Том 6. Наука и просветительство - Михаил Леонович Гаспаров

окончательной, потому что стихотворение со словом «сеновал» вначале шло первым. Это еще ничего; а вот когда стихи Ахматовой и Блока в «Любви к трем апельсинам» переставили, чтобы не он, а она любезничала первой, это уже имело концептуальные последствия.

Перестановка слагаемых П. Богатырева спросили, какой был Н. Трубецкой. Он расплылся и сказал: «Настоящий аристократ!» А в чем это выражалось? Он подумал и сказал: «Настоящий демократ!» (Рассказывал В. Н. Топоров.) Поддается ли этот парадокс перестановке слагаемых? Хотелось бы.

Перестройка Янин рассказывал в РГНФ: в издательстве «Энциклопедия» от историков потребовали, чтобы в статье «История» не упоминались ни Маркс, ни Гегель, ни феодализм и вообще ничего позже Ключевского. Историки всей редакцией подали в отставку, только это и подействовало.

Перечап называется точка опоры на равновесе весов (Даль).

Пермь Пустому месту приказали быть городом, и оно послушалось, только медленно (Вигель).

Печать «Частному человеку нельзя позволить публиковать догадок своих в деле государственном, ибо причины и виды высшей власти ему неизвестны, а если оные известны, то тем более» – из записки около 1820 года («Рус. старина», 1887, № 56, с. 99).

Пика Почему Пушкин так хвалил скромные элегии Сент-Бёва? Привлекала мистификация? Или Пушкин так сильно не любил Гюго, что пропагандировал Сент-Бёва в пику ему – как Теплякова в пику Бенедиктову?

Пир Трималхиона более всего напоминает описание обеда в «Опрометчивом турке».

Писатель Отпевали Гоголя, не верили, что писатель; извозчик объяснял: это главный писарь при университете, который знал, как писать и к государю, и к генералу какому, ко всем (Барсуков).

«Писать надо не для кого-то и не для чего-то, а о чем» (Ремизов).

Пискулит «Все вы пискулиты», – писала М. Будберг Горькому; комментаторы ищут загадочное слово по всем словарям. От писк + скулить?

Плагиат – «умоокрадение» (Лесков).

По- «Позевотою, потяготою и пустоглавием стражду», – писал Костомаров. «Посудите, если все будет только одно положительное, такая куча выйдет, что ни пройти ни проехать; надо же кому-нибудь ее и прибирать с дороги».

Сон в ЦГАЛИ . Начало исторического романа – по правилам римского цирка, где гладиаторы бились разнооружные, а звери разнопородные; император Нерон приказал устроить битву мушкетеров с ланцкнехтами, и она имела едва ли не больший успех, чем прошлогодняя травля меловых динозавров с юрскими; но затем, когда стало сниться, что на следующие игры был назначен бой кирасиров с кассирами, то я заволновался, проснулся и вновь оказался сидящим над поздним Андреем Белым.

«Поглаживание», по современной психологии, – всякое действие, признающее ценность другого человека. Дом и мир меня не поглаживали. «Песчинка может быть жемчугом, погладь меня и потрепли», – писал Державин. Отсюда мое амплуа всеобщего поглаживателя и жемчугодела.

Подросток в своем развитии растянулся, как поезд, и изнемогает, бегая вдоль себя от головы к хвосту. Сковорода писал: «Мир ловил меня, но не поймал; ты сам лезешь миру в пасть, а он от тебя отплевывается… Беда в том, что ты сам себя черненьким полюбить не можешь, несмотря на все твои усилия». А подросток отвечает: «Кто без греха, в того я первый брошу камень».

Подтекст У Батенькова есть строчка «И чувство чувства не поймет», которую копирует Мандельштам в «И сердце сердца устыдись», хотя при Мандельштаме этот текст Батенькова еще не был опубликован (замечено М. Шапиром). У античников это называется: был общий эллинистический источник.

У Языкова есть строчки «Блажен божественный поэт: / ему в науку мир сует / разнообразный колос родит…», но Некрасов их не читал: это стихотворение Языкова (1828 года) опубликовано только в 1913 году.

Р. Торпусман, переводя Катулла, нашла в «Поэме воздуха» рядом две реминисценции из Cat. 46: praetrepidans – предзноб блаженства и aequinoctialis – в бурю равноденства, хотя латыни Цветаева не знала. У самой Цветаевой в «Федре» предфинальная служанкина строчка «На хорошем деревце повеситься не жаль» копирует последнюю строчку парабазы в «Лягушках» в переводе Пиотровского, опубликованном позже: «А на дереве хорошем и повеситься не жаль!» Вряд ли и Пиотровский, готовя книгу, вышедшую в 1930 году, успел познакомиться с «Современными записками» 1928 года. Общего их эллинистического источника где-нибудь в пословицах Даля я не нашел.

Подтекст Ахматовой: «Не оглядывайся назад, ибо за тобой пожар Содома» – фраза из М. Швоба. «С новым годом, с новым горем» – было в письмах Шенгели к Шкапской (в 1920‐е годы). А общий их подтекст – Северянин: «С новолетьем мира горя, / С новым горем впереди! / Ах, ни счастья, ни отрады, ни сочувствия не жди!» (1908 год). От «прозрачной слезой на стенах проступила смола» у Мандельштама – сурковское «на поленьях смола, как слеза».

Подтекст графический. Даже серийная обложка «Цеха поэтов» (и первой Ахматовой) – копия с брюсовского «Urbi et orbi». То-то Ахматова ненавидела Брюсова.

Подтекст изобразительный. У Пастернака в «Маргарите» ее жест – одна рука лежащей заломлена под затылком и соединена с рукой [Фауста], другая скорее закинута, чем заломлена, прямая, в тень ветвей и дождя, – это поза врубелевского «Демона»; лиловый цвет – от «Демона» же и от «Сирени»; и все это подводит к врубелевскому витражу «Маргарита», хоть там поза и другая.

Сон сына . старый Ифит, ворчун вроде Лаэрта, «богатыри не вы» («Когда мы с Фемистоклом при Саламине…» – «С кем?» – «А-а, ты его не знаешь!»): он был и с Моисеем в Исходе, и манна была не крупа, а кочанчики величиной с теннисные мячики, и их варили на огненном столпе. Господь растил их на своем небесном огороде, как Диоклетиан: стал бы он сыпать своему народу такую мелочь, как крупа! Он плавал и с аргонавтами: бестолковщина! про компас знали только понаслышке, у Ясона была подвешена на веревочке железная стрелка, но не намагниченная, он каждое утро щелкал по ней и плыл, как по брошенному жребию.

«Позитивизм хорош для рантье, он приносит свои пять процентов прогресса ежегодно» («Шум времени»). Нет, позитивизм, который не учит, не судит, а только приговаривает «вот что бывает», – это не безмятежность, позитивизм – это напряженность: все время ждешь, что тысяча первый лебедь будет черный, что следующий прохожий даст мне в зубы, а случайный булыжник заговорит по-китайски. От этого устаешь.

Политика А. Осповат: «Книга Эйдельмана о Лунине была важней, чем Лебедева о Чаадаеве (только цитаты!) или Белинкова (только памфлет!) – она показывала легальную оппозицию в условиях деспотизма, политику как искусство для искусства. Лунин был как бы депутат от Нерчинского округа в несуществующий парламент. А Белинков – это, так сказать, листовка в 500 страниц».

Политика и словесность Смотреть на политику, конечно, противно; но разве это не всегда и не