Миф о «застое» - Алексей Владимирович Самсонов

Хрущёв и его окружение – масоны

Был ли масоном сам Хрущёв (Гасвицкий, Перлмуттер?)? Да, был. Доказательства, конечно, все косвенные; прямые если и будут, то лет через сто. Во-первых, масонское окружение Хрущёва. Не может быть такого, что «все в говне», а Никита «в белом». Не подходит и традиционное: «вождь не знал». Микоян писал: «Это был настоящий самородок, которого можно сравнить с неотёсанным, необработанным алмазом. При своём весьма ограниченном образовании он быстро схватывал, быстро учился. У него был характер лидера: настойчивость, упрямство в достижении цели и готовность идти против сложившихся стереотипов». Никаких намёков, всё сказано: Хрущёв был хорошим учеником, быстро учился. В роли учителя выступал, понятно, «вольный каменщик» Микоян. Он же обрабатывал «неотёсанный камень», как папа Карло – неотёсанное полено.

Энвер Ходжа писал: «Тито ставит Хрущёву ряд условий. Во-первых, Тито требовал, чтобы советская сторона сняла препятствия, способствовавшие разрыву 48-го года и, понятно, этим “мастер” из Белграда открыто требовал ревизии всей правильной линии, проводившейся Сталиным и Информбюро». И далее: «Подобное решение не могло быть принято Хрущёвым в одностороннем порядке. Остальные партии подчинились решению Хрущёва и желанию Тито, руководители этих партий съездили в Белград и поцеловали руку Тито, прося у него прощения»; «Лидеры этих партий один за другим совершали паломничество и поцеловали у него руку, принесли повинную голову и заявили ему, что он – “настоящий ленинец”, тогда как Сталин – “антиленинец, преступник, диктатор”» (см. подробнее книгу «Убийство Сталина. Начало “Холодной войны”», гл. 4, раздел «Хрущёв и Тито»). Ясно, почему Хрущёв первым поехал «целовать руку» Тито.

Рассмотрим теперь его окружение. В 1976 г. в Стамбуле вышла книга «Масонство в мире и Турции». Её автор прикрылся псевдонимом «Хасан Джем». А в 1980 г., сразу после переворота генерала Эврена, остатки тиража книги были уничтожены. Есть в книге список и советских масонов:

Президиум ЦК: Каганович, Коротченко (с 1947 г. – Председатель СМ УССР, с 1954 г. – Председатель Президиума ВС УССР), Первухин (в 1957-59 гг. – министр среднего машиностроения (атомная промышленность), затем Председатель Госкомитета СССР по внешним связям), Пономаренко (с 1942 г. – начальник Центрального штаба партизанского движения, в 1952-53 гг. – зампред СМ СССР, затем – посол в разных странах), Сабуров (в 1949-56 гг. – Председатель Госплана), Шверник (Председатель ВЦСПС), Суслов (Секретарь ЦК).

Кандидаты в члены Президиума: Зверев (министр финансов), Юдин (философ, писал работы по научному коммунизму, т. е. вешал лапшу на уши).

Члены ЦК: Байбаков (Председатель Госплана с 1955 по 1985 г.), Ванников (замминистра среднего машиностроения), Кириленко (Первый секретарь ЦК КП Украины), Корнейчук (писатель Корней Чуковский), Митин (философ – марксист, т. е. также специалист по лапше), Круглов (министр МВД, вспомните его одну из главных ролей в убийстве Берии), Поспелов (Фогельсон, секретарь ЦК, редактор «Правды»).

Кандидаты в члены ЦК: Горшенин (министр юстиции), Даниялов, Двинский, Жимерин, Корниец, Лацис (Председатель СМ Латвии), Малик (замминистра иностранных дел, посол при ООН, в др. странах), Носенко (работник министерства иностранных дел – МИД, перебежчик), Райзер, К. Симонов (писатель), секретарь ЦК Н. Шаталин (родной дядя советника Горбачёва академика Станислава Шаталина).

А так же: Лихачёв (министр автомобильного транспорта), Горкин (секретарь Президиума ВС СССР), Александров (зав. отделом пропаганды ЦК), Эренбург (писатель и журналист), Громыко (министр МИД), Якобсон (Председатель Президиума ВС Эстонии), Кафтанов (Председатель Гостелерадио), Зейдин (пом. Председателя Верховного Суда), Фомин (министр госресурсов), Сидоров (директор издательства ЦК ВЛКСМ), Ромм (режиссёр), Штейн (ректор дипшколы при МИД), Варга (соратник Белы Куна, директор Института мирового хозяйства и мировой политики), Лозовский (директор Совинформбюро) и некоторые другие, всего около ста человек [90; с. 262–264 и 166; с. 82]. Список опровергнут не был.

Надо отметить и такого товарища, как Отто Вильгельмович Куусинен. Он, как и Микоян, был «серым кардиналом» при Хрущёве.

Он родился в 1881 г. в Финляндии, которая тогда была частью Российской империи. Окончил Гельсингфорсский университет, в 1904 г. вступил в Финскую социал-демократическую партию, с 1905 г. стал большевиком. В 1911-17 гг. был председателем исполкома Финской социал-демократической партии. Участвовал в революции 1905-07 годов, был одним из организаторов КП Финляндии и одним из руководителей Финской революции 1918 года. В 1921-39 гг. – член Президиума и Секретарь Коминтерна. В 1940-56 гг. – на руководящих постах в Карело-Финской ССР. С 1957 г. – Секретарь ЦК КПСС. Умер в 1964, похоронен в Кремлёвской стене.

Куусинен участвовал в Конгрессах ещё II Интернационала, неоднократно встречался с Лениным.

Был ли он масоном? Конечно, письменных документов нет и не будет. Но, исходя из политической ситуации начала века, можно сделать вывод, что Куусинен не мог не быть масоном. И вот почему.

Известно, что все руководители как II Интернационала, так и большевиков, были масонами. X Съезд партии и II Конгресс Коминтерна приняли резолюции, запрещающие состоять коммунистам в ложах. Но «вожди» остались масонами, в том числе и Куусинен – иначе его бы просто не назначили руководить новой республикой.

Академик Георгий Арбатов писал: «О. В. Куусинен был прекрасным учителем (А Хрущёв, Андропов и Арбатов – учениками? – Л.С.). Вопреки возрасту, это был человек со светлой памятью, открытым для нового умом, тогда очень непривычными для нас гибкостью мысли, готовностью к смелому поиску… При общении с ним всё становились чуточку умнее – в присутствии сильного интеллекта, взаимодействуя с ним, сам невольно мобилизуешь свои резервы и возможности… И ещё одно открытие, которое ожидало каждого, кто работал с Куусиненом, – новое представление о политике, новое для нас, чьи умы были притуплены долгими годами сталинизма. В общении с этим человеком открывалось понимание политики как сложного творческого процесса, сочетающего ясное представление о цели с постоянно выверяемым (С кем? – А.С.) поиском методов и средств, стратегию с тактикой, науку с искусством (поясняя последнее, Куусинен точно замечал: «В политике нужно не только знать, но и уметь»). Словом то, о чём мы иногда читали, но воспринимали как теоретическую абстракцию, в разговорах с Куусиненом обретало плоть.

Куусинен был носителем очень хороших, но ставших для нас к тому времени далёкими, традиций европейского рабочего движения, ранней социал-демократии, зрелого ленинизма, лучших периодов Коминтерна» [256; с. 32].

Итак, Куусинен олицетворял «лучшие периоды социал-демократии и Коминтерна». В переводе с «арбатского иврита» на русский – это период 20-30-х годов, период «разрушения старого мира» масонами. А «традиции социал-демократии» – это масонские традиции, идущие ещё от «Высшей Римской венты» и Маркса. Это же относится и к «новым представлениям о политике». Видимо, Куусинен рассказывал о том, о чём не писали в учебниках.

По воспоминаниям его жены Айно Куусинен, Отто похвалялся, что «за свою жизнь менял шкуру,