Проект 22/17 - Владимир Тищенко

Прошу вас не пытаться каким-либо способом отследить это письмо, а также не рекомендую его кому-либо его показывать. Оно автоматически удалится с вашего компьютера после того как вы его закроете. Также не пытайтесь проследить его отправителя ибо этот человек не я, а только работает на меня и если его найдут, то мы больше не сможем поддерживать связь, а поддерживать ее в ваших интересах, т. к. я единственный кто может помочь вашей дочери.

В данном письме я не буду говорить о том чего я от вас хочу, я дам вам время на то чтобы обдумать новую ситуацию, в которой вы оказались. Но я надеюсь что к тому времени как вы получите мое следующее письмо вы примете решение о сотрудничестве ибо время — это не только мои деньги, но еще и вопрос здоровья и жизни вашей дочери.

До связи, noname.

Закончив читать письмо Игорь тяжело откинулся на спинку стула. Он много чего боялся за свою жизнь. Страх — это нормальное и часто очень полезное чувство, главное не поддаваться ему полностью иначе начинается паника, а это практически гарантированная смерть Но он никогда еще не боялся так как сейчас, он боялся поверить, поверить в то, что это не шутка и не проверка на вшивость. Неизвестный, который написал ему это письмо, если предположить что это все же правда, не мог не понимать того положения, в которое он ставит Игоря. Он должен был понимать что Игорь, хоть и находится на грани отчаяния из-за состояния дочери, все же не кинется в любую авантюру стоит только кому-то пообещать помочь его дочери. Если этот неизвестный умный человек, а другой и не смог бы протащить своего человека на такой засекреченный объект да еще и так ловко управляться с внутренней почтой (письмо действительно было автоматически удалено после закрытия), то он должен был понимать что Игорю нужны будут серьезные доказательства его способности помочь.

Нет, все же это какой-то бред, бред однозначно, это все из-за того что я вчера перебрал вот мне и мерещатся всякие письма. И как удобно подстроились мои галлюцинации, тут тебе и добрый хоть и неизвестный самаритянин и письмо исчезло.

— Нет чудес не бывает, я живу в реальном мире и пора завязывать с выпивкой. Надо взять себя в руки и перед сменой пройти проведать дочку. Где этот КПК, надо посмотреть на сегодняшнее расписание, сколько у меня осталось времени до заступания на дежурство. — КПК был небольшой и носился вместо часов, в нем обычно хранилось расписание дежурств и личная рассылка со срочными оповещениями. — Да где же эта чертова железяка, я же помню что оставил его на тумбочке возле кровати. — Наверное я бы еще долго искал его если бы на него как раз в этот момент не пришло сообщение, по звуку которого я его и нашел.

Быстро прицепив КПК и глянув расписание на стационарном компьютере, увидел что у меня есть еще пол часа до смены, как раз хватит что бы навестить дочь и не настолько долго чтобы потом ее личико стояло перед глазами весь день и всю ночь. В больнице рано утром почти никого не было и он сразу прошел в палату, где лежала дочь. Слава богу, она спала, во сне она была все такой же, как-будто и нет этой ужасной болезни и скора она проснется, посмотрит на него и узнает, а потом он подхватит ее на руки и начнет кружить.

— Все, хватит солдат, соберись и топай на дежурство, жалеть себя будешь после смены. — Уже выходя из больницы он вспомнил про сообщение, которое пришло на КПК, включил его и прочел: "Вы ошибаетесь, это все правда."

Этим же утром в кабинете завскладом комплекса, 1 уровень, сектор 1.

Эхх, еще одно чудесное утро и хоть солнце Константин Николаевич Радежев теперь видит довольно редко, но последние два года это не мешает ему радоваться ему также как если бы он лежал на тропическом острове под пальмами. Причиной его хорошего настроения были дела, которы шли просто замечательно. Он занимал очень "теплое" место с очень хорошей заплатой, но не только это было замечательно, лучше всего было то что его небольшая схема как получить прибавку к зарплате успешно работала и никто из руководства даже ничего и не подозревал.

— А все потому что я не жадный, нет ну в какой-то мере конечно жадный иначе не стал бы искать способы увеличить и так неплохой официальный доход. Но все же я не стал хапать черезчур много, а ведь мог бы, и с людьми нужными договорился о чем ни разу не пожалел. В одиночу точно бы уже давно попался.

Схема была проста, поэтому и работала. Каждый месяц у него скапливался приличный список заявок на предоставление ученым различного оборудования, комплектующих, запчастей и материалов. Многое из этого списка было довольно дорогим, но что самое главное, довольно редким иногда даже штучным товаром. Его и взяли то на это место потому что у него было много связей среди различных поставщиков в разных уголках мира и за то, что он всегда, а главное вовремя, доставал необходимое. Начальство ему даже пару раз премии выписывало. А так как все покупки все равно проходили через него, то ему не составило труда договориться с доверенными поставщиками о том что поставки будут идти через них, но при соответсвующей небольшой наценке. Естественно что разницу они делили с поставщиками. Наценку он делал небольшую, хватало 1–3%, но тем не менее за два года набежала уже приличная сума в 3 миллиона 200 тысяч долларов, которые дожидались его в банке на Каймановых островах. А когда через год его контракт с центром закончится, то он планировал довести эту цифру до пяти миллионов.

Сегодня не предвиделось никакой особенной работы, по последнему списку почти все уже было закуплено и доставлено, осталось всего пара неинтересных позиций, которые он поручил своим заместителям. Подчиняясь выработанной годами привычке, он все равно сел проверять поступившую на его имя внутреннюю почту и с удивление обнаружил среди писем одно с пометкой "ВАЖНО" и с нулевым уровнем приоритета.

— Очень странно, что это такое важное может быть, что его прислали по почте. — Обычно если что-то было действительно важным, то его об этом уведомляли при помощи внутреннего телефона или даже лично. — Ну ладно, чего гадать сейчас и узнаю.

В письме был всего одна строчка, в которой был длинный алфавитно-цифровой номер. Другой бы на его месте подумал что это какая-то шутка и просто не обратил на это него внимания, но Константин резко поменял свое мнение о сегодняшнем утре. Как оказалось, оно было совсем не добры и скорее всего следующие будут не лучше. В письме кто-то неизвестный (обратного адреса не было) прислал ему номер его счета на Каймановых островах, куда он складывал свою прибавку к зарплате. Вот такой вот очень тонкий намек, мол, мы все знаем и теперь ты уже никуда от нас не денешься. А раз к нему еще не ломится внутренняя охрана комплекса, значит эти люди к руководству не имеют никакого отношения.

(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});