Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Обменявшись с взглядами, они с Готреком одновременно воскликнули:

— Хранилище!

Адольфус стоял у входа в хранилище. Дверь была большой, очень крепкой и могла, наверно, удержать группу людей с тараном. В этих проходах нет места, чтобы даже размахнуться. Несколько мощных чар на двери служили для нейтрализации заклинаний открывания и отмыкания замков. Адольфус сомневался, что сможет преодолеть эту магию. Он был весьма знающим магом, но не особенно сильным. Графиня, к примеру, была гораздо сильнее. Что изменилось бы, имей он талисман.

В данных обстоятельствах ему не требовалось быть могущественным магом. Созданные гномами замаскированные вдавливаемые панели могли бы обмануть глаза многих, но не его. В темноте он видит лучше кого — либо из людей, гораздо лучше. Даже хитроумно замаскированные в кладке щели в волос толщиной были столь же заметны ему, как края булыжников мостовой были бы видны смертному.

Адольфус вытащил свой кинжал и провёл его лезвием по ближайшей щели в кладке. Раздался щелчок и камень скользнул в сторону, открывая под собой вдавливаемую панель. Нажав её, Кригер был вознаграждён ещё одним щелчком, подсказавшим, что проход частично открыт. Он повторил эти действия с другой стороны двери. Теперь остался лишь основной замок на самой двери. К счастью, у него на сей случай было простое решение. Он тщательно подготовился.

Сунув руку за пазуху камзола, он бережно извлёк два приготовленных ранее сосуда. Кригер улыбнулся. Возможно, он не самый величайший из чародеев, но обладает внушительными познаниями в алхимии, которые совершенствовал на протяжении столетий. Смешав содержимое обоих сосудов, он получит мощное едкое вещество, способное за короткий срок разъесть цельный металл.

Он осторожно налил немного жидкости на поверхность вокруг замка. Когда зелёная жидкость встретилась с красной, появился едкий химический запах. С шипением и клокотанием металл замка начал плавиться, словно снег под солдатской струёй.

Уже очень скоро талисман окажется в его руках.

— Что это было? — нервно спросил Андриев.

Ульрика посмотрела вверх. Она тоже услышала странный булькающий звук. Несколькими минутами ранее они оба слышали слабое пощёлкивание, словно кто — то ковырялся в замках. Ульрика лишь могла надеяться, что это вернулся Феликс с остальными. Но почему — то ей не верилось.

— Не знаю, — ответила она.

Ноздрей достигла слабая вонь ядовитых химикатов. Она помнила вонь алхимического огня, но то был не он. Она принюхалась снова. Запах шёл со стороны двери. Теперь Ульрике показалось, что она также слышит слабое шипение.

— Снаружи кто — то есть. Я думаю, они пытаются войти, — сказала она, становясь с мечом в защитную стойку.

Андриев крепче сжал своё оружие. На их глазах дверь начала подаваться внутрь, словно уступая медленной и непреодолимой силе, вроде движения ледника.

— Кто бы там ни находился, это не человек, — заметил Андриев.

Ульрика вздрогнула. Ей слишком уж отчётливо вспомнились рассказы Феликса о его столкновениях с демонами. Что же такое Адольфус Кригер прислал за талисманом?

Осторожно избегая места, где всё ещё пузырилась разъедающая жидкость, Адольфус нажал на дверь со всей силы. Он был гораздо сильнее любого из людей и знал, что через несколько мгновений ослабленная дверь поддастся. Можно было просто дождаться, пока кислота доделает свою работу, но он чувствовал, что время на исходе. Позади него звуки сражения стихли. Это могло означать, что его послушным орудиям удалось перебить защитников, однако Кригер почему — то испытывал сомнения. Гораздо вероятнее, что Истребители уже идут за ним. Адольфус не собирается рисковать и сражаться, если сего можно избежать, особенно сейчас, когда он близок к своей цели.

Он слышал звуки голосов за дверью. Один принадлежал Андриеву, второй — молодой женщине. Долго им против него не выстоять.

Феликс нёсся по дому, сомневаясь, что его действия разумны. Ноги у него длиннее гномьих, бегает он гораздо быстрее, и поэтому значительно их опередил. А что если в доме ещё остались околдованные бойцы? Что если он в одиночку наткнётся на чародея? Эта встреча, скорее всего, станет смертельной, если только Феликс не застигнет того врасплох. Он не питал иллюзий, чем может закончиться любое противостояние между ним и опытным волшебником.

С другой стороны, Ульрика в опасности и, несмотря на их взаимоотношения, ему не хотелось, чтобы она хоть как — то пострадала. Она могла быть высокомерной, властолюбивой, непостоянной, заблуждающейся гордячкой, но он не хотел её смерти. По правде говоря, Феликс удивлялся глубине своих чувств сейчас, когда знал, что Ульрика в опасности. «Никуда они пока не делись», — печально подумал он.

Феликс достиг лестничного спуска и остановился. Снизу до него доносился скрежет раздираемого металла. Звук был такой, словно вход в хранилище сломался под действием мощной силы. Феликс уверял себя, что такое невозможно — дверь выдержит и осадное орудие. Но находящийся внизу мужчина является чародеем. Кто знает, на что тот способен? Возможно, наложенные на хранилище чары не так уж сильны, как утверждал Макс, или чародей оказался гораздо более могущественным, чем они ожидали. Не очень — то обнадёживающая мысль.

Феликс прислушался, желая разобрать что — либо ещё. Он надеялся услышать, как приближаются Готрек и Снорри Носокус, но без толку. Он слышал, как их сапоги грохочут по каменному полу. Феликс смог услышать, как Ульрика неразборчиво прокричала какой — то вызов, но ответный шёпот оказался слишком тих, чтобы его разобрать. А затем внизу наступила зловещая тишина.

«Лучше пойти и приготовиться к худшему», — подумал Феликс. С неохотой спускаясь вниз по ступенькам, он думал: «Возможно, это Готрек будет тем, кто напишет о моей героической кончине».

Ульрика наблюдала, как дверь взрывается внутрь. Камень проскрежетал по камню. Она ожидала увидеть толпу воинов с тараном небольших размеров или мага в ослепительном сиянии энергии. Вместо этого она увидела высокого, величественно выглядящего человека, одетого в модный наряд. В ножнах на его боку висел меч. В нём была какая — то сверхъестественная грация, которая ассоциировалась скорее с акробатом, чем с чародеем. Он смотрел на неё, не делая угрожающих движений.

— Если ты умеешь пользоваться тем мечом, чародей, предлагаю тебе его достать. Ненавижу убивать безоружных.

К её удивлению он улыбнулся, обнажив сверкающие белизной зубы. Глаза, встретившие её взгляд, были тёмными и пронзительными.