Хрустальное сердце - Татьяна Корсакова

Ответ пришел через день.

— Показала. Сказали, что ты не безнадежна. Велели приезжать.

— Как — приезжать? — От волнения пальцы Лизы не попадали по клавишам.

— Просто! Садись на поезд и приезжай. Тебя что-то держит? Семья, любимый, работа?

— Ты же знаешь, что нет.

— Тогда тебе нечего терять. Приезжай, я тебя встречу.

— Как я тебя узнаю?

— Лови мое фото!

Приятное лицо, короткая стильная стрижка, сдержанный макияж, смешливые морщинки вокруг глаз — Эвелин оказалась именно такой, какой ее себе и представляла Лиза, — красивой, интеллигентной, доброй.

Лиза решилась. Почти решилась. Остались только технические вопросы, один из которых был принципиальным. Стоимость консультации и лечения. На черный день у нее имелось четыре тысячи долларов, оставшихся после продажи тетушкиной квартиры. Для московских реалий это много или мало?

Лиза спросила об этом Эвелин. Та ответила:

— Этого хватит, и еще останется. Успокойся.

Лиза вздохнула с облегчением. Думать о том, что денег не хватит, было страшно, а думать о том, что Эвелин от денег откажется, — стыдно. В конце концов, Лиза не бедная родственница и подруга не обязана взваливать на свои плечи ее финансовые проблемы. Все же успокоиться до конца ей так и не удалось — какое уж тут спокойствие, когда решается твоя судьба? — но на душе стало немного легче. Появилась хрупкая надежда, что все будет хорошо.

Сборы заняли меньше недели. Этого времени Лизе хватило, чтобы купить билет до Москвы, закончить набор рукописи Ивана Семеновича, приобрести самое необходимое в дорогу и попрощаться с Ленкой.

Ивана Семеновича ее решение уехать огорчило. Его можно было понять. Работа встанет на неопределенный срок, а новую помощницу еще поди поищи. Странной показалась Лизе реакция Ленки. Подруга к ее затее отнеслась, мягко говоря, настороженно.

— Куда ты поедешь?! Ты была раньше в Москве?! Не была! Мегаполис, другая страна, какая-то тетка мутная!

Лиза не считала Эвелин мутной теткой. Она считала ее порядочным, добрым и очень искренним человеком, о чем и сообщила Ленке.

— Ты что, до сих пор веришь в добрых тетенек? Московских фей с волшебными палочками? — продолжала гнуть свое подруга. — Ну подумай сама, кому ты нужна, девчонка из глухой белорусской провинции? Кто станет тебе помогать? Что ей с этого, твоей драгоценной Эвелин? Подруга выискалась! Лизка, я твоя подруга, и я говорю тебе — это афера чистейшей воды! Ки-да-ло-во!

«Ты просто ревнуешь».

— Я ревную?! — Ленка смяла листок, на котором Лиза излагала свои аргументы. — Да зачем мне ревновать? Ты знаешь меня полжизни, а как долго ты знакома с этой Эвелин? Пару месяцев? О да! Это очень большой срок!

Лиза упрямо покачала головой. Не получался у них диалог. Видно, и правда сытый голодному не товарищ.

— Тебе же сказали, что все это должно пройти!

«Когда?»

— Ну, когда-нибудь, — Ленка немного растерялась.

«А я не хочу когда-нибудь! Я хочу как можно быстрее!»

Подруга беспомощно развела руками, сказала уже спокойнее:

— Лиз, ну не пори ты горячку, подумай немного. Я бы сама с тобой съездила в эту Москву, но Илюшка теперь меня никуда не отпустит. Можно подумать, что беременность — это болезнь.

Лизе стало стыдно. Ленка ведь не отказывается ей помочь, просто просит немного подождать. И не Ленкина вина, что Лиза больше не хочет ждать. У каждого свои приоритеты. У Ленки — будущий ребенок. У нее — афазия.

Лиза обняла подругу, чмокнула в щеку. Ленка махнула рукой, тихо всхлипнула. Так расстроилась?

— Все равно ведь поедешь, — сказала сердито.

Лиза кивнула.

— Ох, и отчаянная ты девка, Тихомирова! Я бы так не смогла — в неизвестность…

Лиза пожала плечами.

— Ты мне позвони, как приедешь.

Лиза удивленно приподняла брови — как она, немая, позвонит?

— Ну, постучи три раза по трубке, — сказала Ленка. — Я буду знать, что с тобой все в порядке. А если вдруг понадобится помощь или, не дай бог, что-нибудь случится, постучи четыре раза.

Лиза кивнула — ну постучит она, постучит. Да ничего с ней плохого не случится. Все самое плохое с ней произошло год назад…

Как они и договаривались, Эвелин вышла на связь за день до Лизиного отъезда в Москву.

— Заболела я, грипп свалил. Сама встретить тебя не смогу — температура под сорок. Но не волнуйся, за тобой приедет мой брат. Его зовут Леша. Номер твоего вагона он знает. Просто стой на перроне, Леша сам тебя найдет. Все, Лиза, я тебя жду!

Сообщение Лизу огорчило. Эвелин заболела, лежит с температурой. Ничего удивительного, грипп сейчас везде свирепствует. Ох, как не хочется больного человека загружать своими проблемами! Но билет уже куплен и день консультации назначен. Ее примет профессор Полянский, нейрохирург с мировым именем. У него в Москве свой реабилитационный центр. Лиза проверяла в Интернете — все правильно. Есть в Москве реабилитационный центр, которым руководит профессор Полянский. И один раз в месяц он проводит консультации для иногородних. Все правильно, все сходится. Ленка ошибается насчет Эвелин.

Лиза сошла на перрон Белорусского вокзала, зябко поежилась под пронизывающим январским ветром, огляделась по сторонам. Вокруг бурлила жизнь: пританцовывали на морозе встречающие, прибывшие спешили укрыться от непогоды в здании вокзала. Где же он, Алексей?

Холод вдруг забрался не только под шубу, но и в душу, сжал ледяными пальцами желудок. А что, если ее никто не встретит? Что, если Алексей не придет? Или придет, но не найдет ее в такой толпе? Может, он перепутал вагоны и ждет ее в другом месте? Может, застрял в пробке? Говорят же, что пробки в Москве — обычное дело. Господи, как же ей быть?! Как она здесь сориентируется одна, в чужом городе, немая?

В панике Лиза заметалась по перрону, потом вспомнила, что Эвелин велела ждать Алексея у вагона, вернулась обратно. Толпа уже давно схлынула, Лиза стояла у пустого вагона, клацала от страха и холода зубами, озиралась по сторонам. Она уже потеряла надежду, когда ее окликнули. Похожий на студента молодой человек в короткой дубленке, с непокрытой головой улыбался ей вежливо-вопросительной улыбкой.

— Лиза? Здравствуйте, вы же Лиза, верно?

Она кивнула, протянула незнакомцу озябшую руку. От невероятного облегчения захотелось плакать. Улыбка молодого человека сделалась еще шире:

— А я Алексей, младший брат Оксаны.

Оксаны? Какой еще Оксаны? Ах да, Эвелин же на самом деле зовут Оксаной.

— Извините, ради бога, что задержался. Попал в пробку. Ой, да вы совсем замерзли. — Парень чуть сильнее сжал ее пальцы. — Пойдемте скорее в машину.