Ночная смена - Dok

Седьмое — после вторых суток с постоянным нарастанием увеличивается количество инфекционных заболеваний — как желудочно-кишечных, так и респираторных. Разумеется, это требует немедленных и четких действий — в первую очередь по изоляции таких больных не только от здоровых — с учетом уже страдающих от обострения хронических заболеваний в данном случае термин «здоровых», как вы понимаете, означает «не болеющих еще инфекционными заболеваниями» — но и во избежание микст — инфицирования. То есть требуется отдельно содержать больных с ЖКИ и отдельно — с респираторными инфекциями, мало того — перевязочные для них тоже должны быть разными и, разумеется, очень важно соблюдать сан-эпидрежим и проводить дезинфекцию.

Восьмое — в первую неделю наблюдается большое количество преждевременных родов и выкидышей, в связи с чем беременным надо оказывать особое внимание.

Девятое — и последнее — после четырех дней начинается всплеск анаэробной инфекции — с максимумом на 6 день. Это связано со сроками инкубационного периода данных возбудителей.

Есть ли вопросы?

Вопросы есть — несколько человек поднимают руки. Лектор тычет пальцем.

— Скажите, почему у нас достаточно много больных с ОЖКИ, но практически нет с респираторными? Банальных насморков нет, не то, что ОРВИ.

— Возможно, это связано с тем, что у вас лучше поставлена профилактика ОРВИ?

— Нет, это у всех так.

— Тогда пока не могу вам сказать. Могу заметить, что у меня тоже прошел насморк не за неделю, а за день…

— Какие психогенные реакции на Ваш взгляд стоит иметь в виду?

— Наиболее опасны экстрапуитивные — с немотивированной агрессией в отношении окружающих, интрапуитивные — с аутоагрессией — всплеск суицидов все отметили — и импуитивные — беспорядочное и бессмысленное бегство, в том числе и в сторону угрозы.

— То есть рост бандитизма и хулиганства — из-за реактивных состояний?

— Отчасти — да. Как сейчас было принято говорить у молодежи — «крыша едет». Но и, безусловно, играет свою роль и ослабление репрессивного государственного аппарата, вызванное катастрофой.

— Скажите, пожалуйста — а отсутствие реакции на речь у пациентов — у нас сейчас несколько таких — насколько обратимо?

— Вы, вероятно, говорите о пациентах с аффектогенным ступором? Безразличны к окружающему, взгляд в одну точку, редко моргают?

— Да.

— Пройдет в течение недели. Такое возможно и в случае фугиформных реакций — но там наоборот имеет место двигательная буря — совершенно бессмысленное бегство или такие же нелепые с точки зрения логики попытки спрятаться.

Доходит очередь до меня, встаю, представляюсь и спрашиваю:

— У нас был случай, когда боец открыл хаотический огонь с колокольни по совершенно посторонним людям. Если считать это случаем реактивного психоза — то почему он развился не в первый же день катастрофы?

— Я слышал про этот инцидент. Но здесь, как мне кажется, был скорее реактивный параноид или как его еще называют параноид языковой изоляции. Там ведь человек оказался в чуждой языковой среде, испытал дополнительный стресс — поэтому характерные для параноида убежденность в наличии врагов, бред преследования, галлюцинации и тревожно мнительные черты характера обусловили такую реакцию. А развивается параноид не так быстро.

— А что за дополнительный стресс Вы имели в виду?

— То, что принято называть боевыми стрессовыми расстройствами или боевой усталостью — когда потрясение увиденным, получение ранее невозможных впечатлений, ощущение своей беззащитности и повышенной уязвимости, наличие постоянной угрозы, да еще на фоне недосыпа и недоедания, несоответствие всего виденного этическим надстройкам и чувству долга превышает барьер психической адаптации.

— Так боевая усталость значит, у всех нас есть?

— В той или иной степени — да. Безусловно.

— Ясно, спасибо…

Остается переварить информацию…

Сажусь. Братец пихает меня в бок и ехидничает:

— Вот война — а ты уставший!

— Да ну тебя…

Разговорчики в зале, достигшие уже заметного уровня шума, затихают, когда появляется наша Кабанова. По-моему она еще пополнела. И мне кажется — что похорошела, хотя обычно беременные наоборот дурнеют.

— Наша лаборатория пока не может похвастаться серьезным прорывом в понимании того, что же все-таки стряслось. Поэтому не буду писать вилами по воде и ограничусь той информацией, которая может быть полезной.

Проведенный эксперимент еще недостаточно информативен, но, судя даже по тем данным, которые нами получены, можно сделать первые выводы о причинах странной водобоязни зомби.

Утопленные лабораторные животные, обратившись, старались изо всех сил выбраться из воды. При этом отмечено, что у зомби мацерация кожных покровов проходит быстрее, чем обычно. Отслоение эпителия — также протекает ускоренно. То же относится и к облысению — в норме не раньше чем через месяц, а в ходе эксперимента уже на третий день — полная потеря шерсти. Но самое интересное — гистологически обнаружено очень быстрое образование жировоска в организме находящихся в воде лабораторных животных. В обычных условиях жировоск образуется минимум через 3–4 недели. В наших экспериментах такое было заметно на третьи сутки. При комнатной температуре воды!

Объяснить причины столь раннего образования жировоска не представляется возможным. Но можно сказать точно — зомби крайне отрицательно относятся к этому. Не вполне понятно, как работает организм зомби, но жировоск вероятно обездвиживает их и ослабляет.

— То есть Вы хотите сказать, что старый постулат: «гнилостные изменения при пребывании трупа в течение недели на воздухе будут такие же, как через две недели в воде и через восемь недель в земле» в данном случае не работает, и разложение идет в воде гораздо быстрее? — неожиданно басит сидящий рядом со мной братец.

— Не совсем так — речь идет не вполне о разложении. Во всяком случае, не в полном объеме этого процесса. Должна отметить, что биохимия зомби разительно отличается от привычного нам цикла Кребса. Пока можно уверенно сказать, что у зомби резко выраженный ацидоз — в связи с чем и ощущается резкий запах ацетона, но это пока и все, что можно сказать.

— Так что, зомби вообще боятся воды?

— Нет. Им не нравятся большие объемы воды. Водяная пыль, или дождь совершенно их не пугают. А вот купаться и тем более жить в воде у них, скорее всего не получится.

— Так значит зомби можно распугивать водометами и пожарными машинами?

— Возможно, что и так, но здесь я некомпетентна.