Шанс на независимость - Василий Головачев

— Это и в самом деле бомба?

— Да, в смысле — информационная. Это инкубатор, хранилище генетических файлов лемурийской цивилизации. Миллионы лет назад лемурийцы создали такие хранилища на тот случай, если их цивилизация погибнет.

— Она и погибла.

— Значит, если запустить этот инкубатор, — возбуждённо заговорила Юна, — родятся… монстры?!

— Лемурийцы. А они монстрами не были.

— Откуда ты знаешь?

— В кают-компании, где мы… отдыхали, — Роман кинул косой взгляд на Ылтыына, откашлялся, — на стене в нишах видны изображения лемурийцев. Не заметили? Они и в самом деле походили на наших нынешних лемуров.

— Может быть, это изображения их домашних животных? Может, лемуры для них были что кошки для нас?

— Вряд ли.

Ылтыын вышел из-за спины Романа, приблизился к цилиндру.

Раздался знакомый лязг, и вокруг цилиндра возникла обнявшая его сетка из красных лазерных лучей.

— Не подходи близко! — посоветовал Роман. — Защитная система отсека не функционирует, насколько я это вижу, но кто знает, что может включиться.

— Как ты догадался, что таит в себе эта… гм, гм, «бомба смысла»?

— Как обычно, — пожал плечами Роман. — Пришло озарение.

— Его же не зря назвали висвом, — наставительно сказала Юна, — видящим суть вещей.

— Обыкновенные экстрасенсы на такое не способны.

— А он необыкновенный!

Роман улыбнулся, поцеловал жену в щёку.

— Мне очень нравится твоя оценка.

— Я к тому, — деликатно пояснил Ылтыын, — что он не просто видящий, он пси-оператор высокого класса и должен манипулировать большими потоками энергии, а также материальными предметами.

— Это уже магия, — хмыкнул Роман, — волшебство, а я далеко не волшебник.

— Так стань им.

— Ага, сейчас, только побреюсь.

— Нет, я серьёзно, тебе надо просто потренироваться.

— Не выдумывай.

— Тебе даны возможности, их надо развивать. Юна, скажи ему.

— Он и сам знает.

— Не здесь и не сейчас, — проворчал Роман. — Ты всю Колыбель обшарил?

— Почти всю, отсек на самом верху не открывается. В остальных темно и мерзко пахнет. По всей видимости, это складские помещения и технические модули, или лаборатории. Если где-то и хранится еда, в каких-то холодильниках, нам она недоступна.

— Вряд ли её можно употреблять, даже если она сохранилась.

— Вот и я о том же. По сути, мы без еды, воды и…

— Туалета, — добавила Юна.

— Под туалет можно приспособить любую пустую нишу.

— Спасибо за добрый совет.

— Пожалуйста. — Ылтыын вытянул вперёд руку, полюбовался на возникшую вокруг ячеистого цилиндра лазерную сеть. — Предлагаю вернуться в кают-компанию и подумать над возвращением.

Роман помолчал, взвешивая решение.

Дышать внутри Колыбели становилось всё трудней, а это означало, что система очистки воздуха окончательно вышла из строя, и находиться здесь долго было опасно.

— Возвращаемся.

Они вышли из хранилища генетической информации, терпеливо дожидавшегося реанимации, поднялись в «кают-компанию».

По пути подождали Юну, смущённую необходимостью справить естественные потребности, пописали в найденном пустом боксе, таком маленьком, что на ум невольно пришло сравнение с туалетными кабинками в аэропортах.

— Хорошо держится девочка, — кивнул на дверь в коридор Ылтыын. — Редкая психоустойчивость.

Роман промолчал. Он оценивал поведение жены по другим параметрам.

В «кают-компании» они несколько минут просто полулежали на диванчиках, дыша как вытащенные на берег рыбы.

— Пора отсюда уносить ноги, — сказал Ылтыын. — Ты уже надумал, как мы будем прыгать и куда?

— Думаю, — буркнул Роман.

— Не хочешь посоветоваться с Харитонычем?

— Он не отвечает, — с неохотой признался Волков. — Возможно, Колыбель заэкранирована силовым полем, я не могу пробиться сквозь экран.

— В прошлый раз тоже такое было?

— Нет, я вышел в астрал легко.

— Странно. Может, Поводыри каким-то образом закрыли Колыбель, чтобы никто не мог воспользоваться ею, кроме них? Или сил не хватает? Обопрись на нас.

— Не знаю…

— Мы, конечно, не экстраформация, но всё-таки поддержать тебя сумеем.

— Попробуй, Ромочка! — взмолилась Юна. — Вдруг получится?

— Почему мы не можем прыгнуть отсюда наружу? — поинтересовался Ылтыын. Ну, вынесет нас в Европу, оттуда уж мы как-нибудь доберёмся домой?

— У нас будет всего одна попытка, и я не хочу в Европу.

— Давай сразу в Москву.

— Московские терминалы закрыты, координат других выходов в России я не знаю, а В-портал срабатывает только при точном нацеливании.

— В таком случае всё равно придётся искать способ связи с Харитонычем.

Роман заметил, как Юна облизывает сухие губы, решительно уселся на полу, спиной к лемурийскому креслу.

— Попробуем, попытка не пытка.

Настройка на психосферы спутников далась легко. Роман не раз проделывал этот фокус и подключал к себе внетелесные энергоканалы чуть ли не автоматически.

Выйти из тела удалось с первой же попытки. А вот пробиться сквозь экранирующий Колыбель силовой пузырь оказалось трудно. Ментальное тело Романа упёрлось в невидимое упругое нечто и вернулось обратно, «помятое» и «перекошенное».

Он попытался пробиться с другой стороны, с третьей, ушибаясь об острые «углы» и «стены», пока не понял, что Колыбель заблокирована не изнутри, а накрыта сверху непроницаемым силовым куполом. И сделать это могли только мощные пси-операторы, такие как Поводыри, возжелавшие завладеть лемурийской базой и накрывшие её в глубинах Байкала пси-полем с отрицательным градиентом. Это поле поглощало мысленные импульсы в широком диапазоне, и пробить его своим «мыслекогтем» Роман не мог, даже используя энергетику друзей.

Он открыл глаза, сфокусировал зрение.

— Не получается…

— Отдохни, — посоветовал Ылтыын, сидевший на корточках напротив. — К сожалению, не могу предложить тебе горячего чаю.

Юна обняла мужа, прижалась щекой к щеке.

— Так хорошо?

— Хорошо, — без улыбки подтвердил он, ощущая прилив сил.

Посидел немного, расслабленный, высвободился из объятий жены.

— Всё, отдохнул, посиди рядом.

Он сосредоточился на сердечной чакре, замедлил частоту пульса до тридцати ударов в минуту. Чётко определил цель, визуализировал её в воображении как уходящий в бесконечность светящийся тоннель. Набрал в грудь воздуха. И «со свистом» рванулся из тела как камень из пращи!

Стена энергетического пузыря встретила его упругим толчком, но сдержать бросок не смогла. Хотя просочиться наружу смог только тоненький, «ободранный о скалы и камни» «хвостик» мыслеволи Романа.

И всё же он выскочил из Колыбели, пронзил толщу воды, поднялся над Байкалом и, чувствуя, как тают силы, метнулся к Москве, ища эхо мыслеволи Олега Харитоновича…

Вернулся обратно он практически «на автомате», глухой, немой и бесчувственный. «Вывалился» из астрала в тело — как в живую пульсирующую ванну, растворился в ней, истаивая паром… и открыл глаза.

Щёку обжёг поцелуй.

Сознание прояснилось.

Юна держала его за руку, не смея пошевелиться, и лишь испуганно заглядывала в глаза, когда он вздрагивал. Уловив движение его век, она выдохнула:

— Вернулся!

Роман закашлялся, мечтая о горячем молоке. Слабо улыбнулся, блаженно воспринимая кинувшуюся к нему из глаз жены радость.

— Всё нормально, я тут.

Юна прижалась к нему, но сразу же отодвинулась.

— Ты так… не дышал!

— Что узнал? — Ылтыын сел на диванчик. — Говорил с Харитонычем?

— Говорил… три секунды. У них там война.

— С кем?!

— С европейской экстраформацией.

— Это после нашего бегства. — Ылтыын вдруг хихикнул, сморщив лицо. — Гловитц небось рвёт на себе волосы. Утёрли мы ему нос.

— Попробуем прыгнуть в Нижний Новгород.

— Почему в Нижний?

— Туда послали Афанасия с какой-то миссией, и он вычислил эмиссара Поводыря.

— Что там делает эмиссар Поводыря?

— Командует департаментом культуры.

Ылтыын сощурил и без того узкие глаза.

— Не шутка?

— К сожалению, не шутка, шаман. Если этот деятель имеет вес, то у него должен быть и В-портал.

— Афоня не может уточнить? Ах да… мы его не услышим. Что ж, давай выбираться отсюда. А если в Нижнем нет В-портала?

— В таком случае куда вынесет. Будем ориентироваться на месте.

— Хороший план, — одобрительно кивнул эскимос.

— Другого у меня нет.

— Я без шуток. В нашем положении надо цепляться за любую соломинку. Какова процедура? Спускаемся в местный терминал или стартуем отсюда?

— Я не умею включать порталы из кабин. Пойдём проверенным путём.