Мои секреты от миллиардера - Лилия Акс

Ну вот, теперь я думаю о сексе. Что со мной не так? Почему моя внутренняя развратница так быстро вылезла из под маски приличной девочки.

Мои размышления о мужчинах в моей жизни наконец-то были прерваны пришедшим на электронную почту заданием от Даниэля. Я включила ноутбук, но никак не могла подключиться к интернету.

— Ох, Боги, — вздохнула я.

Я целый день старалась не выходить из комнаты, чтобы никому не попадаться на глаза. Мне все еще было неловко находиться в этом доме. Сейчас я даже не работала на них, но жила на их территории, ела их еду и пила их воду. И почему только мама меня так воспитала.

Я знаю, что мне точно поможет Клаудия, но до нее нужно добраться. Я открыла дверь и осторожно посмотрела, нет ли никого в коридоре. Тихими шагами, практически на цыпочках, я направилась в левое крыло здания. Кажется, Марьяна, работает в кабинете. Я слышала ее разговор по телефону о каких-то акциях.

Оказавшись у лестницы в левом крыле я услышала мужские разговоры. И хотя я не знала, кому они принадлежат, я все же решила пройти к правому крылу здания и спуститься вниз там. Как только я пробралась мимо кабинета Марьяны, я услышала, как она направляется в сторону двери, говоря кому-то, что она уже собирается и почти выехала.

— Черт, — подумала я, — не хочу попадаться ей на глаза.

В этот момент я решила грациозно и максимально тихо пробежать по коридору так, чтобы успеть скрыться на лестнице правого крыла. Я почти была у цели, когда дверь в комнату Андрея открылась, и он неожиданно быстро вышел из нее.

Конечно же, я не успела среагировать и врезалась в него со всей дури. Мы оба повалились на пол, а по дому разлетелся грохот двух падающих тел.

— О нееет, — вздохнула я, заливаясь краской, — Прости, Андрей.

Я лежала сверху на Андрее и смотрела в его глаза, наполненные недоумением и любопытством.

— Ты еще и голый, — сказала я, продолжая лежать на его голом торсе.

— Не то, чтобы голый, — улыбаясь ответил Андрей, — Нижнее белье на мне.

— Точно? — сказал я.

— Ты хочешь проверить, Али? — сказал Андрей.

— О Боже, нет, — я вскочила с него, пытаясь не смотреть на его практически голое тело.

— Ого, — удивился Андрей, поднимаясь с пола, — Обычно у женщин другая реакция, когда они видят меня.

— Андрей, прекрати, — сказала я, — Ты единственный нормальный мужчина в моей жизни, не порти мое впечатление о тебе. Я не имела ввиду то. что ты некрасивый.

— Да что ты? — удивленно спросил Андрей, завязывая полотенце на талии.

— Я имела ввиду… — мои слова начали путаться от волнения, — Ты очень красивый… Ты хорошо сложен… И эти твои кубики… И руки…

— Али, ты в порядке? — спросил Андрей.

— Боже, что я несу, — сказала я и опустила руки, — Андрей, ты же видишь, что я смущена. Очень. Можно я не буду объяснять, что имела ввиду.

— Можешь не объяснять, — сказал Андрей, — Но расскажи, почему ты бежала по коридору?

— Мммм… — я не знала что ответить и просто улыбнулась.

— Али, вы все так делаете, — сказал Андрей, — Улыбаетесь и строите глазки, когда не знаете, что говорить. Но со мной это не работает.

— Мне нужна Клаудия, — ответила я.

— Так срочно, что ты бежала по коридору? — спросил Андрей, — Ты, наверное голодна, ты целый день не выходишь из комнаты.

— Нет. Да, я голодна, но нет, — сказала я.

— Так да или нет, — откровенно смеясь надо мной спросил Андрей.

— Мне просто нужен пароль от интернета.

— Хммм, хорошо, — сказал Андрей, — Я тебе скажу его после ужина.

— Какого?

— Обычного ужина внизу, — сказал Андрей, — Я пойду переоденусь. Зайдешь?

— Нет, — сказала я и отвернулась совсем, чтобы не смотреть на его голове тело, — И перестань издеваться надо мной. Мне и так непросто.

— Прости, — сказал Андрей, — Я знаю, как непросто скрываться от всех и не попадаться им на глаза.

— Ха-ха, — ответила я, — Собирайся уже. Мне действительно нужен интернет.

Глава 14. Откровения

Мы сели ужинать на балконе, с которого открывался прекрасный вид на сад. Мы наблюдали за тем, как Марьяна уехала. Андрей смеялся над своей мамой, хотя было понятно, что он испытывает к ней самые теплые чувства. Я смеялась над ним и над тем, насколько он прямолинеен и умен.

Мне безумно нравилось проводить с Андреем время. Мне казалось, что у меня наконец-то появился брат, которого у меня никогда не было. Он заботился обо мне, рассказывал о каких-то совершенно нелепых вещах, которые делают только мальчики, именно мальчики-подростки, но в то же время то дело говорил о бизнесе и о своих больших планах на жизнь.

— А как же семья? — спросила я, когда он в очередной раз рассказывал о своих грандиозных планах.

— А что с ней, — с удивлением переспросил Андрей, — С мамой все хорошо, у нее свои дела, своя жизнь. Она больше делает вид, что беспокоится обо мне, как о ребенке.

— Нет, — сказала я, поднимая бокал с соком, — Я имею ввиду жену и детей.

— У меня их нет, как видишь, — сказал Андрей и посмотрел на ночное небо.

— Но ведь будут? — спросила его я, — Ты просто столько раз сказал о планах по бизнесу, путешествиям, но ни разу ничего не сказал о планах на семью.

— Я не хочу семью, — достаточно просто сказал Андрей.

— Так грустно, — вылетело у меня изо рта, — Ой, прости. Я имела ввиду, что если ты не хочешь, то конечно, в конце концов — это же твой выбор.

— Нет, Али, — сказал Андрей, посмотрев на меня с серьезным выражением лица, — Ты именно это имела ввиду. Но, знаешь что грустнее всего — осознавать, что человек, которого ты полюбил, любит тебя за твои деньги.

— Но ты же можешь найти кого-то уже богатого, — сказал я, — На том приеме, там было так много молодых девушек. Очень красивых и я думаю, что богатых.

— Ну, во-первых, Али, я не хочу жену из высшего круга, — сказал Андрей и морщился, — Ты разговаривала с ними когда-нибудь? Они с безупречным образованием, безупречным вкусом и безграничной любовью к себе и только к себе. А, во-вторых, на всех этих приемах половина девушек — эскортницы.

— Что? — поперхнулась я оливкой.

— Эскортницы, — засмеялся Андрей, — Если бы их не было, то вечера превратились бы в сборище старых богатых людей, среди которых гуляет пара молодых парней и девушек, которые случайно заехали к родителям.

— Неожиданно, — сказал я.

— А что насчет