Любовь к далекой: поэзия, проза, письма, воспоминания - Виктор Гофман

V. БОЛЬ И СОЗНАНИЯ (1904)

I. У ОЗАРЁННОГО ОКОНЦА

Как прежде ярко светит солнцеСреди сквозящих облаков.Озарено твоё оконцеСозвучной радугой цветов.

Скользя по облачкам перистым,Бежит испуганная тень,И на лице твоём лучистом –Изнемогающая лень.

Ах, я в любви своей неволен…Меж нами – ласковый союз.Но ты не знаешь, что я болен,Безумно болен… и таюсь.

Ты вся как этот свет и солнце,Как эта ласковая тишь.У озарённого оконцаТы озарённая сидишь.

А я тревожен, я бессилен…Во мне и стук, и свист, и стон.Ты знаешь город – он так пылен?Я им навек порабощён.

Ах, я в любви своей неволен.Меж нами – ласковый союз.Но ты не знаешь, что я болен,Безумно болен… и таюсь.

II. ОДНИ

Дай мне успокоиться на твоей груди.Холодно и сумрачно, тревожно впереди.

Я боюсь тревожностей, не хочу чудес.Отойдем от времени в непроглядный лес.

В лес, где сосны строгие, прямые как свечаСосны, что не впустят к нам дрожащего луча.

Сумрак. Одиночество. Забвенье бытия.Иглы, иглы мертвые, и мхи, и ты, да я…

Люди не ходите к нам, мы в замке полутьмы.В замке недоступном вам, и уж не люди мы.

Тени мы дрожащие умершего лучаМеж седыми соснами, прямыми как свеча.

III. В ЛЕПЕСТКОВОМ РАЮ

Раздвигая напором девической грудиШелестящую, тесную рожь,К озаренному ль счастью изумрудных безлюдийТы меня за собою ведешь?

Или, впивши всю негу голубого простора,Беспредельностей светлую мощь,Ты введешь меня в сумрак бездыханного бора,И в шептания шелестных рощ?

Я иду вдоль тропинок неприметных и гибких,Вижу тонкую спину твою, —И тону и в мечтах, и в предчувствиях зыбких,И в твоем лепестковом раю.

Я погибну ли здесь средь росистости пьянойПоцелуем загрезивших трав,В ликованиях зорь, голубой и багряной,В тихой радости детских забав?

Иль, очнувшись на кряже своих одиночествОт твоих лепестковых блаженств,Буду снова молиться под клики пророчествБеспредельному сну совершенств?

Ты идешь, вся прямая как поднявшийся колос,Ты не ведала бурь бытия.Никогда не томилась. Никогда не боролась.Никогда не грешила. А я?

О, дитя, о, не знай этих бурь беспредельных.Отзвучавшие речи забудь. —О, дитя, колокольчик полей колыбельных,Неужели сошелся наш путь?

IV. НЕЛЬЗЯ ПРОСТИТЬ

Тогда, когда тебя я встретил,Дрожа, ты мне сама открылаВсе то безумное, что было,Что было прежде, до меня.Ты помнишь ведь, что я ответил?Я думал, что простить возможно.О, как безмерно, как тревожноЯ полюбил, с того же дня!

О, как я верил в непорочность,Хотя б души твоей, дрожавшей,Души твоей, к моей припавшей,Все мне отдавшей, полюбя.Но нет, я вижу всю непрочностьЛюбви, которой я поверил.Я все возможности измерил –И отрываюсь от тебя!

Не знаю я, как это было.Быть может, долго ты боролась.Или склонилась, точно колос, Или упала, как звезда.Но нет во мне ни грез, ни силы.Я не могу быть оскорбленным,Так оскорбленным, так казненнымТобой, неверная, всегда.

Ах, сердце этого боялось.Уже давно в бреду пророчеств,Я видел ужас одиночеств,Сознаний режущую нить.Скажи, зачем ты не дождалась.Ужель ты не могла предвидеть,Что это ведь должно обидеть,Что этого нельзя простить?

Быть может, было то весною,В вечерней мгле, в душистом мраке,Когда кругом вставали маки,Самовлюбленные цветы…И он, мой враг, бродил с тобою, –Была ты, как цветок дрожащий,Был он упорный и томящий,Манящий тайные мечты…

Проклятье ласковому бреду,Проклятье вашему объятью,Проклятье, вечное проклятьеПусть поразит его, губя!Я позабуду. Я уеду.Ах, ты не знаешь, как я верил.Я все возможности измерил –И отрываюсь от тебя!

V. МНЕ ГРУСТНО

Мне снова грустно. Я не заметил,Как в душу вкралась, как вкралась грусть.Я думал встретить, и я не встретил.Она не хочет. Так что же. Пусть.

О ней, неверной, о ней обманной,О ней грустить мне в больной тоске? —В минуту встречи благоуханной,Когда дрожала рука в руке.

Я знал, что нежность — одно с пороком,Что грёз стыдливых не надо нам.И я смеялся ее упрекам,И я смеялся своим словам.

Их было много, меня любивших,Тех похотливых и теплых тел,Меня обвивших, меня томивших,В ком счастье, счастье найти хотел.

Ах, с каждой тот же влюбленный шепот,Сознанье власти – пьянящий бред…И тот же опыт, позорный опыт.Их было много. Их больше нет.

На страсть ни разу я не ответил.И вот я знаю все наизусть.Мне грустно, грустно. Я не приметил,Как снова в душу прокралась грусть.

VI. УШЕДШИЙ

Проходите, женщины, проходите мимо.Не маните ласками говорящих глаз.Чуждо мне, ушедшему, что было так любимо.Проходите мимо. Я не знаю вас.

Горе всем связавшим доверчивое счастьеС ласками обманщиц, с приветами любви!Полюби бесстрастье, свет и самовластье.Только в этом счастье. Только так живи.

Тени говорящие дрожавших и припавших,Тянетесь вы медленно в темнеющую даль.Было ль, было ль счастие в тех встречах отмелькавших?Может быть и было. Теперь – одна печаль.

В дебрях беспролётных, в шелестах болотныхТы навек погибнешь, если любишь их.Уходи от этих ласковых животных,Ты, что должен выковать озарённый стих.

Горе всем припавшим к соблазнам и покою,Горе полюбившим приветную тюрьму.Горе всем связавшим свою судьбу с чужою,Не понявшим счастья всегда быть одному!

VII. НА ГОРНОМ ПУТИ