Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Он чувствовал себя немного заторможенным. Адольфус знал, что намедни существенно перебрал с едой, а значительный избыток крови для него столь же плох, как и её недостаток. Голова болела. Мысли разбегались, и было сложно сосредоточиться. Кригер гадал, дело тут в испорченности какой — то крови из той, что он пил, или он стал жертвой какого — нибудь не проявляющегося явно безумия, которым столетия существования иногда награждали его собратьев. Однажды, будучи молодым и отчаянным, он выпил кровь мутанта, чьи вены были поражены искривляющим камнем. Тогда у него возникли похожие ощущения, хотя и близко не столь неприятные.

Было сложно сконцентрироваться. Глубоко внутри разгоралась ярость. Адольфус чувствовал потребность рвать и кромсать, найти жертву и убить её лишь жажды убийства ради. Он старался взять себя в руки. Такое ему не нужно, не сейчас, когда на кону стоит столь много, и талисман, который он так долго и упорно разыскивал, почти у него в руках. Ему необходимо сохранять рассудок на случай, если остальные почуют, что он собирается сделать. Если графиня или какой — либо другой представитель Совета Древних прознает о его местонахождении и догадается о его цели, всё может пойти прахом. В конце концов, им, как и самому Кригеру, также известны пророчества Носферату, даже если не хватает смелости попытаться их воплотить. Нет, он не может позволить себе оплошность.

Может ли такое быть, что он сам желает себе провала? За своё долгое существование Кригер повидал немало странностей. Он знавал некоторых своих собратьев, которые пускались в долгие странствия, чтобы поддерживать в себе мотивацию и интерес, но позволяли себе сойти с тропы и угаснуть, как только достигали своих целей. Возможно, какая — то его часть желала избежать подобной участи.

Почувствовав, что за ним наблюдают, Адольфус позволил своей чувствительности сферически распространиться наружу. Позади слышались мягкие шаги. Он почувствовал только двоих, и они находились не слишком близко. Вероятнее всего, это разбойники, причём отчаянные, чтобы выйти на дело в ночь, подобную этой. Адольфус ускорил шаг. На этот вечер у него намечены дела, и Кригер не желал, чтобы ему помешали. Он слишком много времени потерял на переговоры с упрямым стариком. Время переходить к более прямым методам. Адольфус отправил своего слугу Роча созвать свиту. Ему пришлось пойти на такой риск, и дело плохо, если об этом узнают агенты Совета. Время выходит. Ему нужно позаботиться о других вещах. Кригер хотел найти Глаз до того, как им полностью овладеет безумие. Возможно, он сможет преодолеть его последствия, заполучив талисман. А если безумие является воздействием этого проклятого города, то чем быстрее он его покинет, тем лучше.

Кригер заметил, что лишь только он прибавил скорость, то же сделали и преследователи. Он покачал головой, стараясь побороть побуждение развернуться и порвать их в клочья, как зверь свою добычу. «Тихо, — уговаривал он себя. — Сохраняй спокойствие. В этом нет необходимости». Но зверь, поселившийся на задворках его разума, твердил иное: «Те люди глупцы и заслужили смерть. Как оскорбительно, что подобные скоты осмеливаются его преследовать. Их законная роль быть жертвой, а не хищником, и ему следует показать им ошибочность их поведения».

Кригер замедлил шаг. Теперь его преследователи решились. Они приближались, не снижая темпа. Как хорошо ему знакомо это ощущение. Решение принято. Время подобраться для смертельного удара. Адольфус ждал до последнего мгновения, прежде чем развернуться к ним. Двое мужчин, как он и определил. Среднего роста. Закутанные в плотные накидки. Зоркие глаза Кригера подметили каждый стежок на заплатах. Лица горят решимостью. В руках блестят длинные ножи. Они не намерены проявлять милосердие. Они собираются его убить и забрать его имущество, ну, так они думают.

Адольфус даже не побеспокоился достать свой меч. Он знал, что тот ему не понадобится. По сравнению с ним люди двигаются ужасно медленно. Когда первый подошёл к нему, Адольфус легко уклонился от неуклюжего выпада своего противника, вытянул руку и схватил того за горло. Один быстрый рывок и шея мужчины сломана. Адольфус почувствовал, как под пальцами хрустнули позвонки, и увидел, что свет меркнет в глазах мужчины. Напарник грабителя пока даже не заметил, что произошло, а Адольфус не собирался дать ему на это время.

Кригер решил показать этому глупому смертному смысл понятия „ужас“. Он ударил того рукой. Удар был столь силён, что кулак пробил плоть и глубоко проник в брюшную полость мужчины. Адольфус почувствовал вокруг своей руки мокрые липкие органы. Со сноровкой, которая вырабатывается лишь столетиями, он вытянул и сжал свои пальцы. Что — то хлюпнуло и, когда он это вырвал, раздался странный булькающий звук.

Мужчина лишь тогда начал кричать, когда Адольфус выставил кусок плоти перед его глазами. Грабителю понадобилось несколько секунд, чтобы опознать в том куске свою печень.

«В нездоровом месте проживает охранник», — подумал Феликс. Что бы Андриев не говорил о том, как он щедро платит своим стражникам, тут деньги явно пошли не на аренду. Дом был старым. Пока они поднимались по улице, за ними следили блестящие глаза крыс. Феликс невольно вспомнил скавенов, с которыми повстречался в Нульне. Дверь на частично сломанных петлях распахнулась со скребущим звуком трущегося о камень дерева. Место пропахло дешёвым маслом для жарки, вонью ночных горшков и множества людей, скученных на небольшой территории. «Возможно, до осады дела обстояли лучше, пока многие люди не лишились жилищ», — думал Феликс, сомневаясь при этом. Здание выглядело так, словно уже давно пришло в упадок.

Войдя, он обнаружил, что за ними следят не только глаза грызунов. На них уставилась пожилая женщина.

— Чё вам надо? — требовательно спросила она резким свистящим голосом, напомнившим Феликсу крик попугая.

— Мы разыскиваем Хенрика Глассера, бабуля. Не знаете, где его можно найти?

— Он вам тоже денег должен, а? И я тебе не бабуля!

— Нет. Мы лишь хотим с ним поговорить.

— Не похожи вы на тех, кто приходит просто спокойно поговорить, да и Хенрик не тот тип, с кем можно посудачить.

— Просто скажи нам, карга, где его найти, и не нарывайся на грубость, — произнёс Готрек.

Голос его прозвучал даже суровее обычного. У старухи был такой вид, словно та собирается высказать какую — нибудь колкость, но брутальная внешность и единственный безумный глаз Истребителя заставили её передумать.

— Вверх по лестнице, этажом выше. Левая дверь, — сказала она и скрылась в каморке под лестницей гораздо быстрее, чем оттуда появилась.