Дом вдали (СИ) - Босин Владимир

Так мы пылили часа полтора, потом раздался женский голос, — вас вижу, сейчас открою ворота.

С расстояния ранчо напоминает палаточный городок легиона римского периода. Вокруг по периметру внушительный земляной вал, наверху вкопаны деревянные столбы, на которых держится колючая проволока. Ворота укреплены металлическим профилем и перед въездом лежит крупный бетонный блок. То есть нам пришлось скинуть скорость почти до нуля и объехать его. А там стоит молодая женщина с автоматом, по-моему, АК-74. Из передней машины выскочил Яшкин младшой и открыл ворота.

Форд проехал под навес, а мне показали припарковаться в тени дерева у большого одноэтажного дома.

Вроде недолго ехали, а ноги затекли. Местные обитатели в лице женщин и детей с интересом обступили меня.

— Так, Оля, не мешай дяде Сергею, потом познакомишься, — ко мне подошла девочка лет четырёх и протянула ручки. Подошедшая женщина в годах забрала малышку, улыбнувшись мне при это.

Моё жильё представляло большую одиночную комнату. Сам дом являлся гостевым, выстроен по оригинальному проекту. Четыре комнаты смотрят на четыре стороны света. Моя метров двадцать площадью с небольшим окном, забранным решёткой. Пустынный вид на одинокое дерево и большой ангар.

— Ну, Сергей устраивайся, раскладывайся. В доме, кроме тебя живёт семья моих друзей. Потом познакомишься. Удобства, как и у всех, на улице, есть у нас уборная. Вода, помыться, зубы там почистить рядом с главным домом. Летом нет проблем с горячей водой, светило греет, а зимой сами нагреваем. Обеда у нас как такового нет, ужин ранний в шесть часов. Не опаздывай, — Яков ушёл, оставив меня наедине.

Какая тишина, глухо слышны голоса за стенкой и на улице дети играются. А так полная тишина, ни звука двигателя, ни музыки.

Я начал разгружать машину. Обнаружил крохотную кладовку в углу и перетащил в неё свои боеприпасы и оружие. В гигантский платяной шкаф убрал одежду, так и пролежавшую всё это время в сумках. Оставил только джинсы и майку на вечер. А пока в шортах решил пройтись по местным злачным местам.

Здесь несколько зданий. Три явно жилых, плюс мой гостевой коттедж. Есть ещё большой домина, подойдя ближе я обнаружил там под навесом умывальники и три закрытых кабинки для мытья. Сверху установлены две громадные чёрные бочки. Видимо подкачивают воду насосом.

С другой стороны крытая веранда с двумя столами, стоящими буквой «Т».

— А это у нас летняя кухня, — здесь возятся две девушки, чистят какие-то корнеплоды, — давайте я Вам покажу, что тут у нас и где.

Обе девушки молодые, лет двадцать пять. Одна высокая и фигуристая брюнетка с приятным лицом. Вторая типичная пацанка, крашенная под блонду. Эта из тех, кто не носит лифчиков, потому что незачем. Она представилась и назвала подругу, — Я Настя, а это наша Аня.

— Очень приятно, Сергей.

— Идёмте, покажу хозяйство, — и Настя повела меня на обход.

— Здесь наш общинный дом, ну это в шутку. Тут мы готовим, есть столовая внутри. Там же кладовые и игровая, где мы собираемся вместе. Наверху шпиль, это для караульного.

Я задрал голову, да, выстроили скворечник на квадратной балке. Этакое гнездо, закрытое со всех сторон. Виден длинный ствол крупнокалиберного пулемёта. Думаю — калибр 12.7.

— Ясно, а что там? — и я указал на ангар.

— А это наш цех, ну, дядя Яша Вам завтра сам его покажет. Идёмте.

Дальше мне пигалица показала три жилых дома. В одном жил старший сын Игорь с двумя детьми и тёщей. В другом младший Боря, которого я утром видел. Он с женой и двумя детьми, Яша с ними проживает. В последнем, крайнем, жил Саня с этой самой Настей. Детей у них пока нет, и вообще они видимо не в браке. Хотя здесь с этим не заморачиваются.

Это из жилья. Было ещё чисто брутального вида здание из бетона, но про него Настя ничего не поведала. Дальше чисто технические сооружения, генераторная, где стояло два генератора. Один здоровенный, другой резервный. У задней стенки на бетонных блоках установлены две горизонтальные ёмкости кубиков на пять. Судя по запаху, это горючее. Дальше, в углу участка, здоровенная вертикальная башня, это стопудово вода. В ней кубов пятнадцать, а наверху мачта прожектора. Наверное, ночью подсвечивают. Вот и всё, за валом и изгородью степь.

А, вот ещё интересное, большой загон для живности, — а мы раньше держали здесь лошадей, потом забросили это дело. Осталась только моя Ласточка.

Передо мной кобыла непонятной серо-буро-малиновой окраски, как у североамериканских индейцев. Она не выдающихся статей, компактная и горбоносая. Но с какой любовью Настя её погладила, попутно сунув ей что-то хрустящее в пасть. Та звучно фыркнула и положила голову на плечо девушке.

Это пятнистое лошадиное недоразумение было не единственной живностью на ранчо. С десяток несушек во главе с заносчивым хозяином гарема обитали в крепком сарае. В нём можно от врагов отбиваться, построено на века из брёвен. Видимо поэтому пернатое семейство и выжило.

А ещё по территории слонялось полторы собаки. Скорее одна с четвертью, бродили и гадили, оставляя после себя сюрпризы. Крупный кобель кавказской национальностью представлял собой типичного раздолбая. Шерсть вся култуках и репьях, взъерошенный и приставучий. Четвертинка болталась у него под ногами. Мелкий мопс невразумительного серого цвета. В последствии я всегда с улыбкой наблюдал за этой сладкой парочкой. Кавказец совсем молодой, от силы два года от роду. А вот мелкий — явно разменял первый десяток. Их отношения, папа-сын, так и сохранились. Явно к немолодому кабыздоху подкинули щенка крупой породы и трудно без улыбки смотреть, как они совместно питаются. Мелкий откровенно шугает кавказца, тот мог бы одной лапой просто раздавить гегемона, но собачий табель о рангах не позволяет.

Всё жильё возведено методом щитовой сборки, снаружи термоизолирующий сэндвич. Двухскатные крыши явно рассчитаны на сильные осадки.

На этом экскурсия закончилась и меня отпустили. Я проверил в работе душ. Неплохо, вода самотёком идёт с довольно приличным напором. Кто-то любовно сделал полочки для мыльно-рыльных и крючки для полотенец и одежды.

До ужина больше не выходил, разобрав все вещи, я пристроился к ноуту, рассматривая интерактивную карту. С планшета играла лёгкая музыка. Света любила хранить любимые мелодии. Их в памяти сотни, тут и классика, и попса, и лёгкий рок с джазом. Она у меня была всеядной, только забойный рок не слушала, морщилась.

Над головой повешу скрипку, вот и сейчас вынул, и погладил по красивой, цвета вишни поверхности.

Я не успел отреагировать, когда в комнату без стука ворвалась уже знакомая девчонка. Она с любопытством посмотрела на меня, а потом тоненьким голоском выдала, — мама сказала, чтобы я Вас позвала кушать.

За столом собралась вся семья и меня представили присутствующим. Мужскую взрослую часть я уже знал. А вот мои соседи по дому оказались узбеками. Анвар и Малика, ему под сороковник, она значительно моложе. Он узкоплечий и щуплый с седым ёжиком волос. Одет в полотняные брюки и светлую рубаху. А вот она в национальном цветастом халате, полноватая с красивым круглым лицом и живыми чёрными глазами.

Далее, старший сын Игорь, его пацан лет десяти и та самая непоседа, Оленька. Супруга Ирина, высокая молодая женщина с усталым лицом. Возможно, это впечатление из-за своеобразного строения лица и глубоко посаженных глаз. Рядом с ней мама, Клавдия Васильевна.

Второй сын Боря, с его женой Анной я уже знаком, а с ними два пацана — погодки лет по шести-семи.

Ну и Саша с Настей, вот и весь состав. А на ужин я ожидал чего угодно, скорее американской кухни с их бобами и свининой. А тут в центр стола водрузили большой чан с горячим пловом. Самым настоящим, узбекским. Парочка салатов смотрелась бледно на столе рядом с этим обалденно пахнувшим блюдом.

— А это в честь твоего, Сергей приезда приготовили.

Я повернулся к узбечке, — Малика, это Вы приготовили сиё чудо?

— Женщина улыбнулась, — нет, что Вы. У нас мужчины готовят. Анвар постарался.