В погоне за мечтой - Ярослав Мороз

Прошло примерно пятнадцать минут, а ситуация оставалась прежней. По всему лесу разносились звуки выстрелов, но к нам они никого отношения не имели.

Неожиданно стрельба прекратилась. Мы, ничего не понимая, продолжали сидеть под окнами, готовые встретить любого врага.

– Теперь настал ваш черед, сталкеры, – снова подал голос Чуб. В этот раз терпение лопнуло даже у Шустрого, поэтому он вместе с Бобом отправился к лежащему там же, где мы и оставили, проводнику, и они вдвоем его отколошматили. Это заставило его замолчать минут на тридцать, но после он снова открыл свой рот. Хотя для Боба и Шустрого этого времени хватило, чтобы прийти в себя.

Шло время – прошел час, подходил к концу второй, – но нас никто так и не побеспокоил. Мои компаньоны уснули, оставив меня дежурить, но я был не против. Даже горе-грабитель что-то притих. На первый взгляд могло показаться, что ему надоело болтать, поняв ничтожность своих действий, но все обстояло совсем наоборот. Я слышал, как он причитал, мол, где Косой и его банда, почему они так долго идут и так далее. Он боялся, что банду разгромили, а его самого скоро пустят в расход. Что же, его страхи не были необоснованными.

«Капитан, что-то ты задерживаешься», – подумал я. Уверен, это банда Косого перестреливалась с группой Ситченко, и она потерпела поражение, не выстояв натиск военных. Но почему от капитана нет вестей?

Услышав мои мысли, на моем предплечье завибрировал ПДА. Включив его, я открыл пришедшее письмо и прочитал:

«С бандой разобрались. Жди, скоро будем у тебя».

Я перевел дух – это был капитан Ситченко. Сделав одну любезность, я отправил ему ответ:

«Идите тихо – у меня тут три нужные вам спящие красавицы».

Убрав обратно ПДА, я подошел к Чубу и вставил ему в рот новый кляп – мой носок, который я достал из своего рюкзака. Тот, ничего не понимая, лежал на полу и смотрел на меня. Не дай бог, он еще кого-нибудь разбудит, хлопот потом не оберешься.

Вернувшись к окну, я приготовился ждать группу поддержки.

– Какой я идиот, что не догадался, кого на самом деле нужно было убрать. – Сказал Боб, когда его, Шустрого и Чуба уводили люди Ситченко.

– Спасибо за помощь, Айс, – произнес капитан, протягивая руку.

– Всегда рад помочь, – ответил я, пожимая ему руку.

Все закончилось: преступники наказаны, предателей ждет правосудие, невинные спасены, а герои получат славу и почет. Конечно, меня можно считать героем, но таковым я не являюсь, ведь ничего значимого не сделал, кроме того, что сообщил о грядущем ограблении. Но это ничто по сравнению с тем, что сделали люди Ситченко – вот они настоящие герои. Нет, я не скромняга, просто не люблю привлекать внимание, оставаясь в тени.

– А можно один вопрос напоследок? – Спросил капитан.

– Да, конечно, – ответил я.

– Как вы догадались, что проводник и ваши компаньоны планируют ограбление?

– Как тебя зовут, капитан? – Поинтересовался я у него.

– Михаил.

– Все дело в опыте, Михаил, – улыбнулся я Ситченко, но, увидев у него на лице недоверие, сказал: – А если серьезно, то это с самого начала было понятно. Наш босс, то есть мой, Боба и Шустрого, когда давал задание, сказал, что оплата по двойному тарифу за поход вглубь Зоны.

Михаил смотрел на меня с ничего непонимающим лицом, поэтому я попытался объяснить ему все на пальцах.

– Смотри. Ты примерно знаешь, сколько сейчас получают генералы, курирующие Периметр?

– Есть такое. – Ответил он.

– Вот представь, что тебе предложили работенку, оплата которой равняется двойной зарплате генерала. А тебе и твоим людям нужно всего лишь сопроводить мешки с деньгами от блокпоста до Погара. Представил?

– Да.

– А теперь представь, что у тебя в группе есть прапорщик, жадный, что та лиса из-за русских сказок. И он всех остальных подговорил об ограблении. А ты знал, что она на такое способен, ведь со многими работал, многих повидал и узнал. Вот так и здесь. В Зону попадают авантюристы, те, кто желает заработать легкие деньги, отчего народ здесь встречается жадный. Поэтому не трудно догадаться, что при удобном случае они попытаются извлечь для себя как можно больше выгоды. Что и случилось с пойманными сталкерами.

– Тогда почему вы поступили иначе, не так, как они? – Поинтересовался капитан.

– Потому что в Зону я попал не из-за денег. Да, Михаил, здесь находятся и такие, правда, их на порядок меньше, чем авантюристов, но все же.

– Мне вот интересно стало: из-за чего еще люди могут оказаться здесь? Вот вы, Айс, почему решили пересечь Периметр? Вы что-то или кого-то здесь ищете?

– Если ты хочешь об этом узнать, попробуй спросить у полковника Егорова – возможно, у него ты получишь ответ на интересующий тебя вопрос.

– Спасибо, приму к сведению.

После мы с Михаилом попрощались, и он со своей группой отправился обратно на базу. Помимо моих бывших компаньонов и проводника, с ним отправилась еще большая часть банды того самого Косого, которого упоминал Чуб. Чтобы переправить на военную базу такое количество людей, Ситченко пришлось вызвать два грузовика, поэтому от него так долго не было весточки – пока приехали машины, пока погрузили бандитов, в общем, изрядно времени прошло. После половина группы поддержки отправилась на грузовиках на базу, а остальные – за оставшимися грабителями.

А я остался в доме вместе с еще спящими туристами дожидаться, когда они придут в себя, чтобы позже отправится в бар к Карасю.

Глава вторая

Жертва для удачи

– Через два часа проснулись гости. Пока мы вместе завтракали, мне пришлось с ними объясниться, начав рассказ с самого начала. Абсолютно все я не стал им рассказывать, только то, что посчитал нужным: как догадался о будущем ограблении, как подслушал разговор Боба с Шустрым, поговорил с Егоровым о группе поддержки и как военные, разобравшись с грабителями, забрали их на базу. После мы собрались, и я проводил их до бара, прямиком к тебе. Как видишь, все живы, здоровы. На этом моя работа выполнена. – Закончил я свой рассказ, поудобнее устроившись в кресле.

Я сидел у Карася в кабинете уже как час, и все это время рассказывал историю о своих похождениях. В принципе, я бы закончил и раньше, если босс не захотел подробностей. А я так хотел поскорее закончить с этим делом, забрать деньги и отправится в свой номер, чтобы принять душ, смыв радиоактивную пыль, закутаться в постель и проспать целую вечность. Хотя нет, вечность слишком много, мне хватит и суток.

– Давно я не видел такого честного, благородного, живущего по кодексу рыцарей сталкера. – Прогудел Карась так, что было не понятно, он надо мной надсмехается или открыто хвалит. – Но такого идиота, упустившего нехилый куш, предавшего братьев-сталкеров ради каких-то незнакомцев, возможно, обычных проходимцев. И все из-за чего? Из-за своих принципов? Морали? – Вот теперь все стало на свои места. Ни разу я не слышал от Карася стоящей похвалы, а тут расщедрился… Ага, как же, быстрее контролера в красную книгу занесут, чем Карась станет кого-то хвалить.

– Все удивляешь и удивляешь ты меня, Айс, – продолжал босс. – За деньги редко работаешь, только когда очень прижмет, да и работенку берешь… специфическую. Лишнего не просишь, друзей не имеешь, соответственно, напарников тоже. Но в то же время ни в чем не нуждаешься, свободно ходишь по всей Зоне, не сказать, что живуч, но раненным тебя сюда ни разу не доставляли. Никто от тебя не ограждается, никто не гонит, все тебе рады, все с тобой общаются. Ты даже умудрился обзавестись связями почти во всех структурах Зоны: начиная от сталкеров и заканчивая учеными и военными. Поделись, в чем твой секрет?

Не знаю, что сегодня нашло на Карася, но он как-то активно интересуется моей персоной. За то время, сколько я работаю на него, это первый случай, и я, если честно, удивлен. Нет, не так, я в шоке. Ведь между боссом и работающими на него сталкерами сложилось принципиальное правило: первый не интересуется жизнью и прошлым вторых, а те не лезут со всем, что ни попадя, к первому. И я считаю это правило обоснованным. Но сегодня Карась решил нарушить его, ни я, ни кто-либо другой, а именно он.

Сделав равнодушное лицо, я сказал:

– У меня нет секрета, просто я живу так, как хочу. Если на этом все, то отдавай мне мои деньги, и я, наконец, пойду отдохнуть.

Карась смотрел на меня очень внимательно, оценивающе, стараясь понять, что творится в моей голове. Поживав губы и состроив недовольное лицо, он достал из стола пачку денег и бросил их на стол.

– Забирай и уходи. Нет у меня больше желания с тобой говорить. – Сказал он, отворачиваясь. Я взял деньги и, пока шел по коридору, положил их в рюкзак, чтобы не светить ими в баре. Оказывается, пачка была чуть толще, чем положено ей быть – возможно, какая-то премия или что-то еще, – но я не стал возвращаться обратно в кабинет, чтобы узнать у босса, в чем загвоздка. Дал больше денег, значит, так и нужно. «А может так случиться, что деньги – это причина скверного настроения Карася? С него станется», – подумал я, открывая дверь в бар.