиняться за то, что вы взяли без спроса ее альбом, – улыбнулся инспектор.

– Да я вроде бы не извиняюсь. Хотя вы правы, немножко извиняюсь, – Крис неловко усмехнулся и продолжил: – Когда я перелистывал альбом, из него выпало письмо. Вероятно, мисс Дженкинс хранила его долгое время вместе со своими детскими фотографиями. Я подумал тогда, что это не случайно, и так как письмо было распечатано, то решил его прочитать… и не мог поверить своим глазам. Теперь мне было известно ее прошлое. Понимаете, инспектор?

– Конечно, понимаю. Мы, жители Уэльса, довольно сообразительные люди, – кивнул инспектор.

Копия письма уже была приложена к делу:

Дорогая Кларисса,

сейчас самое время поведать тебе большую тайну. Когда ты будешь читать это письмо, меня уже не будет на свете. Но я хочу, чтобы ты знала, что сейчас, оплакивая меня, ты плачешь и скорбишь не по своей умершей матери, а по своей тете. Я знаю, это сложно понять, но я постараюсь объяснить тебе, почему я поступила именно так.

Я хочу, чтобы ты знала, что твоя настоящая мать погибла много лет назад. Она была моей родной сестрой. Наши дети родились примерно в одно и то же время. С той лишь разницей, что я состояла в законном браке, а твоя мать, когда ты родилась, была совершенно одинока и глубоко несчастна. Единственным мужчиной в ее жизни был лорд Гриффит. Они любили друг друга, и плодом их любви стала ты, Кларисса. Однако твой отец по некоторым причинам отрицал любовную связь с твоей матерью и не хотел признавать тебя, моя дорогая. В то время он обручился с другой женщиной, брак с которой сделал бы его владельцем огромного состояния. Старый лорд, твой дед, был против их брака и, узнав о любовной связи сына и твоей матери, хотел отменить помолвку. Если бы не скоропостижная смерть старика, то, вероятно, лорд Гриффит женился бы на твоей матери и вырастил тебя как свою дочь. Но этому не суждено было случиться. Старый лорд умер, и больше никто не мог помешать твоему отцу жениться на другой женщине.

Твоей матери ничего не оставалось, как обратиться в суд с требованием выплаты алиментов. Ей нужны были средства к существованию, чтобы поставить тебя на ноги. Но к несчастью и к ужасу твоей матери, тест на отцовство оказался отрицательным. Как выяснилось позже, его проводил некий доктор Оуэн. Долгое время он конфликтовал с семейством Гриффитов, однако в лице твоего отца он увидел возможность владеть и управлять собственной клиникой. А твой отец, в свою очередь, воспользовался помощью доктора, чтобы избавиться от вас. Поэтому, как мы с твоей матерью и предполагали, доктор Оуэн подменил результаты теста, чтобы лорд Гриффит в будущем стал его спонсором.

Но, к сожалению, у нас не было веских доказательств их тайного соглашения. Никто больше не верил нашим словам. В честности же Оуэна, наоборот, никто не сомневался. Но я верила твоей матери, которая со слезами на глазах заверяла меня, что лорд Гриффит был единственным мужчиной в ее жизни. Я верила ей безоговорочно.

Когда нашим малышкам было по полгода, случилось несчастье. Моя дочурка, твоя двоюродная сестра, тяжело заболела. Я и сама тогда занемогла и с трудом передвигалась. Твоя мать предложила отвезти мою дочь в больницу, потому что самой мне это было не под силу. Ты, Кларисса, в тот вечер осталась дома со мной.

По дороге в больницу они попали в ужасную аварию и буквально в считанные минуты обе сгорели в машине. Мне было так страшно и тоскливо, что я не видела смысла дальше жить. Но и отдать тебя какому-то чужому человеку тоже не могла. Ты стала смыслом моей жизни. Я сказала всем, что в машине сгорела моя сестра и ее ребенок, тебя я оставила себе, и с тех пор мы с мужем относились к тебе, как к своей родной дочери.

Я пишу это письмо, потому что знаю, что скоро умру, и поэтому не хочу больше тебя обманывать. Знай, Кларисса, что ты родная дочь лорда Гриффита. Надеюсь, ты простишь меня за то, что я так долго скрывала от тебя правду.

С любовью, твоя тетя.

– Я была в шоке, когда прочитала это письмо, – продолжала рассказывать Амелия. – Но затем во всем происходящем появился смысл. Кларисса хотела отомстить своему… моему отцу и профессору Оуэну. У нее, по ее же словам, было сильное влияние на Бенджамина Холла, душевнобольного пациента. Благодаря долгой дружбе со мной она довольно хорошо ориентировалась в нашем замке. Она могла рассказать Холлу, куда идти, а заодно и сделать копии ключей. Как мы узнали позже, у нее некоторое время назад был роман с профессором Оуэном. Так что она вполне могла использовать эти отношения, чтобы сделать ключи от его квартиры и личного кабинета. Когда я об этом подумала, все встало на свои места. Но прежде чем мы решили, как действовать дальше, она натравила Холла на нас. Этого я никак не могу понять.

Инспектор сказал, что может это объяснить, но сначала предложил им закончить свой рассказ.

– Тогда мы придумали этот план с восставшим мертвецом, – сказала Амелия. – Мне это далось нелегко, честно должна признать. Пришлось несколько дней практически ничего не есть, чтобы стать похожей на убитую горем девушку, только что потерявшую своего возлюбленного.

– Мне тоже было непросто, – добавил Крис. – Особенно когда нужно было лежать без движения в то время, как люди проходили мимо и клали цветы на гроб. Хорошо еще, что мое тело было практически полностью скрыто крышкой. Честно говоря, это такое странное чувство – участвовать в собственных похоронах. Когда гроб закрыли, я сильно запаниковал, думал, потеряю сознание, хотя, надо сказать, тот, кто делал гроб, постарался на славу: у меня был воздух и крышка сдвинулась довольно легко. Но я рад, что мне удалось справиться со своей ролью.

Амелия слегка улыбнулась, глядя на приосанившегося от чувства выполненного долга парня.

Меж тем инспектор протянул им запись показаний, которые дала сама Кларисса Дженкинс.

Мне было четырнадцать лет, когда моя мать умерла от рака. Правильнее сказать, до того дня я полагала, что та женщина была моей матерью. Но ее письмо открыло мне глаза. С тех пор моей единственной целью стало узнать, действительно ли все, написанное в том письме, было правдой. Поэтому я решила поступить на медицинский факультет, чтобы в дальнейшем специализироваться на психиатрии. Я планировала по окончании вуза получить место в клинике профессора Оуэна. Тогда, как я полагала, я смогла бы узнать всю правду о своем прошлом.

Я была прилежной студенткой и окончила университет с отличием. Я могла получить работу практически в любой клинике этой страны, но мне нужно было как можно быстрее попасть в клинику Оуэна. Я поняла, что ждать место можно годами, поэтому я была не против закрутить с ним роман, чтобы не стоять в длинной очереди ожидающих. Это сработало. Вскоре меня приняли к нему на работу.

В нашу очередную встречу с профессором разговор зашел о лорде Гриффите. Он мельком упомянул о том, что их отношения не сразу сложились. Поэтому я решила напоить его и вытянуть историю о подделанных анализах. Мой план сработал. Позже, проведя небольшое расследование, я также получила и другие доказательства того, что лорд Гриффит стал вкладывать огромные суммы в клинику Оуэна сразу после обнародования поддельных результатов теста на отцовство.

Что мне было делать дальше? Я решила не спешить, а сначала хорошенько узнать мою сводную сестру, Амелию. Мне удалось быстро с ней подружиться и стать желанной гостьей в замке Гриффитов. Это было как раз то, что мне нужно. Кроме того, я испытывала огромное удовольствие, видя, как Амелия страдает от постоянных упреков и издевательств тирана-отца. Возможно, в какой-то степени мне повезло расти подальше от него.

Когда Амелия стала встречаться с Диланом, меня переполняла жуткая зависть. Многие девушки мечтали оказаться в объятиях такого красавчика, но он всегда говорил, что лишь прекрасная будущая леди Гриффит достойна быть с ним. Меня это ужасно злило.

Но потом Амелия узнала о его изменах, и они расстались. Вот тогда я была по-настоящему счастлива. Наконец, парень моей мечты обратил внимание на меня. Вскоре после отъезда Амелии в Австралию мы с Диланом начали встречаться. Я готова была терпеть его слабость к женскому полу и интрижки на стороне, лишь бы он оставался со мной. Но весть о возвращении Амелии разрушила все мое счастье. Дилан, как только узнал об этом, предложил расстаться. Я знала, что этот бабник захочет снова вернуться к ней, миленькой леди Гриффит. Тогда я решила вернуться к своему плану мести. Во мне горело желание поквитаться со всеми, кто помешал мне быть на месте Амелии, богатой наследницы огромного состояния.

Я обратила внимание на Бенджамина Холла, одного из моих пациентов, страдающего раздвоением личности. Он воплощал в себе семь различных личностей, одна из которых была безумно в меня влюблена. Ради меня он был готов сделать все что угодно, и я воспользовалась этим. Через гипноз я внушила ему кодовые слова, которые я могла сказать ему, чтобы вызвать именно эту личность, а также слова, которые заставили бы эту личность уйти. Никто другой не знал этих слов. Сам Холл не помнил, когда именно эта личность выходила на свет и что она делала.