Недомерок - Седых Глеб

Мои кулаки невольно сжались, я выпрямился и взглянул прямо в лицо Машера:

— Скорее там примут твою пухлую задницу, чем мои тощие мощи!

Вот это да… Не понимаю, как это у меня получилось так правильно и четко сформировать фразу. А главное, что ее услышали все рабы и разговоры сразу стихли. Полтора десятка пар глаз повернулись в мою сторону.

— Что ты сказал, недомерок?! Да как ты посмел вякнуть на меня!

Машер резко встал и направился в мою сторону. Неожиданно раздался рев Шуфара, возвестивший о конце обеда, и все вскочили на ноги. Машер, уже почти дошедший до меня, замер и прошипел:

— Ты еще получишь свое, мелкота. — И направился в сторону плаца.

Ну да, орка лучше не злить, если не хочешь пробежать дополнительных несколько десятков кругов. Ведь после обеда Шуфар гонял нас по кругу, по его словам для того, чтобы мы растрясли съеденное. Получасовая пробежка по периметру плаца могла и продолжиться, если орк решал кого-либо наказать.

Не знаю, заметил ли Шуфар нашу с Машером перепалку, но остаток дня со мною в паре стоял другой боец. Уже после окончания тренировок и ужина все направились в баню.

Зайдя внутрь последним, я еле успел пригнуться. Просвистевший надо мной кулак принадлежал Машеру. Не давая опомниться, он ударил ногой, и мне пришлось уйти в резкий перекат в центр комнаты. Встав на ноги, я оглянулся. Старожилы расположились по лавкам в предвкушении зрелища. Новички стояли вдоль стены и тоже с интересом смотрели за нашими действиями.

— Ну что, щенок, сейчас я тебе покажу, кто из нас годится для борделя. — Машер буквально прыгнул в мою сторону с занесенным кулаком и ударил в голову.

Опасность заставила организм выплеснуть в кровь приличную дозу адреналина, благодаря чему я смог ускориться. Резко присев, я выбросил кулак, целясь по ребрам подмышкой громилы. К сожалению, разница в массе сыграла со мною злую шутку и, несмотря на мой удачный удар, Машер снес меня с ног и пролетел мимо. Поднявшись на ноги, я встретил разъяренный взгляд противника, который уже встал и потирал ушибленные ребра. Очередную атаку Машер начал с удара ногой, который должен был закончиться у меня в животе. Вот только я успел отшагнуть в сторону и присесть. Крутнувшись, я выполнил подсечку, и башка Машера благополучно долбанулась об пол, когда он, вскинув руки, шлепнулся на спину. Не давая ему опомниться, я подскочил и, схватив кисть правой руки, завернул руку, заставляя противника перевернуться на пузо. Рев Машера оповестил всех, что айкидошный болевой прием на плечевой сустав и в этом мире довольно действенная штука.

— Я сломаю тебе руку, затем вторую руку. Если надо будет, то и ноги.

Ярость просто клокотала внутри меня, как только я представлял, что этот гад хотел со мною сделать.

Раздался хруст вывернутого сустава, и вопли Машера усилились на несколько децибел. Неожиданно кто-то схватил меня за волосы и дернул назад. Отпустив руку поверженного противника, я зарычал и попытался извернуться, чтобы ударить нового врага. Вот только мне не дали такой возможности. Очередной резкий рывок чуть не сломал мне шею, и я пожалел, что не озаботился стрижкой отросшей шевелюры, за которою меня держали. Следующий рывок был в противоположную сторону, и мое лицо встретилось с каменной скамьей. После третьего удара о камень наступила темнота.

Как болит голова и все тело! Как будто из меня отбивную пытались сделать. Почему темно и где я? Что-то знакомое, вернее запах знакомый. А, понятно, это я опять у местного лекаря. Лежу на знакомом лежаке, а под потолком еле различимы пучки трав. Только почему тут так темно?

В голове немного прояснилось, и я вспомнил все, что произошло в бане. Машер! Этот урод хотел меня поиметь! Ярость вскипела внутри, и я рефлекторно дернулся на лежаке, отчего в голове взорвалась бомба. Ну ничего, дайте мне прийти в себя и я прирежу этого гада! И того, кто меня за волосы схватил и бил об скамью, тоже.

— А, очнулся. Наконец-то, — в поле моего зрения вплыла физиономия гоблина.

— Ты кто? — вылетело у меня на автомате.

— Ого, уже понимаешь язык? Значит, старый Оргел не зря старался.

— Кто такой Оргел? — недоумевая, вопросил я.

— Оргел — это я, — улыбнулся гоблин.

Я схватился за серьгу и взглянул на знахаря. Он молча кивнул.

— Да, ты правильно понял. Эта серьга помогла тебе выучить имперский язык. Если бы не она, то ты бы еще долго не смог ничего понять или сказать.

— То есть это амулет?

— Нет, артефакт. Амулет может сделать любой знающий маннас, а такие вещи, как эта серьга, иногда находят в местах раскопок. Правда, я не знаю о существовании еще одной такой серьги. Эта была в единственном экземпляре и мне досталась от моего учителя.

— А кто ты? В смысле, к какой расе принадлежишь? То, что ты лекарь, я уже понял.

— Гоблин я. Разве не видно?

— Я так и подумал, но просто не знал, может, здесь ваша раса называется как-то по-другому.

— Значит, я оказался прав и ты иномирянин, — внезапно гоблин приблизил свое лицо почти вплотную ко мне и зашептал: — Надеюсь, ты никому не сказал, что ты из другого мира?

— Да мне как-то недосуг было. Я и разговаривать-то на вашем начал только сегодня, — недоумевая, ответил я. — А что в этом особенного?

— Никогда и никому, слышишь, никому не рассказывай, откуда ты. Даже намека не давай на то, что ты не из этого мира. Будь предельно осторожен в своих высказываниях. Если кто-нибудь хотя бы заподозрит, что ты иномирянин, то тебя ждет мучительная смерть! — гоблин внимательно вгляделся в мои глаза и, что-то увидев в них, спросил: — Ты понял?!

— Я понял, — медленно выдохнул я. — А почему меня ждет смерть?

Гоблин резко выпрямился, прислушался к чему-то и снова наклонился ко мне.

— В нашем мире считается, что иномиряне приносят несчастья. Поэтому, если тебя просто прирежут, то можешь считать себя счастливчиком, так как большинство иномирян сразу же прибирают к рукам различные государства или сильные кланы, чтобы проводить над ними опыты или усилить за их счет своих маннасов. Именно так поступили дроу с последним из иномирян тридцать лет назад. Они использовали его в ритуале усиления нескольких своих маннасов. Ритуал проходил сутки, в течение которых твой предшественник испытал такие муки, которые я и врагу не пожелаю. Естественно, что после этого он не выжил.

Вот это я влип. Значится, я теперь ценный ингредиент для ритуала или опытов. А что же тогда меня ушастые не убили? И кстати, я не ослышался, в этом мире есть дроу? Хотя, раз уж здесь есть эльфы, орки и гоблины, то почему бы не быть и дроу? Может, и вампиры тут есть? Но вот насчет эльфов надо бы кое-что уточнить, может быть, этот лекарь знает, почему они меня не убили?

— Скажи, Оргел, а почему тогда эльфы меня не убили?

— Какие эльфы? — насторожился гоблин. — Неужели ты был призван в Светлом лесу?

— Как это призван?! Это что же, я не случайно попал сюда? — от волнения я подскочил на лежаке и взвыл от боли в голове.

— Лежи, тебе еще нельзя вставать. Кто-то слишком сильно приложил твоей головой об стену. Повезло, что кости у тебя намного прочнее, чем у других людей. Хотя я не могу понять, с чего бы это? Неужели ты модифицировал свое тело?

— Да нет, просто в моем мире большая сила тяжести, поэтому и кости крепче, иначе не выдержат веса мышечной массы. Ты лучше про призыв расскажи. И про эльфов не забудь.

— Хорошо. Значит так, обычно иномиряне сами не могут появиться в нашем мире, если только они не являются очень сильными и обученными маннасами.

— Извини, что перебиваю, но кто такие эти маннасы?

— Маннасами называют разумных, которые имеют дар и могут напрямую управлять силой. С помощью этого дара они могут творить различные плетения. Например, твой ошейник сделан маннасом.

— А, понятно, значит, это маги.

— Возможно, я не знаю, как они называются на твоем языке. Серьга должна сама соотносить различные понятия и термины из нашего и твоего языка. Но раз она не соотнесла эти два названия, то вероятно, между ними есть какие-то различия. Позже сам поймешь, если доживешь.