Если сможешь — забудь (СИ) - Корешкова Евгения

На полигон уходили с интервалом в семь минут, которых обычно хватало, чтоб не мешать идущему впереди.

Кларт отработал полигон почти безукоризненно. Принес все 14 жетонов с препятствий, и его имя пока прочно занимало первую строку в списке.Он уже успел переодеться И теперь с интересом болел за друга. Тоже промокший встрепанный Гадар увидел на табло свой седьмой результат и бросился обниматься с Клартом. Они так радостно начали тискать друг друга, что Кларт зашипел сквозь зубы. На полигоне он, поскользнувшись, чувствительно приложился правым плечом к препятствию. Сгоряча не почувствовал, а теперь боль дала о себе знать. Насмешливые возгласы окружающих прервали их счастливые объятия. Все смотрели на экран, который показывал парня, застрявшего на скале. Прельстившись пологим началом спуска, он выбрал неудачное место, добрался до козырька и теперь не знал, что ему делать: возвращаться на вершину или ждать, когда его снимет контрольная служба. Он уже не укладывался в отведенное время и превратился из конкурента в объект насмешек. Вот его обогнал еще один человек, а он все сидел на скале растерянный и почти испуганный.

Кларт ткнул друга локтем, и Гадар, отжимавший воду из штанины, тоже уставился на экран. На старт вышла их соперница. Вытянув губы трубочкой, она переминалась с ноги на ногу и ждала, когда вспыхнет зеленый разрешающий сигнал. И начала забег под ироничные смешки друзей, которые вскоре сменились напряженным молчанием.

По беговой дорожке Аринда пронеслась с такой скоростью, что у Гадара невольно ёкнуло сердце. И даже Кларт стал более внимательно следить за событиями на полигоне. Их наглая девчонка, в самом деле, оказалась достойной соперницей. Вот она взяла второй жетон после дистанции на айдере, не свалилась с раскачивающейся цепи, и полоса препятствий ее не очень задержала.

Она, хоть прошла чуть больше половины полигона, уже давно перекрыла результат Гадара и вплотную подбиралась ко времени Кларта, заставляя друзей замереть от зависти и восторга. С восьмым жетоном она взяла страховочный пояс с веревкой и ножом, и на бегу застегивала его. На скалу лезла так, как восходят по знакомой лестнице. Выступы — опоры для ног и рук, словно, сами возникали для нее. На вершине Аринда задержалась на несколько секунд, пряча в грудной кармашек очередной жетон.

Злополучный парень все еще торчал на скале, вцепившись в камень побелевшими пальцами, и истошно блажил. В зале не было слышно звуков, но Кларт с Гадаром увидели, как Аринда легла на живот и что— то крикнула страдальцу. Потом, прикусив согнутый указательный палец, посмотрела на часы. Досадливо махнув рукой, перебежала левее и стала спускаться там, где застрял неудачник. Она добралась до него, окликнула, показывая влево и вверх. Но парень, похоже, уже ничего не соображал. Тогда Аринда сама размотала у него на поясе страховочный тросик, сцепила его со своим, и вновь стала что — то говорить. Испуганый парень не слушал и продолжал блажить. Все в зале замерли, впившись глазами в экран: что -то будет. Аринда, удерживаясь одной рукой за каменный выступ, закатила неврастенику две пощечины, прерывая истерику. Демонстративно замахнулась с плеча в третий раз, собирая пальцы в маленький и жесткий кулачок, и парень, наконец— то, поняв, что от него хотят, отцепился от скалы. Девушка спускала его вниз на страховочном поясе, понемногу стравливая веревку, и что— то кричала , видимо, успокаивая...

Как только ноги страдальца коснулись мелкой каменистой россыпи под скалой, он, почувствовав, что спасен, рванулся прочь, забыв отцепить страховку . Он, естественно, даже не вспомнил о своей спасительнице и теперь сдергивал ее с узкого козырька. Она пошатнулась, цепляясь за камень, выхватила нож и вонзила его в расщелину, создавая опору. И чудом успела расстегнуть страховочный пояс. Он змеей соскользнул вниз.

Аринда яростно сплюнула, осмотрелась. Под козырьком была отвесная, почти гладкая скала. Девушка коротко выдохнула, посмотрела вверх, потом вниз, потом на часы и стала спускаться чужим, неудобным, навязанным ей маршрутом, зажав нож в зубах. Со стороны она была сейчас похожа на черную гибкую ящерицу, распластанную на гладкой скале.. Она уже прошла больше половины опасного спуска, когда камень сорвался из— под ее ноги, и она повисла на руках, потеряв опору.

Дружное: Ах! у экрана. Все в зале сейчас болели за нее, начисто забыв о соперничестве.

Бесстрастная камера слежения показывала напряженное, искаженное гримасой лицо и побелевшие пальцы рук. Аринда нашла-таки опору для левой ноги и подтянулась. Отцепила правую руку, трижды сжала и разжала кулак, восстанавливая чувствительность онемевших пальцев. Спуск продолжался.

Вот, не найдя зацепки для пальцев, она загнала в трещинку нож, используя его как единственное страховочное средство. И снова оборвалась, оступившись, повисла на руках, ища ногами хоть какую— то опору. Увидела подходящий выступ и потянулась всем телом вправо, продолжая держаться на отвесной стене только при помощи ножа. Лезвие не выдержало, хрустнуло, и она полетела вниз с двенадцатиметровой высоты.

Аринда не растерялась, успела, извернувшись, скомпоноваться. И поэтому не хряснулась о камни спиной, а спрыгнула на ноги, и, завалившись набок, замерла.

Вот и всё. Доспорились.

Хотя никто не знал, были ли раньше смертельные случаи при прохождении полигона, всем стало невероятно жаль отчаянную девчонку. Но она приподнялась, потрясла головой и села, стирая со щеки кровь. Вытащила другую руку из мелкого щебня, отряхнула кисть и глянула на часы. Ужаснулась и рванулась, было, вперед. Но тут же присела, скривившись от боли, припав на правую ногу. Об острое ребро камня она разодрала штанину от колена вниз и ногу тоже. Она зажала рукой рану, останавливая кровь. Посидела чуток и, спотыкаясь, побежала дальше, подтаскивая ногу, то и дело, опираясь на руки.

Следили за ее прохождением, естественно, не только спорщики, но и приемная комиссия. В ее состав, как всегда, входили преподаватели Школы и капитаны нескольких звездолетов, стоящих сейчас в космопорту. Один из них прикинул затраченное девушкой время, довольно хмыкнул и четко произнес.

— Я делаю официальную заявку на эту девочку.

— Но она даже не дошла до конца полигона!

— Сейчас дойдет.

Тем временем Аринда благополучно перебралась через бурлящий речной водный поток. Хорошо хоть, что на предстоящих препятствиях скорость передвижения была не так важна. Отстрелялась точно. На пару секунд задержалась перед мишенью для метания ножей. И, так как ножа у нее больше не было, вздохнув, отправилась дальше, чтоб аккуратно и быстро проползти под заграждениями ко входу в темный лабиринт — последнее, четырнадцатое препятствие полигона.

Аринда забежала в комнату, где сидели члены приемной комиссии, прикусив нижнюю губу и заметно подволакивая правую ногу. Мокрая, с головы до ног перепачканная грязью и кровью, она высыпала на стол горсть разноцветных жетонов. Тринадцать из четырнадцати возможных.

Зед Нолис, молодой преподаватель, сам недавний выпускник этой же Школы, набирающий сегодня свою первую десантную группу, быстро подошел к ней. Он еще смущался, когда его собственное имя употреблялось с приставкой Зед, то есть — учитель.

— У тебя пока шестой результат из пятидесяти семи прошедших и восемь штрафных очков.

— Я знаю. Я сорвалась. И нож сломала.

— Зачем тебе было нужно снимать того парня? Его через десять минут сняла бы контрольная служба.

— Я не знала, что такая служба существует. И он так орал!

— Давай знакомиться. Я — твой будущий преподаватель. Меня зовут Зед Нолис. Я буду вести вашу группу.

Аринда. — морща нос от боли, представилась она.

Желая сделать будущей ученице приятное, Зед Нолис сказал доверительно:

— На тебя сделали официальную заявку. Зенднор. Вот он, стоит позади нас.

Аринда оглянулась через плечо, и грязное лицо расплылось в широченной улыбке.

— Зенднор! Я буду летать на «Аргоне»!