Полночная Радуга - Линда Ховард

Вдобавок ко всему, он не может доверять ей. Она разоружила того солдата слишком легко, так что ни один волосок не поднялся на ее голове. Она была загадкой, казалась не той, что есть на самом деле и следовало быть с ней поосторожнее. Грант опасался ее и должен внимательно следить за ней. Проклятье! Чертовски сексуальная, она была похожа на пышную орхидею джунглей.

На что это похоже, быть с ней? На что способно ее роскошное тело в постели? Может ли она заставить мужчину позабыть обо всем? И сколько мужчин познали это? Что за отношения были у нее с Турего, ведь он мог убить ее в любое время, но она оставалась живой и здоровой, и чувствовала себя на его вилле вполне комфортно?

Как еще она могла контролировать его? Не вызывало сомнений лишь то, что она играла с мужчинами в определенную эгоистичную игру, в которой, чем опаснее был мужчина, тем сильнее ее возбуждала возможность контролировать его.

Грант не мог позволить, чтобы она приобрела такую же власть над ним. Независимо от взгляда ее простодушных карих глаз, она просто не стоила этого. Ему не нужны сложности, он просто должен вытащить ее отсюда, получить за это деньги от папочки Гамильтона и вернуться на свою уединенную ферму. Грант чувствовал, как джунгли затягивают его, их жаркая, возбуждающая опасность вновь манит его к себе. Винтовка снова стала продолжением тела, нож точно соответствовал размеру ладони, словно Грант никогда и не жил без этого.

«Все привычные движения, старые инстинкты вернулись» - мрачно подумал Грант. Впрочем, не стоило удивляться этому, в действительности, все это никогда не покидало его. Жажда крови всегда жила в нем и он убил бы того повстанца, если бы девчонка не выбила винтовку из его рук.

Неожиданно, опьяненный борьбой, Грант испытал дикое желание бросить эту женщину под себя, войти в ее тело, потеряв разум, испытать невыносимое удовольствие. Часть этого он все же испытал несколько часов назад, на полу ее спальни, когда чувствовал бархатистую мягкость ее грудей в своих руках. Вспомнив свои ощущения, он хотел большего, хотел увидеть ее груди, какого они размера, ее соски… Какие они - маленькие или большие, розовые или коричневые? Желание сделало его тело твердым, и Салливан напомнил себе язвительно, что давно не был с женщиной, поэтому нет ничего удивительного, что он так заведен. Он должен быть доволен, что его тело все еще функционирует, после стольких лет воздержания!

Девушка тем временем вовсю зевала, хлопая карими глазами подобно сонной кошке.

- Я ложусь спать, - объявила она и свернулась калачиком на земле. Положив голову на согнутый локоть, она закрыла глаза и снова зевнула.

Грант наблюдал за ней, прищурившись. Эта легкая приспособляемость к сложным ситуациям, которую она демонстрировала, была еще одной загадкой, еще одним несоответствием сложившемуся образу. Она должна была ныть, стервозничать, жалуясь на неудобства, вместо того чтобы спокойно свернуться калачиком на голой земле и сладко дремать.

«Но подремать сейчас, и правда, было бы чертовски здорово» - подумал Грант.

Он осмотрелся. Дождь перешел в ливень, барабаня по навесу и превращая землю джунглей в реку. Постоянные, обильные дожди питали почву, делая флору и фауну джунглей самой разнообразной, не смотря на бедность почвы.

Сейчас, из-за дождя, обнаружить их будет почти невозможно.

В настоящее время они в полной безопасности, и впервые, за многие часы Грант позволил себе почувствовать усталость. Сейчас и он может позволить себе вздремнуть. Если дождь прекратится, он проснется.

Потянувшись, Грант толкнул девушку в плечо, и она открыла глаза, сонно уставившись на него.

- Подвинься к дальней стене, - сказал он. – Мне нужно место, чтобы тоже немного поспать.

Джейн отползла туда, куда он указал, и Грант вытянулся рядом, довольно вздохнув.

Он отодвинул их рюкзаки к противоположной стене, и устроил свое большое тело между женщиной и дождем. Салливан лежал на спине, мускулистая рука была небрежно заброшена за голову. Ни движения, ни зевоты, даже его дыхание было бесшумным. Он просто закрыл глаза и тут же уснул.

Джейн сонно наблюдала за ним, ее взгляд задержался на резких линиях его профиля, отмечая шрам, пересекающий левую скулу. Как он получил его? Его подбородок зарос щетиной, Джейн заметила, что борода у него намного темнее, чем волосы на голове. Брови и ресницы – тоже, что делало его янтарные глаза еще ярче, почти такими же желтыми, как у орла.

Дождь принес с собой ощущение прохлады, и после дневной жары, Джейн немного замерзла, инстинктивно приближаясь к источнику тепла. Он был таким теплым… рядом с ним она чувствовала себя в полной безопасности. Такого Джейн не испытывала с тех пор как ей исполнилось девять. Еще раз вздохнув, она уснула.

Позже, когда дождь прекратился, Грант немедленно проснулся, словно внутри щелкнул невидимый выключатель. Он мгновенно почувствовал тревогу, беспокойство. И еще - возбуждение, только через минуту сообразив, что девушка лежит сверху, прижимаясь к нему, положив голову на его руку, а ее рука покоится у него на груди. Грант почувствовал, как возбуждение делает его твердым, как камень. Как она могла так близко придвинуться к нему, не разбудив? Он всегда спал очень чутко, реагируя на малейший шум или движение, но эта проклятая баба практически ползала по нему, а он ничего не почувствовал.

«Она, вероятно, была весьма разочарована» - подумал Грант яростно.

Ярость была направлена как на себя, так и на нее

потому что инцидент показал ему, как слаб он стал, как отвык от опасности. Это могло стоить им жизни.

Он лежал неподвижно, чувствуя, как ее полные груди прижимаются к нему. Она была мягкой и пышной, одна из ее ног прильнула к его бедру. Все, что он должен был сделать, это перевернуться – и оказался бы между ее ногами. От этих воображаемых образов на его лбу выступила влага.

Боже! Она была бы горячей и влажной.

Грант изо всех сил стиснул зубы от жаркой волны, приливающей к паху. Она не леди, она сама женственность. Грант хотел ее голой, корчащейся под ним, хотел так сильно, что желание завязывало его внутренности в тугой узел. Он не мог больше выносить это напряжение, он должен был двигаться, иначе овладеет ею здесь же, на земле. Чувствуя отвращение к себе от того, что она все же достала его, Грант вытащил руку из под ее головы, затем толкнул девушку в плечо:

- Пора идти, - отрывисто прорычал он.

Она пробормотала что-то, сморщив лоб, но глаз не открыла и через мгновение, ее лицо стало безмятежным, она вновь глубоко спала.

Грант нетерпеливо тряс ее снова.

- Эй, проснись.