Красавицы и чудовища(СИ) - Татьяна Шульгина

  -- Скоро ты привыкнешь и поймешь меня, - фрейлина улыбнулась. - Для чего нужно таскать на себе десяток юбок и жесткий корсет?

  -- Не знаю, - Николь никогда не интересовали такие проблемы.

  -- Это несправедливо, мужская одежда намного удобнее, чем наша. А нас заставляют наряжаться как кукол, - Бьянка любила эту тему неравенства полов и могла привести сколько угодно примеров угнетения женщин в Вандершире. Николь сама прекрасно это знала, но думала, что женщине не подобает возмущаться по этому поводу.

  -- Что же мы можем сделать? Хорошо еще, что дворянкам нужно всего лишь носить неудобные платья и развлекать мужчин на приемах. В деревне все намного печальнее.

  -- Я знаю, - фрейлина перестала улыбаться, тон ее стал серьезным, почти официальным. - Я знакома с нравами в нашем государстве. Чего стоит только право первой ночи? Это немыслимое варварство.

  -- Да, - только и ответила Николь, краснея. Она поправила кольцо, подаренное Кристианом. Он выкупил его у Джека и вернул ей, когда они возвратились в замок.

  -- Я не намерена всю жизнь молча наблюдать за этим. Не зря же я училась в Итилиане. Там у всех равные права и у мужчин и у женщин, не говоря уже о других расах. Люди тут совсем обнаглели.

  -- Ты не боишься высказывать подобные суждения вслух? - спросила Николь с улыбкой.

  -- Я - княжна Прауд, чего мне бояться? - Бьянка махнула рукой, заверяя подругу, что ей ничего не угрожает. - В худшем случае запрут в комнате на неделю.

  -- Я думала об этом всегда. Еще когда учила детей в деревне, - Николь смотрела в окно. На площади возводили палатки и лотки к празднику. - Теперь, когда я принцесса, я смогу что-то изменить, по крайней мере, я попытаюсь.

  -- Я знала - ты наш человек! - восторженно произнесла Бьянка и поднялась из кресла.

  В комнате стало тихо, с площади доносился стук молотков и голоса рабочих.

  -- Ты чем-то обеспокоена? - Бьянка заметила, что Николь задумчиво смотрит в окно и молчалива более чем обычно.

  -- Нет, все в порядке, - отрицала та, пытаясь улыбаться.

  -- Думаешь о Яновском? - спросила фрейлина прямо. Это качество в ней было доминирующим. За это Николь и полюбила ее, и они быстро стали подругами. - Он умеет заставить девушек забыть обо всем кроме него. Только вот ты не похожа на такую.

  -- Я оставила его одного, а он еще слаб, - принцесса и не заметила, как открыла все свои сердечные тайны Бьянке.

  -- Он мужчина, переживет. Волновалась бы ты лучше о другом, - она загадочно улыбнулась.

  -- О чем? - Николь не поняла, что имеет в виду подруга.

  -- За что ты мне понравилась, так это за свою чистоту. Ты просто горный ручей. Я о мужской натуре веду речь. Это же опасно оставлять графа одного, когда вокруг куча симпатичных служанок, - объяснила она.

  -- Он изменился, - возразила Николь. - Иначе я не согласилась бы выйти за него. Теперь он другой и служанки его не интересуют.

  -- Самое прекрасное, что ты веришь в то, что говоришь. Но, к сожалению, мужчины не меняются, это у них в крови, - Бьянка не хотела обидеть подругу или огорчить, но такова была ее натура, говорить в глаза свои мысли.

  Николь молчала, не зная, что ответить на это. Она действительно знала о мужчинах намного меньше, чем Бьянка. Разница в возрасте у них была почти восемь лет. И в свои восемнадцать принцесса, хоть и успела побывать замужем, не имела более серьезных отношений, чем были у них с графом.

  -- Не переживай, во всяком случае, он принадлежит тебе, и, куда бы ни бегал, все равно вернется, - утешила девушка.

  -- Такого мне не нужно, я не стану удерживать его, а тем боле связывать узами брака против воли, - Николь открыла дверь в гардероб, нужно было одеваться к завтраку.

  -- Ты еще молода, когда-нибудь поймешь, о чем я. Хотя я сама была такой же, - фрейлина пошла с ней в гардероб, чтоб помочь одеться. Ее веселость сменилась глубокой задумчивостью.

  -- Я оставила ему записку, - возобновила разговор Николь, когда оделась и села, чтоб сделать прическу.

  -- Что написала? - Бьянка помогла ей заколоть волосы.

  -- Чтоб он приехал, как только сможет, - Николь смотрела на подругу в зеркало, сидя перед ним на маленьком стульчике, обитом синим бархатом. - Я не стала передавать через слуг, оставила на столике в своей комнате. Может, он не нашел?

  -- Конечно, что ему ходить в твою комнату, когда тебя там нет? - попыталась не расстраивать больше принцессу Бьянка. - А что если он еще слаб и не может отправиться в дорогу?

  -- Мадлена обещала, что он поправится через пару дней, не позднее. Раны все затянулись, горячка прошла, он просто спал под действием лекарства.

  -- Точно, не прочитал твоей записки и не подозревает, что ты ждешь его, - заключила фрейлина, закончив с прической.

  Николь теперь была похожа на настоящую королеву, в дорогом платье из тонкого шелка и кружев цвета морской волны, с собранными наверх локонами золотистых волос. Шею украшали незаметные нити на которые были нанизаны драгоценные голубые камни. Такие же камни блистали на заколках в волосах и на браслетах. Вот только впалые щеки напоминали о пережитом совсем недавно кошмаре.

  -- Я отправила ему письмо, - Николь посмотрела на подругу, ожидая, что теперь она скажет.

  -- Разумно, - заметила та.

  -- Написала о дороге сюда и повторила просьбу приехать на праздник. Отправила на следующий день после приезда. Он должен был уже получить его.

  -- С кем отправила? - Бьянка спокойно пудрила лицо принцессы, позволившей ей делать с собой все, что та посчитает нужным.

  -- С Евой, твоей подругой. Ее назначили мне фрейлиной сразу же по приезде, - ответила Николь.

  -- Она мне не подруга, боги сохраните, - произнесла брезгливо Бьянка. - Это ничего не значит, может, он получил письмо и уже едет сюда?

  -- Хорошо бы, - Николь немного успокоилась и даже повеселела.

  Почему собственно она переживает? Все равно, рано или поздно он будет тут. Брат Бьянки отправился к нему и обещал привезти к празднику. Но тем не менее какая-то тревога закралась в душу и не оставляла с прошлого вечера. Она пыталась отвлечься чтением, но мысли одна мрачнее другой не оставляли. Только теперь при свете дня, поговорив с неунывающей подругой, ей стало немного легче, и вечерние страхи отступили.

  Бьянка продолжала рассказывать о подобных случаях, когда невесты волновались перед свадьбой, но Николь не слышала ее. Она думала о Кристиане. Безусловно, ей не хватало его, но иногда, во время приемов во дворце, когда вокруг было много интересных людей, она забывала о нем. Прошлая жизнь казалась сном, будто она всегда была принцессой, а жизнь в деревне ей приснилась. Приснилась свадьба с Логом, оборотни, пожар в деревне, и даже граф теперь казался таким далеким. Николь надеялась, что он приедет и она, увидев его, опять ощутит трепет и учащенное сердцебиение. Но сейчас она испытывала только тревогу и предчувствовала, что их злоключения еще не закончились.