Дорога императора (СИ) - Евгений Васильевич Шалашов

несли с собой металлическую массивную аптечку, а также все тряпки, которые удалось найти. Даже прихватили с собой пустые консервные банки. Ну да, у хорошего хозяина и верёвочка пригодится.

Тряпки, например, можно постирать, порвать на полосочки, и связать коврики. Бабушка у меня вязала, помню.

Я в действе сборов не участвовал, но не мешал и не комментировал. Хорошо хоть приборы не стали выдирать, высотомеры и манометры вряд ли нужны в хозяйстве.

Дюралюминий тоже не стали срывать, хотя я этому подивился. Металл всё-таки ценный и полезный в хозяйстве. Но тут я их понимал, тащить на себе ещё и металл — это уже слишком.

Однако уверен, что мужики вполне могут за ним вернуться. И тут я народ тоже понимал. Хоть и считалось, что немцы относились бережно к полякам на присоединенной территории, но во время войны высасывали всё, что только можно из крестьян, повергая их в нищету. Пусть они в открытую и не грабили поляков, всё-таки эта часть Польши является территорией Германской империи, но к полякам относились как к людям второго сорта.

Польское зерно наверняка реквизировано для нужд армии, а если и не реквизировано, то выкуплено за очень смешные деньги.

При возвращении в деревню мне было доверено одно из кресел, вырванных из самолёта, чтобы порожняком не шёл. Мол, а что, здоровый лоб, физическую силу показал, вот буду теперь отдуваться. Но я не роптал, с пониманием отнёсся, и без лишнего гонора, без споров взвалил кресло на плечо. Да и не так скучно. Пошёл бы пустой, на меня все новые «друзья» смотрели исподлобья. Более того, я даже умудрился увидеть металлические ящики с инструментами, которые до этого пропустил. Хотя, откровенно говоря, с трудом себе представляю, зачем в самолёте нужен ящик с инструментами? Вот как во время полёта ремонтировать самолёт?

В ящике углядел несколько отвёрток, пассатижи и пару ключей. Этот ящик нёс с собой гетман. В любом случае, инструменты в хозяйстве пригодятся. На крайний случай можно дать местному кузнецу, чтобы тот выковал косу или серп.

На душе слегка заскреблась невидимая кошка. Все-таки, растаскивают имущество Российской империи, считай моё собственное. Но утешил себя тем, что пусть уж лучше оно достанется бедным польским крестьянам, чем немецким оккупантам.

В конце концов сборы закончены, и мы отправились в путь.

Я думал, что мы выйдем на какую-нибудь дорогу, но пан Тадеуш повёл нас по лесу, по одному ему ведомой тропке, так как я вообще не понимал, как они здесь ориентируются. Однако поляки шли уверенно, будто по старой протоптанной тропинке, продираясь через сугробы и снежный наст.

Пока шёл, то и дело вертел мысли, и так и сяк. Несмотря на принятое решение, всё-таки возвращался к мысли: а правильно ли я сделал, что ушёл с места крушения? Можно было переждать приход немцев… Но ведь немцы могут прийти и с собаками. Уж они-то не будут миндальничать, как Тадеуш и гетман. А с этими парнями я, глядишь, и сумею договориться о помощи. Найду проводника или чем чёрт не шутит, на ту деревню, где я буду находиться, наткнутся наши разведчики. А может я смогу найти другой способ выйти на связь со своими и дать им знать, где я нахожусь.

Как жаль, что у нас с Соней только односторонняя связь, иначе я просто назвал бы деревню. Как там её — Дрязга? И туда бы направились наши солдаты, тогда всё было бы гораздо проще.

Я понимаю главное, одному мне отсюда не выбраться, и лучше быть вместе с людьми, пускай даже я до конца не понимаю, кто они такие, что из себя представляют и что от них ждать. Вроде бы не крестьяне, которые просто пытаются выжить, прокормить свои семьи. Но где та грань, когда они и сами об этом позабудут.

Чтобы хоть как-то отвлечься от тревожных мыслей, решил распределить задачи, которые нужно решить, по степени важности.

Первое — естественно выжить, и дождаться спасения.

Второе — не попасть в лапы немцев. Далеко не факт, что немцы опознают во мне русского императора. Но русский солдат — это тоже неплохая добыча. Мало ли что они, зачем им нужны пленники. Это такой товар полезный.

Задача номер три — связаться со своими. Дать им знать, или самому выйти в расположение войск хоть Толбухина, а хоть и Жукова.

Всё-таки, моя неспокойная натура вряд ли даст мне отсиживаться на месте и не погонит м вперёд. Уверен, что если найду себе чем заняться, буду сам искать способы выбраться к своим, но рисковать всё-таки я не буду, а действовать стану осмотрительно.

Пока шагал, пребывая в своих мыслях, даже умудрился ни разу не стукнуться о какую-нибудь ёлку. Молодец, что и говорить.

Мы шли по лесу не меньше двух часов, как вдруг Тадеуш поднял руку, призывая отряд остановиться.

Народ сразу же принялся скидывать с себя трофеи и расходиться, прячась за стволы. По примеру прочих, я тоже скрылся за ствол ближайшего дерева. Пистолет пока вытаскивать не стал, нет смысла.

Гетман отчего-то хмуро на меня посмотрел, но, ничего не сказав, пошёл вперёд. А я вдруг вспомнил, что у меня остался магазин к ППС. Но, видимо опасности серьёзной не предвидится, иначе и Тадеуш бы так себя не вёл, да и гетман отнял бы у меня свой магазин. Он почему-то даже не пытается вернуть боеприпасы обратно.

Хотя кто знает, из-за чего он так себя ведёт? Я пока инициативу не проявлял, пусть будет так как будет.

Народ спрятался, но Тадеуш и гетман остались стоять на открытой местности. Оказалось, что навстречу нам, по той же лесной тропе, которую я так и не разглядел, двигался ещё один отряд. Тоже человек десять, но вооружение у них было не в пример хуже. Четыре охотничьих, ружья и два обреза.

Обрезы — излюбленное оружие наших кулаков и итальянской мафии, — хмыкнул я про себя.

— Приветствую, пан Гжесь, — помахал наш гетман рукой ихнему предводителю.

— И ты здравствуй, пан Стась.

Я себе сделал мысленную пометку — значит, нашего гетмана зовут Стани́слав, — догадался я.

Угрюмо посмотрев на барахло, сваленное в кучу, да на стволы винтовок, которые торчали из-за деревьев, Гжесь грустно вздохнул.

— И что, вы уже всё обобрали? — заключил он.

— Спать надо меньше, — отозвался довольный Стась.

— Неправильно ты делаешь, не по-соседски, пан Стась. Бог заповедовал делиться со своим ближним, — глубокомысленно заметил его собеседник.

— Всё правильно я делаю, — ответил Стась. — Всё лучше, чем немцам досталось бы. Да и не знали ведь мы, что вы тоже