Обреченная ненависть - Вика Жукова

дура. И по такой мелочи мне звонить.

— А чем я тебе могу помочь?

— Можешь приехать к нашей школе. И открыть меня?

— Чего? — не понял я. Может хотела сказать встретить и проводить?

— Меня заперли в спортзале. В подсобке для мячей. Я не могу сейчас никому позвонить. Мне стыдно, что я в таком виде...

— А где же твой хороший парень? Или он принимал участие в прилюдном разоблачении?

— Вани не было. И дозвониться я не могу до него. Он обижен.

Так и знал что Ванек тюфяк.

— Сейчас приеду, — подскочил я, натягивая трусы. Девка на кровати зашевелилась, сладко потянувшись. Потянулась ко мне грациозной кошечкой.

— Мурчик, ещё рано. Идём бай, — схватила меня за трусы и потянула к себе.

Сопение в трубке прекратилось.

Недолгое молчание.

— Ты наверное занят. Прости. Было глупо набирать тебе...— извиняющимся тоном затараторила Лана.

— Это телевизор. Я фильм смотрю. Американский пирог. С гоблином. Видела?— оттолкнув за настырную башку Ленку, принялся одеваться.

— Нет.

— Вот и я не посмотрел до конца. Может вечером, вдвоем? — продолжая забалтывать, лишь бы не отключилась. Хорошая возможность доказать свою поддержку. Надёжность.

— Я не могу вечером. У меня собаки. И Аленка. Ещё ужин готовить, — судя по всему, та успокоилась.

— Я уже еду. Ты главное не плачь, Лана.

— Ладно, — кажется девушка не поняла, что я назвал ее ласковым именем.

Глава 12

Руся

Из головы вылетело. Я же не собиралась брать подарок Тима. Он вернул мой мобильный, а подарок явно перебор.

Или подкуп к своей персоне. «Смотри какой я транжира».

Неприятно, что люди так легкомысленно относятся к деньгам.

В школу решила пойти с ним. Все таки там уже все контакты, а на Ванин я не успела все записать.

Счастливое лицо мамы смотрело на меня с экрана. Лучезарная и до невозможности красивая, жизнерадостная.

Тоненький серебристый корпус, лёгкий, удобный. Попроще Ваниного, но тем лучше.

Несколько минут до начала урока.

Ваня наверное опоздает. Обычно в это время он уже треплется с ребятами.

Я не предала особое значение сегодняшнему спокойствию в классе. Подозрительно конечно, но может у ребят какой-то секрет, в который меня как обычно никто не посвятит, пока я не узнаю об этом от проговорившейся параллели.

Петров прошел мимо, мазнув по мне глазами. Серьезный какой. Наверное опять родителей вызывают, вот он и решил притихнуть.

Катя, Оля и Аля не переставая строчили смс, не общаясь друг с другом.

Как хорошо, что никто не донимает.

Даже промелькнула мысль, что возможно вчера меня увидели рядом с Тимуром, с цветами. Как мы мило беседовали, со стороны.

Выглядит прилично, серьезный с виду. Не со школы, опять же, вызывает интерес у девушек. Видела как на него посматривали проходящие мимо девушки.

Молодой, и брутальный красавец. Ещё и одевается со вкусом.

Изучая вчера вечером телефон, я не сразу поняла откуда появился контакт Кен.

А когда открыла и увидела фотографию Тима, поняла. Хитрец. Ещё и фотку удачную поставил. В черной водолазке, склонив голову, держит подбородок между большим и указательным. Зоркий взгляд, Копна русых волос зачесана на модную укладку.

Подумала, присмотрелась. А он действительно похож на кукольного Кена. Только у таких мальчиков и куклы соответствующие.

А ещё переименовал контакт Вини на «Матрешка». Странное сравнение.

Все занятия шли спокойно, ровно до физкультуры.

Последний урок. Сдача нормативов.

Я и несколько других завалили прыжки, поэтому остались перепрыгивать.

— Руслана, я тебя не узнаю. Ладно бы на подтягивании не справилась. А это? — физрук принялся подбадривать, пробегая весь путь разгона рядом со мной, ровно до планки.

— Умница. Но сама понимаешь, пятерку поставить не могу, — пошевелив усами, поставил в журнал плюсик.

Чтобы не терять время, решила что переодеваться не стану, а сразу домой.

Но как только я переступила порог женской раздевалки, на меня сверху обрушился поток прохладной грязной воды из-под мела.

Пронзающий слух хохот, сырость в белье.

Белые комковатые ручейки стекал с моих волос, превращая их в белоснежные сосульки.

— Что, Оракул. Этого ты не предвидела? — Алю пропусти вперёд из темного клокочещуго круга, образовавшегося вокруг меня.

Дверь за мной предварительно закрыли.

Следом в спину последовал толчок.

— Еще и деньги с нас взяла, овца, — послышался голос Петрова.

— Слышь, Акимова. Это называется крысятничество. Ты узнала важную информацию, получила на халяву ответы. А нам загнала. Мы же одноклассники, — девушка отступила от меня, фыркая, боясь испачкаться.

— Теперь понятно откуда у тебя пятёрки.

— Это не так, — попыталась оправдаться я, но язык не слушался.

Мне становится холодно. Капли стекают по шее и рукам, под прилипшей майкой.

— Значит так. Мы решили сообщить об этом в школьный совет, — припугнула Катя.

— Директору, дура. Чтоб и учителей наказали.

— Не надо, — слова мои дрожали в такт телу. — Я верну деньги.

— Нет, это не поможет. — Аля склонила лицо, с отвращение глядя на мое унизительное положение. — Ты теперь будешь все контрольные за нас делать. Иначе..

— Ты прикинь какие проверки начнутся!? — радовался непонятно чему Петров.

— И хрен тебе, а не золотая медаль, Акимова.

— Выбирай. Мы рассказываем о твоей махинации или...

— Ты будешь учиться за всех нас, — подала голос Оля, скрестив руки.

— Хорошо, — прошептала я, обнимая себя руками, чтобы согреться.

— Умная девочка, — Аля хотела похлопать меня по плечу, но передумала.

Господи. Что же я наделала!?

Я же просто хотела чтобы все было по честному. Ведь это из-за Кати и Оли я упала. Это из-за них я разбила стекло. И карпа.

Они должны были ответить за свою шутку.

Зря я все. Зря. Дура. Реально дура.

Одноклассники не торопясь вышли из раздевалки, прикрыв дверь.

Мне нужно срочно в душ и переодеться, но я сдвинуться не могу.

Страх, боль, отчаяние. Разочарование в самой себе.

Вот это я влипла.

Паника накрыла меня с головой. Я начала задыхаться.

Привалившись спиной к стене, всхлипывала, пуская из глаз слезы.

Посреди раздевалки белая лужа, ведущая размазанным следами ко мне.

Скоро должна прийти уборщица. Мне нужно уйти.

Мне нужно придумать, что теперь делать.

Как же страшно.

Переодевшись как могла(а в раздевалке нет душевых), умылась, сунула сырые вещи в пакет.