Любить Нельзя Забыть (СИ) - Романенко Оксана

Но детство закончилось, и под стол уже не спрячешься.

— Пап… — начал было Олег.

— Говорить буду я, — отрезал Сергей Леонидович.

— Я, как мужчина, вполне могу понять твою увлеченность симпатичной учительницей, кто в юности не увлекался девушками постарше? Но, сын, ей тридцать лет! Она замужняя женщина и…

— Она в разводе!

— Какая разница?! Замужем, в разводе, я видел мужика, который дожидался её на улице, а также видел тебя, сопляка, который провожал её и явно не в первый раз! Я с интересом наблюдал, как ты собирался чуть ли не прыгнуть на этого рохлю, да учительница, смотрю, совсем не дура, вовремя тебя отправила, и мужика своего увела. Так нет же, ты не ушёл, вернулся. Зачем?! Что, морду хотел ему набить?! А ты не думал, что она, может, любит его и…

— Не любит!

Сергей Леонидович, не обратив внимания на возглас сына, продолжил:

— Тебе что, девок мало? Вон, Наташка, одноклассница, сохнет по тебе. Отец её, ты знаешь, мой хороший приятель, не против ваших отношений, и кстати, совсем недавно мы с ним разговаривали на эту тему.

— Где разговаривали, в сауне? — съязвил Олег.

— Не хами. Да, в сауне, и вообще, какая разница где?! Говорили и всё. Я не спорю, училка твоя, очень даже ничего, только вот, хороша Маша — да не наша. Старовата она, сын, для тебя. Такая, скорее, мне бы подошла…

Олег побледнел, услышав последние слова, и так быстро вскочил с кресла, что чуть не опрокинул его.

— Сядь! — рявкнул отец. — Успокойся! Пошутил я.

Олег сел. Сергей Леонидович продолжил:

— Сначала я глазам не поверил, когда твоя тётя показала мне ведомость успеваемости за последние два месяца. Ты скатился по нескольким предметам на четвёрки! Ты понимаешь вообще, отдаешь себе отчёт, что теперь, чтобы получить золотую медаль, надо, ох как постараться! И ты будешь стараться! — грохнув по столу кулаком, заорал старший Ракитин.

— И поэтому, ты стал следить за мной, па — па?

— Не следить! Не следить! — более спокойным тоном продолжил Сергей Леонидович, — а убедиться, что не врут люди, и ты действительно постоянно крутишься вокруг этой Анны Аркадьевны. Убедился. Так вот, сын, заканчивай свои непонятные лямуры к взрослым женщинам, переключайся на ровесниц, а лучше всего на учёбу, успеешь ещё девками насладиться. У меня на тебя большие планы. И учебу твою, я буду контролировать лично! И никаких больше вечеринок у Лекса — он плохо на тебя влияет. Совсем смотрю на травку подсел, да по городу гоняет, как Шумахер, его отец только и делает, что от ментов отмазывает. Совсем от рук отбился. Олег, сын, слушай меня внимательно. Теперь так. Школа — дом. От спорта не отказываю, занимайся. Фёдор будет теперь тебя всегда сопровождать. Если надо каких репетиторов чтобы подтянуться, скажи Ольге, пусть организует. Надеюсь, только американочку свою не попросишь тебя подтянуть, а, сынок? Ладно-ладно, не хмурься, шучу. А если серьезно, Олег… — Сергей Леонидович сделав паузу, внимательно смотрел на сына, — надеюсь, мне не надо тебе напоминать, что бизнес-академия в Швейцарии давно уже оплачена. Самая лучшая и самая дорогая академия. Попробуй только что-нибудь выкинуть! Ты меня знаешь. Проблемы твоей Анне Аркадьевне я устрою! Всё, можешь идти, тебя мать хотела видеть, опять кучу шмотья накупила. В Доминикану вместе на неделю полетите, радуйся!

Олег молча встал, подавив в себе дикое желание крикнуть отцу прямо в лицо, чтобы засунул куда подальше свою Швейцарию, вместе с Доминиканой. Сдержался только из-за Анны. Он действительно, слишком хорошо знал отца, и в его угрозах не сомневался.

Олег почти вышел из отцовского кабинета, как Сергей Леонидович, остановил его:

— Почему спарринги забросил? Сашка постоянно про тебя спрашивает. Позвони ему.

Олег вышел, плотно закрыв дверь.

Дядь Саша! Как он мог про него забыть?! Вот, кто ему поможет повлиять на отца, да и вообще, совет хороший дать. Дядя Саша — мировой мужик!

…О всем об этом Олег вспоминал, когда они ехали вслед за такси, в котором находилась Анна.

Фёдор повез отцовских компаньонов на рыбалку, поэтому и удалось им с Лексом вырваться в спа-центр.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Конечно, он не ожидал увидеть Анну в бассейне, да ещё и в таком умопомрачительном виде! Все мужики, как самцы голодные, глаз с неё не сводили, даже пресыщенный Лекс, вытаращился и засвистел как идиот. Чуть не убил гада.

«Она все — равно будет моей!» — с какой-то маниакальной уверенностью повторял про себя Олег.

А дядя Саша отказал ему…

После жёсткого спарринга, сели, и отдышавшись, дядька признался, что долг на нем большой висит. На его зал братки местные позарились, отжать хотели, а отец Олега помог по — дружбе, и с братками дела уладить, и с долгом частично разобраться.

Тем временем, такси подъехало к дому Анны.

Лекс приостановился немного позади и вопросительно посмотрел на Олега, мол, что дальше?

Анна вышла и направилась к своему подъезду. Но вдруг, она обернулась, и посмотрела на их машину.

Олег тут же опустил тонированное стекло.

Их взгляды встретились.

«Я люблю тебя», — одними губами произнёс Олег.

Анна не уходила. Она стояла и будто ждала чего-то.

Олег хотел открыть дверь и выйти к ней, как Лекс, без предупреждения, заблокировав машину, резко дал по газам и стремительно выехал со двора.

— Ты, извини, брат, но твой батя и со мной поговорил. Да забудь ты уже о ней! Поехали, лучше в «Зевсе» посидим, там Анжелка с подружками давно меня дожидается. Батя твой с моим до утра на рыбалке, а у нас тут, хах, своя ловля будет! Да не кисни ты! Достал! Всё, врубаю музон! Погнали!

Глава 17

— Девушка, — обратился ко мне таксист, — а за нами следят. Точнее, за вами.

— Кто следит? — испуганно спросила я.

— А вон, оглянитесь назад, тот черный Lexus, видите?

Ритм моего сердца сильно участился.

— Поклонники? — спросил водитель.

— Знакомые. — коротко ответила я.

— Может вас проводить до квартиры? — благородно предложил таксист, когда мы подъехали к дому.

— Нет, спасибо, все хорошо, — ответила я, протягивая деньги.

— Ну, смотрите.

Я вышла и таксист сразу уехал. Я направилась к подъезду. Не удержавшись, обернулась. Черный Lexus стоял немного поодаль. Опустилось окно.

Я смотрела на Олега и не могла отвести взгляд от его такого красивого и родного лица. Не знаю почему, но я не уходила, я ждала… Но через секунду машина с визгом рванула с места и умчалась.

Вот и настали весенние каникулы. Через пару дней — долгожданный апрель. Зимний март позади, и именно апрель у меня ассоциировался с возрождением природы, началом новой жизни. Моя израненная душа тоже мечтала возродиться и молилась о чуде. О чуде исцеления от горько-мучительной любви к юному мальчику.

* * *

— Подруга, что делаешь?

Нехарактерный дневной звонок от Лены. На работе она всегда в такой запарке, что в будние дни мы договорились созваниваться после восьми вечера.

— Десять минут как пришла с работы домой. Сегодня в школе укороченный день. С завтрашнего дня начинаются каникулы, забыла?

— Отлично! Значит так, срочно переодевайся, наводи марафет, и максимум через час, мы ждем тебя в «Фениксе». Вадим сегодня удачную сделку провернул, сейчас подъедет со своими партнерами. Не переживай — никакого пафоса! Хорошие ребята, хоть и москвичи. Я с работы улизнула — босс мой на моря укатил. Лафа! Отказов не принимаю, понятно?! Обижусь смертельно! На этот раз не отвертишься! Все, жду! — И отключилась.

Я вздохнула. На этот раз, действительно, отвертеться не получится. До этого дня, я довольно легко пресекала все Ленкины попытки свести меня с очередным приятелем Вадима, а однажды, ссылаясь на несуществующие неотложные дела, даже не пришла в ресторан, где она, Вадим и его друг прождали меня около двух часов, чем сильно разозлила подругу. Лена потом целую неделю со мной не разговаривала.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я еще раз вздохнула. Деваться было некуда. Костюм и прическу, я решила не менять, лишь поярче подкрасила глаза и надела новые, недавно купленные сапоги на шпильке — как раз повод их выгулить.