Будь моей Гердой - Анна Юрьевна Денисова

в результате получилась куча-мала. Я полночи ворочалась с боку на бок и задремала лишь под утро.

***

В воскресенье наконец выглянуло солнце, но оно не смогло рассеять дурное настроение. Всё буквально валилось из рук. Я расколотила любимую кружку; саданула по пальцу, нарезая бутерброды; испортила белую блузку, постирав её с цветным бельём. Я вернулась в кровать с тарелкой попкорна и уставилась в телевизор. От неожиданного телефонного звонка, миска выскользнула из рук, и попкорн рассыпался по постели. Я схватила мобильный и замиранием сердца посмотрела на экран. Звонила Молли. Я нехотя ответила на вызов.

— Привет. Выследила прелюбодея?

— Привет, Молли. Нет. Я его не застала.

— Ну и не накручивай себя понапрасну, объявится — всё объяснит, а не объявится — плюнь и разотри. Таких у тебя будет миллион. Не расстраивайся. И звони, если что.

— Спасибо Молли.

Весь день мне приходилось себя одёргивать, чтобы не сорваться и не набрать Каю. Я поставила мобильный на беззвучный режим, чтобы не вздрагивать при каждом звуковом сигнале. Изо всех сил я пыталась убедить себя, что ничего непоправимого не произошло. Бессчётный раз проверяя телефон, я обнаружила, что на часах десять вечера.

Я уже собиралась ложиться, когда услышала робкий стук в дверь. Сердце рухнуло вниз и забилось под диафрагмой. Я открыла дверь и непроизвольно одёрнула футболку, едва прикрывающую ягодицы. Кай прислонился локтем к дверному косяку и выдавил вымученную улыбку. Вид у него был изнеможденный. Красная сетка капилляров и синяки под глазами выдавали недосып, а трёхдневная щетина и одежда, в которой он был в пятницу, говорила, что он так и не заезжал домой. Он опустил закатанные рукава пиджака и прошёл в квартиру.

— Ты попал под автобус?

— Не спрашивай, — мучительно выдохнул он.

Я прижалась к нему, обхватив талию руками. Он обнял меня и уткнулся носом в шею. Я погладила его спину, он резко выпрямился и оттянул мои волосы, заставляя запрокинуть голову. В глазах бушевал парад эмоций. Он захватил мои губы агрессивным жадным поцелуем.

Пиджак падает на пол, моя футболка следом. Пальцы торопливо расстёгивают пуговицы на его рубашке, пока мы двигаемся в сторону кровати. Ноги упираются в бортик. Кай легонько толкает, и я падаю на спину. Он в миг освобождается от оставшейся одежды, и я оказываюсь прижата к упругому матрасу. Под его натиском ткань моих трусиков трещит и летит в сторону. Кай хватает мои запястья и заводит руки за голову, покусывая шею за ухом. Горящее дыхание опаляет кожу. Движение пальцев между бёдер заставляют стонать и выгибаться навстречу. Я вскрикиваю, когда он входит одним резким толчком.

Я устроилась на его плече и зарылась пальцами в волосах, в то время как Кай поглаживал мою спину.

— Прости, если был грубым.

— Всё замечательно.

— Ты пила таблетки? — неожиданно спросил он.

— Что? — не поняла я.

— Противозачаточные, Фокс.

Я совершенно об этом забыла. У нас был разговор на эту тему в прошлое воскресение, но я не думала, что у наших отношений будет продолжение, и просто забила.

— Я забыла, — зажмурившись, произнесла на выдохе.

— Забыла принять?

— Забыла купить.

— Чёрт, Фокс! Почему ты раньше не сказала? — он вскочил с постели и принялся нервно натягивать брюки.

— Я не знаю, — надломившимся голосом ответила я, глядя, как стремительно он одевается.

— Завтра утром отвезу тебя к доктору, — сухо произнёс он. — Будь готова.

— А работа? — робко выдавила я, чувствуя себя прокажённой.

— Это важнее.

Он покинул квартиру, больше не сказав ни слова. Меня охватила крайняя степень отчаяния. Если бы он накричал и обозвал лгуньей, не было бы так обидно. Но он просто ушёл. Я уткнулась в подушку и разрыдалась. В голове, как неоновое табло, вспыхнуло: «Маршрут окончен. Вы заехали в тупик».

ГЛАВА 8

Я проснулась разбитая. Полночи старалась понять, что произошло с Каем. Все события вчерашнего вечера казались расплывчатым ночным кошмаром. Калиба так напугала перспектива стать отцом? Он был готов уничтожить меня взглядом. Я посмотрела на часы и сползла с кровати. Я стояла под струями прохладного душа, пока зубы не начали постукивать азбукой Морзе. Я выключила воду, выбралась из маленькой ванной и принялась интенсивно растираться махровым полотенцем, пока кожа не покраснела и не стала гореть. Я вытащила из шкафа тёмно-синие джинсы, светло-бежевый пуловер и надела, не задумываясь насколько презентабельно буду выглядеть. Свежесваренный кофе тоже не прибавил бодрости. Я расположилась на подоконнике и разглядывала окна напротив, когда раздался требовательный стук в дверь. Часы показывали ровно девять. Я поставила в раковину кружку с недопитым кофе, обречённо выдохнула и пошла открывать.

Кай стоял на пороге свежий, гладковыбритый и сосредоточенный. Он скептически посмотрел на мой наряд, но воздержался от комментария. Мы молча спустились по лестнице, вышли на улицу и двинулись в сторону его машины. Я шагала за ним, глядя в напряжённую спину. Я забралась на заднее сиденье, сложила руки на коленях и уставилась в окно. Кай негромко включил магнитолу, но ритмичная композиция «Breaking Me»1 только усиливала висевшее в воздухе напряжение. А когда её сменила «Before you go»2, я расценила это, как издевательство. Никогда не понимала тех, кто любит включить грустную, лирическую песню, чтобы под неё поплакать. Я всегда предпочитала слышать в наушниках тяжёлые басы на полной громкости, чтобы мысли разлетелись по углам и не высовывались. Но сейчас мне хотелось спрятаться с головой под одеялом и лить слёзы под "Bring Me to Life"3.

— Я сказал Кейт, что у нас встреча с важным клиентом, — сухо произнёс Калиб.

Я кивнула, не поворачивая головы, продолжая созерцать проплывающие мимо многоэтажные здания, красные телефонные будки и спешащих по делам людей. О том, что будет, когда мы доберёмся до клиники, я стараюсь не думать.

Калиб остановил машину у трёхэтажного медицинского цента с длинным козырьком, который подпирали четыре толстые колонны. Я вышла, хлопнув дверью и посмотрела на выкрашенный розовой краской фасад. Панорамные окна напоминали гигантские зеркала в тонкой решётке рам. «Центр акушерства и гинекологии» гласили большие белые буквы на голубой вывеске. Меня неожиданно повело. Я отвернулась в сторону находящегося напротив сквера, утыканного деревянными скамейками. Я сделала пару глубоких вдохов в попытке успокоиться и унять дрожь. Кай подошёл и мягко взял меня под локоть.

Я сидела на пластиковом стуле, наблюдая, как у стойки регистрации Кай общается с девушкой в белоснежном медицинском кителе. Та приветливо улыбалась, изредка поглядывая на меня. Я поёжилась. Для меня обработка сбитых коленок антисептиком в детстве приравнивалась к