Состоятельная женщина. Книга 1 - Барбара Брэдфорд

Адам вытащил носовой платок и вытер свое взмокшее закопченое лицо. Потом развернулся, услышав шум колес въезжающей во двор повозки. Из вплотную подъехавшей двуколки быстро выпрыгнул Клив Малкольм с саквояжем в руке. Он бросил поводья своей жене Вайолет, сопровождавшей его. Вслед за двуколкой во двор легким галопом въехал Эдвин.

Адам мрачно показал на контору:

– Харт очень плох, Клив. Сделай все, что сможешь.

– Других пострадавших нет? – крикнул Клив на бегу, пересекая двор.

– У нескольких человек небольшие ожоги и одного задело краем рухнувшей крыши. Ничего особо серьезного, насколько я смог выяснить. Сначала иди к Харту. Эдвин, проводи доктора и миссис Малкольм. Посмотри, сможешь ли чем-нибудь им помочь.

Адам закашлялся. Его легкие были полны дыма, и от этого у него кружилась голова. Он с тревогой посмотрел на рощу. Рабочие уже добились определенного успеха и останавливали огонь, не давая ему распространиться. Хотя кустарник все еще горел, деревья, ведущие к деревне, остались нетронутыми. Искры носились в воздухе и падали на уже очищенную узкую полосу, как и предвидел Адам. Их тут же тушили, заливая водой, которую без остановки подносили в ведрах.

Оглядываясь вокруг и оценивая, насколько поврежден склад, Адам раздумывал о неожиданных порывах ветра. Он взглянул на небо.

– Проклятие, почему нет дождя? – ворчал он сердито.

Он еще раз посмотрел на затянутое тучами небо, читая про себя молитву. К нему подбежал Уилсон.

– Я думаю, мы уже держим все под контролем, сквайр. Не думаю, что фабрике теперь что-нибудь угрожает, – он уставился на Адама, и улыбка пробежала по его чумазому лицу. – О Господи, сэр, я думаю, сейчас пойдет дождь. На меня только что капнуло.

И Уилсон оказался прав: начал накрапывать дождь. Впервые в жизни Адам Фарли желал, чтобы с небес хлынул потоп, заливая все мощными струями, чтобы он вымочил и всех людей, и потушил тлеющий склад и кустарник в роще. Работники оторвались от своих дел и, все как один, повернулись к Адаму. Их голоса слились в одном торжествующем крике.

– Мы все бранимся и ворчим на эту проклятую погоду на пустошах, сквайр; но этот чертовский дождь – дар божий, – прокричал Эдди, один из старших рабочих.

Адам ухмыльнулся:

– Я и сам не смог бы сказать лучше, Эдди.

Эдди подошел к Адаму, стоявшему рядом с Уилсоном:

– Не возражаете, если я пойду навещу моего товарища, Джека Харта, сэр? Может, я чем-нибудь смогу помочь врачу.

– Да, Эдди. Иди, пожалуйста. Я и сам иду туда. – Адам положил руку на плечо Уилсона. – Думаю, вы тут легко управитесь. Судя по тучам, это не короткий летний дождичек.

– Согласен, сэр. Я раздам людям багры и лестницы. Мы можем начать расчистку пожарища. – Уилсон бросил взгляд на почерневшие и обуглившиеся развалины склада, все еще тлевшие и дымившиеся под проливным дождем. – Нам повезло, сквайр. Еще как.

Адам кивнул.

– Мы поговорим об этом позже, Уилсон. – Его глаза сузились. – Я только не возьму в толк, откуда взялось это проклятье с самого начала. – Уилсон ответил Адаму таким же твердым взглядом, но промолчал.

Прежде, чем уйти в контору, Адам собрал людей у пожарища.

– Я хочу поблагодарить вас за то, как вы взялись за дело, с таким мастерством и самообладанием. Да еще с таким мужеством. Все вы получите прибавку к зарплате на следующей неделе, как выражение моей самой искренней благодарности. Вы спасли фабрику, а заодно и деревню. Я этого не забуду.

Кто-то из мужчин осклабился, другие коснулись рукой лба в коротком приветствии, остальные закивали. Все бормотали слова благодарности. Один из них выступил вперед и сказал:

– Нам больше ничего не оставалось делать, сквайр, и что с того? Это же, так сказать, тоже наша фабрика. Да и вы неплохо себя показали, если позволите мне так сказать. Я думаю, выражу общее мнение, если скажу, что вы – хозяин что надо, сэр.

Намек на улыбку проскользнул во взгляде Адама.

– Спасибо, Альфи. – Он сердечно кивнул и ушел.

Адам застал Клива Малкольма в заботах о Джеке Харте. Эдди стоял у окна и тихо разговаривал с Эдвином.

– Как он? – спросил Адам, стоя в дверях. Клив обернулся и нахмурился:

– Неважно. Но я думаю, что с ним все будет нормально, Адам. Он страдает от шока, конечно, да еще серьезные ожоги на спине, плечах и бедрах. Ожоги третьей степени. Я делаю все возможное, чтобы облегчить его мучения, а потом я должен переправить его в долину, в больницу и как можно скорее. Мне понадобится ваша коляска, Адам, тогда я смогу его положить. Я полагаю, Эдвин мог бы поскакать в усадьбу и срочно прислать с ней Тома Харди. Положение Харта действительно серьезное. У меня даже нет инструментов и лекарств, чтобы эффективно лечить его. Я обязательно должен отвезти его в больницу.

– Я тотчас пошлю Эдвина. – Адам наклонился к сыну: – Поезжай, мой мальчик, и поторопись. Мы не можем терять ни минуты.

– Да, сэр, – ответил Эдвин и вышел.

– Клив, а где остальные? И как дела у них?

– Вайолет занимается ими в кабинете Уилсона. Они не слишком пострадали. Ожоги первой степени. Через денек-другой они будут в полном здравии.

– Джек Харт будет жить? – спросил Адам, устало садясь за свой стол. Лицо его было напряжено.

– Да, я так считаю. Но, правду говоря, это нелегко сказать. Я до сих пор не знаю, есть ли внутренние повреждения. Эдвин сказал мне, что на Харта упала одна из крупных балок. Но он также надышался дымом и опалил жаром легкие. Вероятно, у него уже коллапс одного легкого.

– О Боже мой! – воскликнул Адам, закрывая рукой глаза. – Вы не слишком-то обнадеживаете.

– Он сильный человек, Адам. Я надеюсь, мы сможем его вытащить. – Улыбка Клива была полна сочувствия. – Постарайтесь успокоиться, старина. В конце концов, это не ваша вина. Вам еще повезло, что пострадавших так мало.

Адам тяжело вздохнул:

– Я знаю. Но вполне могло так случиться, что на его месте лежал бы Эдвин, Клив. Знаете, ведь он спас жизнь моему сыну. Рискуя своей собственной. Он проявил такое мужество и бесстрашие Я никогда этого не забуду. Он не испугался и не думал о себе. – Серо-синие глаза Адама сузились и он затряс головой. – В этом мире найдешь не много таких людей, как Джек Харт.

Клив выпрямился, его сопереживающий взгляд замер на лице Адама.

– Я знаю. Он всегда немного отличался, так ведь? Но мы поборемся за него, Адам. Я обещаю вам это.

– Все медицинские счета перешлите мне, Клив, на Харта и остальных. И распорядитесь, чтобы в больнице ему обеспечили самый лучший уход. Не жалейте расходов и не кладите его в общую палату. Пусть у него будет отдельное помещение и все остальное, что ему необходимо.

Раздался негромкий стук в дверь.