Экстремальная кухня: Причудливые и удивительные блюда, которые едят люди - Хопкинс Джерри

В Перу существует обычай: съев мясо морской свинки, вытащить из ее уха маленькую косточку, именуемую наковальней, и бросить ее в бокал с вином; после этого вино необходимо выпить залпом, не проглотив косточку, — тому, кому это удастся, якобы будет сопутствовать удача.

Хомяки и песчанки, как более мелкие, реже употребляются в пищу, но и у них долгая кулинарная история. Марко Поло писал, что монголы ели песчанок летом, когда эти грызуны наиболее многочисленны. Археологи, исследовавшие древние кострища и места скопления отбросов, утверждают, что хомяки употребляются человеком в пищу в течение многих тысячелетий. Из 24 их видов самый крупный — весящий до 700 граммов — хомяк обыкновенный (Cricetus cricetus), обитающий в Центральной Европе и России.

Песчанки и хомяки — универсальные животные, которых люди (включая мою дочь) часто держат в своем доме за дружелюбие и внешнюю привлекательность. Кроме того, их содержание не требует больших усилий и обходится дешево, а дети школьного возраста могут обосновать необходимость ставить клетку с хомяком в своей спальне включением наблюдения за зверьком в школьную программу научных исследований. Благодаря простоте приручения, ухода и дрессировки хомяки наряду с крысами и мышами часто используются как подопытные животные при изучении поведенческих реакций и в рамках медицинских исследований. Острое обоняние песчанок подвигло Федеральное авиационное агентство США на инвестирование программы по обучению этих зверьков поиску взрывчатых веществ в аэропортах. Лондонское модельное агентство с 200-летней историей «Gieves and Hawkes», шившее одежду для Елизаветы II и принца Чарлза — больше, впрочем, известное как производитель строгих костюмов в полоску, — отказалось от намерения сшить жакет стоимостью 4800 долларов из меха хомяка, уступив давлению со стороны защитников животных.

ЛЕТУЧИЕ МЫШИ

Ресторана «Tri Ky» в Сайгоне больше нет. Сегодня на его месте высится офисное здание, возведенное вскоре после переименования города в честь основателя коммунистического Вьетнама — Хо Ши Мина. Жаль, потому что в этом ресторане предлагалось одно из самых интересных в Юго-Восточной Азии меню «странной пищи», включавшее блюда из самой разнообразной дичи, из мяса собак, летучих мышей и черепах, а также широкий ассортимент коктейлей на основе крови животных — для восстановления сил после напряженного рабочего дня. Ресторан располагался в просторном зале на первом этаже здания, стоявшего вблизи реки Сайгон. Я открыл его для себя в 1993 году, когда он уже доживал свои последние дни и когда считали, что такого рода напитки служат своего рода аперитивом к не менее экзотической пище, которую человеку, возможно, вскоре предстоит отведать, — не исключено, что в тот же вечер, например в Чолоне, знаменитом китайском квартале Сайгона.

Я вошел и занял место напротив больших окон рядом со входом. За окнами несколько мужчин в фуражках дремали в ожидании клиентов на сиденьях трехколесных велорикш. Окинув взглядом меню, словно для меня все в нем было давно знакомо, я вдруг вспомнил, как несколько лет назад в Тайбее не рискнул выпить змеиной крови. Теперь меня охватила решимость. Я подумал о том, что самое время наверстать упущенное; былая осторожность стала казаться мне признаком постыдного кулинарного малодушия.

— Я возьму вот это, — сказал я, указав на строчку в меню. — Кобру.

— Сегодня очень хороши летучие мыши, — произнес официант, кивнув на карту напитков.

Я не стал слишком в нее углубляться.

— Кровь летучих мышей? — Я старался, чтобы мой голос звучал бесстрастно. — Каких именно? — Словно это действительно имело значение и я мог осмысленно воспринять пояснения официанта.

— Крыланов, сэр. Есть еще тушеные мешкокрылы, тоже очень хороши.

Я ответил джентльмену (который был втрое моложе меня), что возьму и то и другое и бокал «Трех троек», местного пива.

Дальнейшее меня поистине шокировало. После того как подали холодное пиво, принесли… живую летучую мышь. Официант на моих глазах маленьким острым ножом перерезал зверьку горло. Крылья и ножки мыши еще дергались, пока ее кровь стекала в небольшой стакан.

— Чак сук хое! — произнес официант традиционный вьетнамский тост, означающий пожелание удачи.

В ответ я поднял стакан и влил в рот теплую жидкость, намереваясь не торопиться глотать, словно это было дорогое марочное вино, но… поспешил запить ее хорошим глотком пива. Официант улыбнулся, продолжая держать обмякшую мышиную тушку в одной руке, а на ладонь другой положив ее голову, чтобы капли крови не попали на пол.

— Повторить, сэр?

— Может быть, после еды, — ответил я, стараясь хранить невозмутимость.

Что касается тушеной летучей мыши, то представьте себе «Динти Мур»* из очень жесткого мяса.

— Как часто иностранцы заказывают это? — спросил я, расплачиваясь по счету.

— В этом году вы первый, — ответил официант.

Что ж, факт остается фактом: сердца большинства евроамериканцев сковывает страх перед летучими мышами. Возможно, на формирование такого отношения к этим созданиям каким-то образом повлияло появление в 1994 году Тома Круза в фильме про вампиров и целой плеяды актеров в роли Бэтмена. Часть вины, несомненно, лежит и на авторе «Дракулы» Брэме Стокере, однако в не меньшей степени и на Энн Райе, из-под пера которой вышла целая серия «вампирских» романов-бестселлеров (именно в экранизации первого из них, «Интервью с вампиром», сыграл Том Круз).

Неудивительно, что после ста лет жуткой репутации — книга Стокера увидела свет в 1897 году — и череды киноперсонажей, вонзающих клыки в шеи своих жертв, люди без энтузиазма воспринимают перспективу полакомиться хорошо прожаренным маленьким вампиром или промочить горло стаканчиком его теплой крови.

Но и это еще не все. Зловещий образ летучей мыши присутствует в фольклоре многих народов. Так, во многих сказках ее облик принимает дьявол, у европейцев бытует поверье, что летучая мышь может так запутаться в женских волосах, что избавиться от нее удастся только с помощью ножниц или ножа. В Библии она (нетопырь) именуется скверной птицей, хотя это млекопитающее, и от Индии и Ирландии до Соединенных Штатов воспринимается как символ смерти.

Столь громкая слава может объясняться как тем, что животное это древнее — возраст окаменелостей оценивается в 50 миллионов лет, — так и широким ареалом его распространения и многочисленностью: по некоторым данным, каждое четвертое млекопитающее на Земле — летучая мышь. Насчитывается более 900 их видов — от обитающих в Таиланде самых мелких, весящих меньше американского цента, до летучих лисиц Южной Америки и островов Тихого океана размером с собаку и с размахом крыльев до 1,8 метра.

Да, привлекательным это животное не назовешь. Его покрытое шерстью тело напоминает крысиное или мышиное, кожистые перепонки крыльев натянуты на каркас, напоминающий спицы зонта, большие полупрозрачные уши с хрящевыми утолщениями и хорошо видимыми кровеносными сосудами, рыльце, напоминающее свиное, с топорщащейся щетиной, привычка спать вниз головой, зацепившись когтями за своды погруженной во мрак пещеры, — одним словом, внешний вид далеко не симпатичный и у большинства людей аппетита не вызывает.

Тем не менее летучие мыши — одно из самых удивительных творений природы, и прежде всего следует отметить их эхолокационные способности: радар определяет местонахождение различных объектов с помощью радиоволн, летучая мышь может делать то же, но с помощью звуковых волн; издаваемый мышью ультразвук, отражаясь от зданий, деревьев и других предметов, улавливается ею, позволяя таким образом узнавать об окружающем мире, в том числе о потенциальной добыче.

Большинство воспринимаемых нами звуков измеряются сотнями колебаний в секунду, мы не способны уловить звуки с частотой колебаний свыше 20 000 Гц. А вот уху летучих мышей доступны звуки частотой 50 000–200 000 Гц, и сами они издают гортанью до 30 щелчков в секунду. Столь острый слух не имеет аналогов ни в мире природы, ни в мире техники. Ученые говорят, что система эхолокации рыбоядных летучих мышей настолько совершенна, что они способны уловить движение плавника мелкой рыбешки, сопоставимого по величине с человеческим волосом, если тот выступает лишь на два миллиметра над поверхностью воды. Африканские подковоносые летучие мыши могут слышать, как ножки жука касаются песка, на расстоянии около 2 метров. Слух также помогает летучим мышам избегать столкновений с препятствиями во время полета. Большинство этих животных (хотя и не все) совершенно слепы, но прекрасно ориентируются, безошибочно и с потрясающей быстротой реагируя на сигналы собственного «сонара».