Сокровища конкистадоров - Андрей Низовский

Чайлд и Турбер были уверены, что напали на след сокровищ Монтесумы. 22 июня 1989 года их группа возвратилась на озеро. На этот раз в ее составе было три профессиональных водолаза. Им удалось исследовать загадочный подводный туннель на протяжении 70 футов. Эхолот показал, что общая длина туннеля составляет 100 футов, и он заканчивается круглым гротом диаметром 80 футов.

Ночью одному из водолазов, Рассу, приснился странный сон: он плыл по туннелю по направлению к пещере, но неожиданно из грота появился ацтекский воин и метнул в водолаза копье… На следующее утро погружения были возобновлены. Первым ушел под воду Расс. Где-то посредине туннеля ныряльщик испытал странный приступ удушья – как он рассказывал впоследствии, ему показалось, будто кто-то сзади схватил его за горло, – и, насмерть перепуганный, вернулся назад. Когда его вытащили из воды, он был белым, как мел. С отправившимся вслед за ним под воду вторым водолазом произошло то же самое. Экспедиция была вынуждена приостановить свою работу и вернулась на озеро лишь спустя две недели. Однако повторная попытка пройти через туннель и попасть в загадочный грот тоже окончилась неудачей: при каждом погружении водолазы испытывали то же самое загадочное удушье и всякий раз в панике возвращались на поверхность.

После этого попытки исследовать таинственный подводный туннель больше не предпринимались. Вместо этого группа Чайлда и Турбера решила осушить озеро. Однако осуществление этого дерзкого проекта натолкнулось на неодолимое препятствие: оказалось, что водоем является единственным известным местом обитания канабской янтарной улитки и находится под охраной Службы охраны живой природы США. Впрочем, на всякое действие, как известно, найдется противодействие: в декабре 1991 года на озере неизвестно откуда появилось 11 гусей, охотно поедавших янтарных улиток. Служба охраны живой природы была вынужден «арестовать» водоплавающих. Требовать гусей назад почему-то никто не явился…

Поиски сокровищ Монтесумы в окрестностях Канаба продолжаются, хотя этот район – не единственное возможное место нахождения легендарного клада. В легендах называются и другие «адреса», разбросанные на огромном пространстве от Нью-Мексико до Аризоны, хотя чаще всего клад ацтеков связывают все же с землями современного штата Юта. Искусно скрытые в горах, сокровища ацтеков вот уже более четырех с половиной столетий продолжают тревожить воображение кладоискателей. Рассказывают даже, будто бы клад этот давно уже найден: американский исследователь Джон Холленхорст лично встречался и разговаривал с двумя персонажами, каждый из которых утверждал, что ему таки посчастливилось отыскать сокровища Монтесумы (при этом назывались два совершенно различных места), однако извлечь их из тайника – чрезвычайно тяжелая задача, поэтому они-де ведут сейчас на этот предмет переговоры с правительством США. О результатах этих переговоров что-то пока не слышно, а между тем кладоискатели продолжают обшаривать каньон за каньоном в надежде, что кому-то из них наконец реально повезет…

Золото инков

Звездный час Франсиско Писарро

Знаменитому конкистадору Васко Нуньесу де Бальбоа так и не удалось добраться до сказочно богатой «страны Биру» (Перу). Покорить крупнейшее индейское государство Южной Америки выпало на долю сподвижника Бальбоа, предавшего его в решающий час, – Франсиско Писарро. Будучи, как и Кортес, уроженцем Эстремадуры, Писарро отправился в Америку в 1502 году. Удача долго отворачивалась от него: в течение двадцати лет Писарро без большой пользы для себя участвовал во многих опаснейших предприятиях, служил на Эспаньоле и Кубе, осваивал побережье Тьерра Фирме, совершал походы вместе с Бальбоа. За все это он сумел выслужить лишь небольшое поместье в окрестностях Старой Панамы да репутацию отчаянного и опасного человека.

В глазах ежегодно прибывающих в Америку все новых и новых поселенцев Писарро выглядел закаленным в походах ветераном и при этом – хроническим неудачником. В ту пору до Панамы уже дошли слухи о сказочных сокровищах Теночтитлана, которыми с относительной легкостью завладел небольшой отряд конкистадоров во главе с Кортесом. «Если это мог сделать Кортес, то почему не смогу я?» – этот вопрос, вероятно, не раз задавали себе испанские поселенцы в Панаме. Задавал себе этот вопрос и Писарро. Он хорошо помнил о том, что рассказывали виденные им индейцы во время походов с Бальбоа: о таинственных золотых странах Дабейба, Сину, Биру, лежащих где-то на юге. В планах Бальбоа был поход в «Биру» – эти планы, кстати, сорвались не без его, Писарро, участия… Что ж, если именно его руками Бог остановил Бальбоа в одном шаге от сокровищ страны Биру – так, может быть, для того, чтобы эти сокровища достались ему, Франсиско Писарро?

Франсиско Писарро

Но Бальбоа действовал своим именем, как губернатор Панамы и Тьерра Фирме; Кортеса снаряжал в путь губернатор Кубы. Что же касается Писарро, то он мог рассчитывать только на сомнительную поддержку старого скряги и склочника Педрариаса, губернатора Панамы. Без его согласия организовать экспедицию было невозможно. Но губернатор, как всегда, соглашался участвовать только в прибылях, но отнюдь не в расходах на экспедицию.

Писарро находит себе сотоварища: низкорослого, молчаливого Диего де Альмагро, опытного и бесстрашного бойца. Священник Эрнандо де Луке, одаренный немалым коммерческим талантом, становится третьим членом компании: он ведает денежной стороной предприятия. Все трое отправились к нотариусу и в его присутствии подписали договор, которым взаимно обязались разделить между собой поровну все золото и вообще все, что найдут в стране, о которой они еще ничего не знали.

Не располагая большими средствами, компания могла навербовать только сотню солдат и снарядить два корабля. Луке остался в Панаме, чтобы заготовлять провиант и защищать их общие интересы перед испанскими колониальными властями. А Писарро и Альмагро подняли паруса и вышли в свое первое плавание к берегам Перу. Шел 1524 год от Рождества Христова. Приблизительно за сто лет до этого инки – многочисленный индейский народ, говоривший на языках группы кечуа, – возглавили союз нескольких племен и подчинили себе соседние народы, из которых самым многочисленным был народ аймара в Центральных Андах. К 1438 году инки создали крупнейшее из всех индейских государств, когда-либо существовавших. Оно простиралось к югу от реки Патии до реки Мауле более чем на 4000 километров и занимало площадь около 2 миллионов квадратных километров с населением около 6 миллионов человек. Эта государство называлось Тауантинсуйу – «Земля четырех частей [света]». Власть в стране принадлежала Верховному инке, опиравшемуся на узкую господствующую касту своих соплеменников. Столицей империи инков был город Куско, лежащий в высокогорной долине реки Урубамбы.

Ничего этого испанцы еще не знали. Их первая попытка достичь «страны Биру» закончилась неудачей: следуя вдоль побережья современной Колумбии, Писарро и Альмагро дошли только до устья реки Сан-Хуан. Экспедиция вернулась практически ни с чем – несколько золотых индейских украшений не могли окупить все издержки. Вдобавок Диего де Альмагро лишился в этом походе глаза, выбитого индейской стрелой, а около сорока человек погибло от голода и лишений.

Писарро и Альмагро

В 1526 году Писарро и Альмагро повторили попытку. Они снова высадились на берег близ устья реки Сан-Хуан и отправили на юг, в разведывательное плавание, корабль под командой Бартоломе Руиса. Тот продвинулся вдоль берега приблизительно на 800 км, пересек экватор. Испанские моряки захватили в плен нескольких перуанцев, встреченных ими у побережья: туземцы смело бороздили океан на большом бальсовом плоту. Пленники подтвердили предположения конкистадоров: далее на юг действительно лежала громадных размеров и неслыханно богатая золотом страна, управляемая могущественными вождями!

Итак, слухи о «золотой стране» Биру подтверждались. Писарро и Альмагро были уверены, что на этот раз удача не уйдет от них. Их главными врагами отныне становились огромное расстояние и, увы, хроническое безденежье: на имевшиеся в распоряжении компании скудные средства невозможно было ни снарядить достаточно многолюдную экспедицию, ни обеспечить ее необходимыми припасами и снаряжением.

В следующем, 1527 году, Писарро и Альмагро в третий раз отправились к берегам Перу, и вновь потерпели неудачу. Дойти до экватора им не удалось: кончился провиант. Писарро с частью людей разбил лагерь на прибрежном островке Гальо, а Альмагро отправился обратно в Панаму за подкреплениями и новыми припасами.

К тому времени в Панаме произошли перемены. Старый Педрариас Авила уступил свою должность молодому преемнику, и новый губернатор Педро де лос Риос решил положить конец «безумным» попыткам Писарро и Альмагро достичь «золотой страны». Губернатор послал за Писарро и его людьми корабль с категорическим приказом немедленно вернуться в Панаму. И тогда на островке разыгралась сцена, вошедшая во все классические труды по истории конкисты, но которую некоторые историки считают неправдоподобной.