Фарисея. Послесталинская эпоха в преданиях и анекдотах - Юрий Борев

«Вышел я из народа. До 1937 года жил тихо без повышений. Опосля впоследствии вакантных мест сделался по рекомендации мово свекора Тимофеича начальником отдела кадров. В этом году назначен приказом замдеректором НИИБЕЛЬМЕСА. Был (под руководством самого товарища Повапленного) перспективным работником, наушным сотрудником. В том году по рекомендации свекора Тимофеича сделался приказом дохтором и получил силу авторитета в глазах разлагольствующих фелософов, наставляя их бдить и блюсти.

Мною написано очень много афтобеографий, заявлений, приказов и монографий. Главные труды следовающие:

1. „Империалиствующие империалисты“ (8 стр., издание НИИБЕНИИМЕ, 1931; 2 изд. — „Academia“, 1938; 3 издание — „Наука“, подготовлено к печати в трёх томах).

2. Приказ об отчислении из НИИБЕЛЬМЕСА группки империалиствующих империалистов и примкнувшего к ним аспиранта Семицкого — (22 стр., издание „Academia“, 1938).

3. „Смертоубийцы в халатах“ („Советская культура“ от 3 февраля 1953 года, удостоина Государственной премии в 1953 году).

4. „Вершина мировой философской мысли“ (1950).

5. Ещё одна вершина мировой философской мысли (1951).

6. „Эльбрус философской мысли“ (1952).

7. „Памир (Крыша мира) философской мысли“ (совместно со свекором моим Тимофеичем; рассыпана в 1953 году).

Опосля этого по случаю инсульта находился в творческом отпуске. Вернувшись к работе, написал:

8. „Кукуруза как вершина философской мысли“ (рассыпана в 1964 году).

Опосля этого по случаю скоропостижной старости и очередного предынфаркта находился в академическом доме для престарелых „Широкое“. Там написал:

9. „Кукуруза как пример волюнтаризма и волюнтариствующего субъективизма“ (ноябрь 1964).

10. „Экзистенциализм Сартра и проблема ценностной ориентации“ (1965 год совместно с т. Мыслявченко).

И всего этого я не стыжусь. В трудных условиях обостряющейся классовой борьбы благодаря указаниям соответствующих органов моя творческая мысль развивалась и крепла.

Предлагаю избрать меня академиком, потому что мне уже больше 55 лет».

Штирлиц встретил Бормана.

— Хайль Гитлер, партайгеноссе!

— Полно юродствовать, Исаев.

Самым знаменитым разведчиком второй мировой войны принято считать Зорге, который, находясь в Японии, узнал и предупредил Сталина о готовящемся нападении гитлеровской армии. И всё же, возможно, не он был величайшим советским разведчиком. Сталин неизменно получал самую секретную информацию о противнике почти одновременно с Гитлером. Это делал кто-то из ближайшего окружения фюрера. Кто? Году в 44-м был арестован руководитель гитлеровской военной разведки Канарис, якобы вплотную подошедший к раскрытию тайной связи со Сталиным второго человека в нацистской партии — Бормана. Если так, то Борман был вторым человеком сразу в двух партиях. После падения третьего рейха о Бормане ходило много легенд. В качестве его убежища называли многие латиноамериканские страны. По одному из наших официальных сообщений, труп Бормана был найден около какого-то моста, ведущего из Берлина на Запад. Борман был в шинели немецкого солдата, и опознать его было нелегко. Настораживает следующее. Несмотря на то что о самоубийстве фюрера советским властям была доподлинно известно сразу же после взятия рейхстага (труп идентифицировал зубной врач), сообщение об этом появилось не сразу. Информация же о гибели Бормана была передана без промедления. Так что фантастическое предание о том, что после войны Борман жил в Советском Союзе, не лишено интереса.

Ребёнка звали Яшей. Фамилия была Шеперштейн. Рожать его матери было трудно, и врач применил акушерские щипцы. Они придали мягкой головке ребёнка замысловатую форму тропического фрукта. Впоследствии жизнь так же насильственно сформировала содержимое этого фрукта.

Яша закончил частную гимназию, и его ждала спокойная жизнь, если бы не революция. Свою трудовую деятельность он начал с тотализатора и благодаря тонким комбинациям разбогател. Но мошенничество раскрыли, и он был выслан в Бодайбо, на Ленские золотые прииски. Ещё не восторжествовала всеобщая государственность, и Яков, вместо того чтобы добывать драгоценный металл, писал книгу «Во внутренней тюрьме ГПУ (Записки заключённого)». Из Бодайбо он вернулся уже Яковом Эльсбергом и был назначен секретарём Каменева, низведённого с партийных вершин и занимавшего пост директора издательства. Эльсберг обслуживал одновременно и своего шефа, и учреждение, интересовавшееся каждым шагом этого шефа, и шефскую жену, содействуя её опасной связи с малоизвестным кинорежиссёром, заодно проверявшим информацию, которой снабжал важное учреждение Эльсберг. После расстрела Каменева он стал консультантом Берия по вопросам культуры. Эта деятельность стоила жизни Исааку Бабелю и привела в лагерь историка Аркадия Штейнберга. Эльсберг получил Сталинскую премию за книгу о сатире. Когда после XX съезда Штейнберг был освобождён, Эльсберг встретил его букетом белых роз.

Одного из немногих, его наказали за доносительство в крупных размерах, исключили из Союза писателей и редколлегии «Вопросов литературы». Из заведующего сектором теории Института мировой литературы он превратился в простого сотрудника этого сектора. Он не ходил в кино — боялся темноты. Однажды поздно вечером на улице кто-то сильно толкнул его, и он, грузный, прихрамывающий упал на мостовую, сломав ногу. Вскоре он умер.

Первый полёт в космос был событием эпохальным. Вокруг него не могло не возникнуть множества легенд. Говорили, например, что все человеческие параметры полёта — влияние на организм невесомости и перегрузок, проблемы жизнеобеспечения — отрабатывались на группе солдат. И что один из них во время эксперимента протёр кожу чистым спиртом и, оказавшись в барокамере, насыщенной кислородом, заживо сгорел.

Много легенд уродила неожиданная смерть Юрия Гагарина.

Говорили, что он был взят на летающую тарелку.

Рассказывали такую историю. Будто Брежнев пригласил его к себе на дачу. Они пили хорошее вино и разговаривали о проблемах покорения космоса. Гагарин сказал, что полёт Комарова не подготовлен. Брежнев подчёркивал поэтическое значение полёта. Гагарин ответил, что человеческая жизнь выше политики. Брежнев выругался, Гагарин плеснул ему в лицо вином и ушёл, а Брежнев распорядился поместить первого космонавта в сумасшедший дом, где он провёл все эти годы и умер в 1990 году.

У меня есть собственная версия гибели Гагарина.

Известно, что незадолго до этой трагедии Юрий Гагарин из лихости прыгнул со второго этажа, и всё обошлось бы благополучно — для лётчика это нетрудно, — если бы он не зацепился за провод и не упал головой, разбив лоб. Открывался очередной съезд партии. Присутствие первого космонавта было обязательно. Лучшие гримёры наложили на его лоб грим, и покоритель космоса предстал перед миром со своей прекрасной улыбкой.

Ну, а через некоторое время — это уже официальная версия — во время тренировочного полёта Юрий Гагарин и пилот Серёгин врезались в лес километрах в ста пятидесяти восточнее Москвы.

Связь между этими двумя событиями подсказывает мне сюжет одного из рассказов Норберта Винера. В каком-то городе действовала банда, возглавляемая жестоким и очень хитрым человеком, поэтому бандиты были неуловимы. Однажды они разорили дом знаменитого нейрохирурга и убили его семью. А вскоре главарь получил ранение в голову. Его привезли к этому врачу и под страхом смерти велели спасти. Хирург провёл искуснейшую операцию и вернул жизнь человеку, убившему его близких. Главарь поправился, бандиты вернулись к прерванным занятиям — и на первом же деле попались, так как действовали крайне неосторожно. Это произошло потому, что, проводя операцию, хирург сознательно повредил ту часть мозга в лобной пазухе, которую Винер называет центром осторожности и где находится извилина, связующая мысль и действие.

Я думаю, что неудачный прыжок Юрия Гагарина и привёл к нарушению его центра осторожности, иначе трудно объяснить, почему он, опытный лётчик, летел в плохую погоду на бреющем полёте, пренебрегая элементарной безопасностью.

ОТЦЫ И ДЕТИ

Восточная мудрость гласит. Если у тебя нет ума в двадцать лет — уже не будет. Если у тебя нет денег в тридцать — уже не будет. Если у тебя нет славы в сорок лет — уже лет не будет. Ум к моему поколению пришёл после тридцати (после двадцатого съезда), да и то не сразу. И остальное тоже запоздало.

Узнав, что в Англии запретили публичные дома, молодой поэт Дмитрий С. сказал: