Война Джимми Фишера - Андрей Корнеев

населением у нас каждый солдат на счету. Сейчас в некотором смысле республика Калифорния напоминала конкистадоров начала завоевания Америки. У нас было самое лучшее вооружение и снаряжение, но нас чрезвычайно мало, относительно армий, которые предполагалось разгромить. Кроме того если сравнивать по числу населения окружавших нас государств… Мы были, как какой Писсаро перед империей индейцев с их много миллионным населением.

Абсолютно все наши действия на 45-й год напоминают движение, надо было сделать вчера! Потому сегодня попытаемся сделать в два раза больше. Потому к середине 46, максимум начало 47 года мы должны остаться с голой жопой. Даже с учетом, что новое золото мы добываем, скоро вообще перестанем скрывать его добычу, точнее с момента начала боевых действий. Ибо уже не будет разницы! Вопрос встанет мы побеждаем и тогда плевать, что соседи узнают о нашей добыче, ну или проигрываем. Тогда не важно есть у нас золото или нет, меня как самозванца, повесят не смотри, что первый консул, да и остальных ждет крайне незавидная судьба…

Отступление

Сергей работал за троих. Ведь он был не просто так, а старейшина уважаемого колхоза «Заветы Сталина». Потому с момента начала прибытия переселенцев, активно учил англицкий язык. Хотя ему и дали толмача, ибо он не просто старейшина, но и зоо-техник. Встречая переселенцев, надо было передавать скот. Общество выделило самый лучший скот от колхоза. Никто не хотел опозориться.

— Нас значится, как людей встретили, а мы на тебе Боже, что нам негоже? Заявил староста на собрании колхоза.

— Не отдам дядька Митяй! Даже не проси! Возразил Сережа.

— Ты пошто такой жаднючий стал, как кулак какой? Строго посмотрел на него староста.

— Дядька Митяй, ты пойми самый лучший у нас племенной скот, а я зоо-техник, ну нет еще у переселенцев культуры обращения с животными, не грамошные они!

— Растудыть твою туды! Пошто колхоз позоришь!

— Так я не позорить хочу дядька Митяй! Дадим лучший скот, но не племенной, батюшка-государь обучит у них людей, так и племенной передадим.

— Ты эйто, так тебе Белый царь написал? Смирил гнев на милость староста колхоза.

— Врать не буду, не просил! Он в письме говорил, чтобы разумно действовали, не даром я учился, вот смотри дядька Митяй…

— Ну и посмотрю и послухаю, вот объясни зачем ты нас опозорить решил, кулаками выставить…

— Дык староста, племенной скот и селекция это многолетняя работа. Мы лучших оставляем в колхозе, да под моим приглядом, да помощников моих из скотников. Те приплод дают, самых лучших выбираем на племя и т.д.

— Чего ты говоришь чай не дурак, вижу, как ты работаешь.

— Вот и выходит, приплод, кромя самого лучшего мы передать можем, да и должны, чай мы добро помним.

— Вот и я об чем гуторю! Стал вновь заводиться дядька Митяй.

— А племенной скот, что на племя я не отдам, вот что хошь со мной делай, а нельзя и все тут! Селекцию порушим, если надо я до царя-батюшки дойду, ты меня знаешь!

— Да знаю… Что ты как дите не разумное? Оставляй конечно какой колхозу надо скот, ты на то и техник!

— Да не техника я, а зоо-техник.

— Все не морочь мне голову, делай, как велено!

Сережа оглядел зал общего собрания колхозников, что смотрели за спором старосты и старейшины села. Люди добрые, что скажите, могу ехать, да помогать ирлашкам, братьям нашим?

— Все верно Митяй сказал

— Поезжай!

— Пока без тебя как и сестричкам поможем твоим

— Не опозорь села нашего

— Помоги братишкам ирлашкам нашим!

Дорогие друзья. Касательно конкурса, есть один победитель, как единственный участник, но на личку не отвечает. Потому или продолжаем конкурс или я его отменю, ибо нет человека кому вручать приз.

Глава 6

Военный 1846-й год

Огромная благодарность за поддержку проекта: Вячеслав Гилёв, Vladimir, скарамуш, Кавист, Максим Шаров, Александр Лодочников — это просто замечательные люди! Они помогают развиваться проекту, автору очень важно, когда его книга продвигается в рейтинге, а она продвигается от подарков, важно знать, что его ценят читатели, тогда есть желание творить. Еще раз спасибо вам мои дорогие друзья!

Вступление в войну мы всяческие откладывали, ибо нам нужно было выдернуть из лап голода, как можно больше ирландцев. Потому приказ на выдвижение Первой и Второй конной армии поступил лишь 1 марта. Кстати надо отметь задолго, до начала войны самими США. Ведь они должны были начать ее официально только 13 мая. Выдвижение почти за 1.5 месяца имело смысл. Ибо конные армии могли двигаться гораздо быстрее, но на границе нашей республике должны были быть не только Коллин и Билли, но и индейские союзники, а те хоть и имели лошадей, а те из воинов, что выступал в поход и не имели получили от казны республики, но были куда хуже вооружены. Для примера у нас были мушкеты и прочие ружья времен наполеоновских войн, которые намеревались передать безоружным союзникам. Хотя безоружный индеец еще тот оксюморон, речь шла о тех воинах, кто не имел огнестрельного оружия. После получения приказа о выдвижении у нас состоялся важный разговор с генералами.

— Билли, Коллин — это мой последний и самый важный приказ! Вы будете действовать самостоятельно, связи у нас практически никакой не будет.

— Как же посыльные и прочие гонцы? Спросил Билли…

— Они конечно вовремя будут приезжать. Я немного хохотнул. Чем дальше вы будете от границ республики, тем более автономны в своих действиях, да и я буду получать сведения с задержкой на 1–1.5 месяца от случившихся событий.

— Что же делать мой король? Спросил Коллин.

— Воевать мой друг, как вы были обучены, воевать несмотря не на какие сведения. Поверьте вам будут врать, что заключен мир, что Калифорния пала. Коллин друг мой Блии дружище, вы верите, что я сдамся?

— Нет! хором ответили мои генералы.