Боевой клич свободы. Гражданская война 1861-1865 - Джеймс М. Макферсон

Макклеллана не задалась. Потеряв уверенность в своем командующем, Линкольн урезал его полномочия. 8 марта он назначил четырех корпусных командиров Потомакской армии, выслушав мнение комитета по ведению войны, но не посоветовавшись с Макклелланом. Три дня спустя он сместил Макклеллана с поста главнокомандующего, оставив за ним только командование Потомакской армией. Линкольн оправдал этот шаг заявлением о том, что обязанности Макклеллана как командира экспедиционного корпуса будут отвлекать его от управления другими театрами военных действий. Хотя объяснение было резонным, это свидетельствовало о сомнениях президента в отношении Макклеллана. 11 марта президент также создал новый западновиргинский фронт во главе с генералом Фримонтом. Давление республиканцев вынудило Линкольна пойти на этот шаг и отдать важный командный пост противнику рабства. Три недели спустя под этим же давлением президент передал Фримонту одну из дивизий армии Макклеллана.

Впоследствии президент забрал у Макклеллана еще несколько дивизий, так как убедился, что генерал оставил для защиты Вашингтона совсем не столько сил, сколько обещал. Разночтения в документах сбивают с толку историков, пытающихся докопаться до истины. По уверениям Макклеллана, он оставил для защиты столицы 73 тысячи человек, Линкольн же насчитывал только 29 тысяч. Видимо, Макклеллан посчитал некоторые соединения дважды и включил в число защитников столицы армию Натаниэла Бэнкса, стоявшую в долине Шенандоа. Макклеллан был прав, считая, что мятежники не собираются наносить удар по Вашингтону, а даже если и соберутся, дивизии Бэнкса успеют вовремя прикрыть столицу. Но будучи раздражен вмешательством гражданских лиц, Макклеллан не сумел объяснить Линкольну свое мнение относительно обороны столицы. Забота Линкольна о безопасности Вашингтона была, пожалуй, чрезмерной, но если бы мятежники и правда угрожали городу, то президент, в глазах северян, был бы виноват в преступном небрежении долгом.

Тревога Линкольна была небеспочвенной, учитывая столкновение в долине Шенандоа, произошедшее 23 марта. Командующим небольшой армией конфедератов в долине был «Каменная Стена» Джексон. Его задачей было время от времени тревожить Бэнкса в районе Уинчестера, связывая его силы. Когда Джексон узнал, что две из трех дивизий Бэнкса все же готовы к отправке, он атаковал те части, которые, по его мнению, составляли арьергард армии северян, у Кернстауна (к югу от Уинчестера). 4200 мятежников вместо схватки с небольшой группировкой столкнулись с полной дивизией в 9000 человек и понесли большие потери. Тактическое поражение Джексона при Кернстауне (и очередная неудача конфедератов этой безрадостной весной) внезапно обернулось важным стратегическим успехом. Рассудив, что Джексон не решился бы на атаку, если бы не имел достаточно сил, Линкольн отменил переброску дивизий Бэнкса. Более того, обнаружив в это самое время несоответствия в численности войск, оставшихся в Вашингтоне и на подступах к нему, президент также приказал крупному 35-тысячному соединению Ирвина Макдауэлла оставаться в Северной Виргинии. В результате этих событий Макклеллан лишился трети своей 150-тысячной армии на полуострове.

Разозленный Макклеллан впоследствии обвинял администрацию в том, что она не желала ему успеха, так как он был демократом. Это не имело ничего общего с реальностью: на самом деле республиканцев раздражало явное нежелание генерала вести наступательные действия. В течение первой недели апреля около 55 тысяч солдат Макклеллана подошли к линии обороны конфедератов близ поля битвы времен Войны за независимость в Йорктауне. Здесь, за рекой Уорвик, окопались менее 13 тысяч мятежников под командованием Джона Магрудера. Макклеллан не решался атаковать, полагая, что основательность вражеских укреплений приведет к слишком большим потерям. «Принц Джон» Магрудер сделал все от него зависящее, чтобы поддержать такое убеждение «молодого Наполеона». Будучи актером-любителем, он устроил Макклеллану театральное представление. Его пехота постоянно маневрировала в разных направлениях, а артиллерийские батареи с шумом переезжали с места на место, чтобы создать впечатление гораздо большей численности войск, чем у него было на самом деле. Замысел Магрудера полностью оправдался: Макклеллан пришел к выводу, что может взять Йорктаун только в результате осады. Эта новость чрезвычайно раздосадовала Линкольна: «Я полагаю, будет лучше атаковать позиции врага… немедленно, — телеграфировал Макклеллану президент. — Из-за вашей задержки враг может с выгодой использовать время». Линкольн пытался донести до Макклеллана и растущие сомнения республиканцев в его лояльности: «Вам крайне необходимо нанести удар… Общество не замедлит расценить (да и уже расценивает) эти колебания атаковать окопавшихся мятежников как повторение Манассаса… Я никогда еще не писал вам… ни с большим участием, чем сейчас, ни с большим стремлением оказать вам поддержку… Но вы обязаны действовать»[792].

Макклеллан бездействовал. Вместо этого он написал своей жене, что если Линкольн так хочет прорвать оборону мятежников, то «пусть приезжает и делает это сам». Генерал, жалуясь на свое тяжелое положение, когда «с одной стороны мятежники, а с другой — аболиционисты и прочая сволочь»[793], постепенно разворачивал осадные орудия и подвозил военных инженеров. Неделя проходила за неделей, а союзная артиллерия все готовилась выбить южан из их окопов с помощью мортир и 200-фунтовых пушек. Линкольна ввергало в отчаяние такое «бесконечное промедление». Как он и опасался, конфедераты использовали отсрочку, перебросив всю армию Джонстона на полуостров.

Осмотр укреплений Йорктауна убедил Джонстона в том, что позиции безнадежно слабы: «Все, за исключением Макклеллана, уже давно бы атаковали»[794]. Джонстон советовал отойти по всему фронту на заранее подготовленные позиции неподалеку от Ричмонда, но Джефферсон Дэвис и Роберт Ли отвергли это предложение и приказали Джонстону защищать Йорктаун до последнего вздоха. Роль Ли в этой кампании возрастала пропорционально падению уверенности Дэвиса в Джонстоне. В марте президент отозвал Ли из Саванны и перевел его в Ричмонд в качестве своего рода помощника главнокомандующего. Джонстон стоял под Йорктауном до начала мая, пока не узнал, что Макклеллан собирается громить его оборону с помощью осадных орудий. Не дожидаясь этого, в ночь с 3 на 4 мая Джонстон снялся с лагеря и отошел к северу. Дэвис был так же раздосадован очередной уступкой, как и Линкольн, потерявший целый месяц в ожидании взятия этих укреплений. 5 мая сильный арьергард конфедератов под командованием Джеймса Лонгстрита дал заградительный бой у Уильямсберга, столицы колониальных времен. Потеряв 1700 человек убитыми и ранеными, мятежники выбили из строя 2200 северян, задержав преследовавших федералов и позволив остальной части армии беспрепятственно уйти с артиллерией и обозами.

Частые дожди затрудняли ведение боевых действий в апреле, но в мае дожди только усилились, и армии увязли в грязи. Единственные значительные события происходили на воде. С отходом Джонстона Норфолк и расположенная там морская база не могли чувствовать себя в безопасности. Перед эвакуацией конфедераты уничтожили все, что представляло военную ценность, включая броненосец «Виргиния». «Монитор» вел флотилию из пяти канонерок вверх по реке Джемс. Их